Я в любовь нашу верю...
Шрифт:
— Это не любовь, — грустно заключила Макото, и за столиком воцарилось сочувственное молчание. — Просто столкнулись два одиночества. Он любил Рейку, я — Джеда… А в лицах друг друга мы искали замену дорогим сердцу людям…
С удовольствием проведя время за праздными разговорами, Минако не могла не признать, что уже давно соскучилась по подобным посиделкам, а потому всячески тянула время, не желая прерывать сложившуюся идиллию. А когда пришла пора уходить, Айно не без сожаления поднялась вслед за остальными, и девушки, перебрасываясь шуточками, покинули
Съемки клипа отняли у Минако и Эйса добрую половину дня, и к тому моменту, как режиссер произнес заветные слова «Стоп! Снято!», на улице начало смеркаться. А когда Айно и Кейто, полупьяные от усталости, спустя полчаса оказались на улице, на Токио и вовсе опустился осенний сумрак.
— Я думала, это никогда не кончится, — со вздохом прокомментировала девушка, усаживаясь на пассажирское сиденье рядом с водителем. Эйс вызвался довезти Минако до дома, и она не стала отказываться.
Парень хмыкнул, заводя мотор:
— Ты думала, что съемочный процесс — это развлечение? Увы, это далеко не так.
Айно кивнула:
— Кому сказать — не поверят. Чего только эти ужасные туфли стоили! Наверняка я натерла ими кровавые мозоли…
За обсуждениями прошедшего дня дорога показалась короче, и вот кабриолет притормозил у дома Минако.
— Зайдешь? — спросила девушка, бросив на Эйса взгляд из-под ресниц.
— Конечно, — Кейто как-то странно посмотрел на Айно, но она не придала этому никакого значения.
Квартира встретила их полнейшей тишиной — Артемис, по всей видимости, отправился на прогулку с Луной. С тех пор, как Сейлор сенши вновь стали одной командой, кот стал больше времени проводить со своей давней возлюбленной. Впрочем, Минако была этому только рада.
— Проходи, чувствуй себя как дома, — приветливо махнула рукой Айно, приглашая парня в гостиную. Сама же упала в кресло и со стоном принялась растирать затекшие после целого дня ходьбы на каблуках ноги. — Мне кажется, что после сегодняшнего я буду ходить исключительно в мягких тапках. Знаешь, в таких пушистых — с розовыми помпончиками.
Кейто, отойдя к окну напротив, негромко рассмеялся:
— А кто говорил, что красота требует жертв?
— Ну, я, — призналась Минако, пожав плечами. — И что с того? Я не отказываюсь от своих слов. Но какая дура, будь она трижды избранной, наденет на сражение туфли на шпильке в пятнадцать сантиметров? Тебе хорошо — все съемки в пробегал в удобных мокасинах.
— Согласен, обмен не равен, — ответил Эйс, проведя пятерней по тщательно уложенным волосам. — Зато меня все это время мучило кое-что другое.
— Что же? — вскинула брови Айно, и тут же высказала забавное предположение: — Знаю, тебе было невыносимо тесно в тех штанах! Ума не приложу, как в них вообще можно было что-либо делать!
Кейто покачал головой, и снова посмотрел на Минако, склонив голову набок — так, словно любовался подлинным шедевром искусства.
— Что? Что не так? — девушка удивленно воззрилась на Эйса, но он не ответил, лишь подошел ближе, и навис
— Теперь, когда мы остались с тобой наедине, я хочу, наконец, сделать то, о чем так давно мечтал, — произнес Кейто и, прежде чем Минако успела что-либо понять, наклонился и прижался к ее губам — мягко, нежно. Девушка опешила, застыв — это было настолько неожиданно, что она не ответила на поцелуй, который, впрочем, продлился всего пару мгновений. Но когда блондин отстранился, сердце ее сделало кульбит. А потом еще один. А потом и вовсе забилось где-то в горле, когда Эйс хрипло проговорил, глядя в глаза Минако:
— Я люблю тебя.
Айно судорожно прижала руку к груди, ошарашено глядя на Кейто. И в голове и в чувствах ее царил полнейший сумбур, но в одном она была уверена точно: таких эмоций и бури чувств она не испытывала с тех пор, как рассталась с Мамору. Это было непередаваемо. Неужели она вновь влюбилась? Разве это возможно? Чиба тогда словно сломал ей крылья, а теперь за ее спиной выросли новые — такие же белые и сверкающие, как и раньше. Но так ли это? Еще совсем недавно она клялась найти Мамору, вырвать его из лап тьмы, а сейчас готова проследовать за Кейто хоть за край света. Что же такое творится с ней? Как же это волнующе противоречиво!
А Эйс, казалось, не ждал ничего взамен. Вместо этого он, загадочно улыбаясь, протянул Айно четыре карты, перевернутые рубашкой вверх.
— Выбери карту, Минако. Я погадаю тебе.
Девушка на автомате, не отрывая взгляда от красивого лица Кейто, вытащила карту и посмотрела на нее, не зная, как трактовать этот символ. Это был не червовый туз, который она подсознательно хотела заполучить, а совсем другой знак. Черный. А этот цвет, как ей казалось, не сулил ничего хорошего.
— Что там? — нетерпеливо спросил парень, протягивая руку за картой.
— Трефовый туз, — сдавленно ответила Минако, пытливо всматриваясь в лицо Эйса. Она ждала вердикта на словах, но прежде пыталась прочесть то же самое по эмоциям парня.
На лбу Кейто пролегла складка, и он бросил на Айно пронизывающий взгляд, от которого девушке стало не по себе.
— Трефовый туз, — медленно проговорил он, — обозначает, что ты стоишь на перепутье. Всегда. На. Чертовом. Перепутье!
Парень вскочил и заметался по комнате под недоумевающий взгляд Минако. Сердце ее от горла скатилось в живот. Айно решительно ничего на понимала.
— Может, объяснишь? — проговорила она, наблюдая за его метаниями. — В один момент ты меня целуешь, в другой момент мечешься, как тигр в клетке. Что все же значит карта треф?
Эйс остановился и сверху вниз посмотрел на девушку, словно размышляя над чем-то, а затем, наклонившись и упершись руками в подлокотники кресла, проговорил, отчетливо выговаривая каждое слово:
— Скажи мне откровенно, Минако, не увиливая и не отшучиваясь: а ты? Ты любишь меня?
Айно приоткрыла рот, слегка смутившись этого вопроса. Она ждала и боялась его одновременно, но могла дать ответ. Точно, могла.