Я в любовь нашу верю...
Шрифт:
— Девочкам нужна помощь, — упрямо парировала Айно, чувствуя покалывание самоисцеления. — Я в норме. Пошли.
Сейлор Ви, убрав со своих плеч руки лунной воительницы, неловко поднялась, осторожно ступая травмированной ногой. Боль стала глуше, и Айно расслабилась.
— Вот и все, — изрекла она, улыбнувшись уголком рта.
Сейлор Мун, пожав плечами, сняла Лунную Диадему и, произнеся заклинание, отправила ее в полет — прямо в середину купола. Стекло пошло мелкими трещинами, и от повторного удара осыпалось на головы ошеломленных Тетис, Джедайта, который как раз хотел швырнуть в сторону трех воительниц шар темной
Усаги и Минако, не теряя времени, спрыгнули вниз, оказавшись перед юмой и иллюзионистом. Слуги Металии еще не успели оправиться от внезапного нападения еще двух сенши, что свалились на их головы, и девушки не замедлили этим воспользоваться. Сейлор Мун, вновь сняв Лунную диадему, прицелилась было в Тетис, но юма, издав яростный вопль, ринулась к воительнице, ударом в грудь сбивая Усаги с ног.
— Ну-ка, посмотрим, чего стоит дочь богини Луны, о которой ходит столько слухов! — рассмеялась любимица Берилл и, атаковала Сейлор Мун еще раз. В пылу борьбы противницы оказались снаружи — Тетис, щелкнув пальцами, убрала затворы и с такой силой швырнула лунную воительницу, что та, падая, распахнула двери и рухнула на палубу, пребольно ударившись спиной.
От удара у Сейлор Мун перед глазами заплясали звезды, и она, тяжело приподнявшись, уставилась на Тетис, что, встав у края борта, подняла руки вверх и громко произнесла:
— Я призываю силу волн! Услышьте меня, духи древнего океана Тетис, и дайте мне, вашей названой сестре, ваше могущество!
Лунная воительница, услышав заклинания юмы, по привычке потянулась к Диадеме, но, не обнаружив ее — боевой артефакт был утерян в пылу борьбы, — призвала последнее свое оружие — Лунный Жезл, и медленно поднялась на ноги, держась за стену. Голова ее кружилась, во рту чувствовался металлический привкус крови; ныли ссадины и синяки, которые, впрочем, быстро заживали.
Внезапно за бортом поднялась гигантская волна, и Тетис, сделав руками несколько пассов, резко развернулась в сторону Сейлор Мун, направляя на нее этот мощный поток воды. Воительница, взмахнув руками, едва не выронила Жезл, отчаянно пытаясь зацепиться хотя бы за что-нибудь, пока волна увлекала ее за собой. Водная лавина неминуемо смыла бы Усаги за борт, не схватись она в последний миг за скользкий поручень. Под Сейлор Мун ревела и пенилась морская бездна, и лунная воительница, наглотавшаяся от испуга воды, боялась бросить вниз хотя бы один взгляд. Она сосредоточила все свое внимание на судорожно сжатых пальцах левой руки, которой держалась за поручень, пытаясь ногами найти хоть какую-то опору.
Тем временем юма, гаденько ухмыляясь, приблизилась к барахтающейся Сейлор Мун и попыталась разжать ее пальцы, дабы таким образом скинуть девушку в пучину вод, но ее отвлек боевой клич одной из сенши:
— Дух грома! В бой!!! — вовремя подоспевшая Сейлор Юпитер, поразив Тетис разрядом шаровой молнии, бросилась к теряющей силы Сейлор Мун и рывком втащила ее, мокрую и жалкую, за борт.
— Спасибо… — прохрипела та, устало откидываясь на руки подруги и в изнеможении прикрывая глаза.
— Еще не время, Усаги, — напомнила Меркурий, оказавшись рядом, и сунула в руки лунной воительницы Диадему.
Усаги все поняла без слов. Не без помощи подруг поднявшись на ноги, она выпрямилась перед ослабевшей от удара молнией Тетис и раскрутила оружие для последнего, решающего
— Лунная Диадема! В бой!!! — скомандовала Сейлор Мун, посылая Диадему в недолгий полет…
Над морем пронесся недолгий крик гибнущей юмы, которую сверкающий диск разорвал на части. Миг — и от Тетис остались лишь рваные клочья морской пены, что, растаяв, тонкими ручейками стекли за борт. Море тотчас же успокоилось, став таким же спокойным и безмятежным, как и несколько минут назад.
— Где Марс? И Венера? — спросила Сейлор Мун у подруг. — Они… в зале?
Меркурий кивнула:
— Да. Они вдвоем остались там.
— Ну же, давай! Нападай! — в Сейлор Ви точно дух вселился, когда она, приняв боевую стойку и крепко сжав в руке верную пудреницу, оказалась напротив Джедайта. Краем глаза она увидела, как Сейлор Мун вступила в схватку с Тетис и как юма швырнула воительницу о дверь, едва не вышибив из Усаги дух. Это пробудило в Венере неслыханную ярость, и она жаждала поскорее вступить в бой, лишь бы поскорее расправиться с этим миазмом на теле Земли — одним из сильнейших демонов Королевства Тьмы.
Но лорд лишь издевательски рассмеялся, запрокинув голову. Эхо его смеха прокатилось по залу громовым раскатом, отражаясь от стен.
— Наивная дура! — выплюнул он и, прежде чем успел добавить еще что-либо, Сейлор Ви выпустила из пудреницы Луч Полумесяца, и Джедайту, чтобы увернуться, пришлось резко припасть к земле.
— Ах, так? — было видно, что генерал наслаждается всем этим шоу. — Посмотрим, как ты справишься с этим!
Лорд щелкнул пальцами несколько раз, быстро пробормотав что-то под нос, и перед Айно, прямо из воздуха, возникли еще пятеро Джедайтов — и все, как один, были похожи на повелителя иллюзий. Венера даже немного растерялась. У Сейлор Ви в глазах зарябило, когда клоны двинулись в ее сторону, формируя в руках шары с темной энергией.
Сам же генерал, натравив на воина Любви и Красоты свои иллюзорные копии, поспешил раствориться в воздухе. Нет, он не вернулся в Темное Королевство — наоборот, он переместился на палубу, чтобы посмотреть, как обстоят дела у Тетис.
— Девочки! — громко произнесла Сейлор Ви, медленно отступая. — Помощь бы не помешала…
— Пригнись! — скомандовала Рей, уже успевшая обратиться в воительницу Огня. — Дух огня! В бой!!!
Венера, ловко перекатившись в сторону, замерла в напряженной позе, готовая в любой момент прикрыть подругу. Марс, бесстрастно направив на клонов раскрытые ладони, выпустила в иллюзорных Джедайтов поток пламени, мигом испепелив их.
— Здорово! — восхитилась Сейлор Венера, поднимаясь и подходя к Рей. Девушка не сразу заметила, что ее форма вновь стала оранжевой — как и всякий раз, когда она находилась в непосредственной близости от других воительниц.
В этот момент все вокруг них преобразилось до неузнаваемости. С глаз точно спала пелена, и девушки не без изумления поняли, что все это время находились во власти иллюзий. То, что всего минуту назад казалось им новеньким и блестящим, на деле оказалось проржавевшим до основания, облупившимся и покосившимся. На стенах — ржавые пятна разводов, облупившаяся и пожелтевшая от времени и сырости краска, отстающая от стен крупными пластами. Пол под ногами угрожающе прогибался; воздух был пропитан затхлостью и запустением.