Я - Спартак
Шрифт:
– Будет исполнено, господин, - донеслось в ответ.
– И ещё, - Цезарь вновь обратился к Тулию и Суркову, - держите!
– он кинул мешочек, звякнувший, когда Игорь поймал его на лету, - выкуп, семьдесят талантов, как договаривались. Все обещания выполнены! Прощайте!
Сказав эти слова, Цезарь, не дожидаясь ответа удалился. Вскоре появился центурион в сопровождении двух солдат, ведущих под уздцы коней. Не прошло и пяти минут, как Тулий и Сурков выехали за ворота, направившись в обратный путь.
Большую часть дороги друзья ехали молча. Миссия провалилась. Мира не будет. Киборг, вероятно, анализировал и прорабатывал
– Послушай, Тит, Помпей подходит только послезавтра. Цезарь проговорился. У Спартака есть шанс?
– Игорь, он не сболтнул ничего лишнего. Цезарь не тот человек, чтобы бросать слова просто так.
– Погоди, не понимаю. Зная, что Красс пока один, разве Спартак не попытается напасть, пока римляне не объединили свои силы?
– Обязательно попытается, но это Крассу и надо.
– ???
– Сам подумай. Красс хочет присвоить все лавры себе. Не надо быть оракулом, чтобы предвидеть: утром он снимется с лагеря и, не дожидаясь Помпея, устремится к реке Силар. Спартак занял хорошие позиции на одном берегу, Красс окажется на другом. Что дальше произойдёт?
– Римляне попытаются переправиться…
– Верно. Только Спартак в состоянии отбить атаку. Водная преграда и холмы в помощь. Красс навряд-ли сможет победить. Скорее всего его легионы понесут значительные потери и отступят. Мятежники и римляне так и будут стоять друг напротив друга, разделённые рекой. Такая диспозиция сохранится до тех пор, пока не подойдёт подкрепление – Помпей. Получив громадный численный перевес, римляне снова атакуют и победят. Это невыгодно Крассу, в том плане, что победителем становится Помпей. Потому о приближении последнего и «проговорился» Цезарь.
– Всё-рано неясно, чем это поможет Спартаку или Крассу.
– Мятежникам даст лишь призрачный шанс на победу. Потому римляне и выдали информацию о подходе подкрепления. А вот Крассу польза очевидна. Он не будет атаковать восставших. Более того, скорее всего не станет препятствовать их переправе через Силар. Ведь у Спартака нет выхода. Зная, что приближается Помпей, у него останется единственная возможность победить: как можно быстрее разбить Красса. Восставшие покинут удобные позиции на холмах, переправятся через Силар и в чистом поле сойдутся в битве с римлянами. Уничтожив легионы Красса, они снова отступят за реку и будут ожидать Помпея, дабы разбить и его. Другого варианта действий у Спартака нет. Красс же получает сражение на равнине, где он сможет в полную силу использовать мощь римской армии. Риск поражения есть, но минимальный, вся же слава при победе достанется ему одному.
Суркову стало противно. Если Тит прав, а скорее всего так и есть, Марк Лициний Красс – редкостный мерзавец, готовый пожертвовать тысячами жизней солдат ради собственного величия. Дождись Помпея и потери будут значительно ниже, но он посылает легионеров на убой, стремясь ускорить победу всего на один-два дня. Однако, самое ужасное заключалось в том, что Игорь увидел себя, как усечённую, уменьшенную копию Красса. Он ведь тоже, как директор, не считался со своими сотрудниками, давая не выполнимые задания, заставляя регулярно без оплаты перерабатывать,
Глава 18. Битва при Силаре (вычитка)
Камень нёсся с горы. Остановить его движение не удавалось, несмотря на старания Тулия и Суркова. События упрямо разворачивались в направлении, ведущем к поражению восставших. Тем не менее друзья спешили в лагерь мятежников, стремясь предупредить Спартака о скором прибытии Помпея. Их помощь не понадобилась. Когда друзья выехали на равнину, по которой протекала река, их взору предстала следующая картина: армия восставших уже форсировала Силар и возвела лагерь на другом её берегу. Очевидно, Спартак не полагался на успешность переговоров и заранее выдвинулся навстречу Крассу, предвидя получение им подкреплений.
Интересы полководцев парадоксальным образом совпали: каждый из них стремился ускорить момент наступления генерального сражения и оба верили в победу своей армии, обладавшей высоким моральным духом. Легионеры не так давно разбили восставших, уничтожив почти половину их войска в битве у Луканского озера; к ним подходил Помпей, подавивший долго длившийся мятеж в Испании. Римляне не сомневались в своём успехе! Восставшие, вырезав пусть и немногочисленный отряд Луция Квинция, развеяли миф о непобедимости Красса. Они ведь с трудом и ценой многих жизней прорвали его укрепления на Регийском полуострове, бегали от его легионов по югу Италии, потерпели разгромное поражение у Луканского озера. И вот маленькая, но победа! Мятежники рвались в бой, некоторые даже начали ругать вождя, что тот медлит и стоит за рекой. Но вот Спартак приказал перейти Силар и готовиться к битве. Все воодушевились, хотя многие понимали: предстоящее сражение может стать для них последним.
Во второй половине дня показалась кавалерия римлян, а ближе к вечеру прибыли основные силы Красса. Опасаясь внезапной атаки мятежников, половина армии приступила к постройке лагеря, а вторая – выстроилась в поле, готовая предотвратить возможное нападение. Всю ночь со стороны римлян доносились звуки работ, они спешили, но с восходом Солнца стало ясно: укрепления не готовы. Красс поменял солдат стоявших в боевой готовности в поле на строителей, желая быстрее завершить возведение лагеря. Именно этого момента и ждал Спартак. Восставшие атаковали, уставших за ночь легионеров.
При равной численности войск для победы надо учитывать множество факторов. Например, в ровном поле, где римляне могут построиться в привычные боевые порядки, их атакой в лоб не победить. Даже, если они отступят, то упрутся в свой лагерь, который прекрасно прикроет когорты со спины. Выманить вперёд и ударить по незащищённым флангам – хороший, но очевидный план, безусловно ожидаемый Крассом. Для победы Спартак должен был снова удивить своего оппонента, придумать нечто такое, что окажется полной неожиданностью для римского полководца.