Я считаю до пяти

Шигина Валентина

Пока Денис прощался с друзьями, я выключила телефон и словно мышка сбежала из-за столика. Пусть козел ищет меня до завтрашнего утра! Сейчас поймаю такси и уеду домой, а завтра буду катить на него бочку, что бросил меня в клубе.

Найдя подругу, я объяснила ей ситуацию и смоталась из клуба «Метелица». Лиска даст понять, что Денис сам виноват, что потерял меня.

Выбежав на стоянку, я чуть не угодила под черную иномарку, похожую на гепарда.

— Кретин! — заорала я. — Смотри куда едешь! водительская дверь

автомобиля начала медленно открываться, и я напугалась. Вечно мой длинный язык во всем виноват! Сейчас меня затолкают в багажник и увезут на пустырь.

— Паша, садись в машину, — прозвучал приглушенный двигателем мужской голос, и я сделала неуверенный шаг назад. Этого мне еще не хватало!

Глава десятая. Назад в прошлое

Я стояла около аудитории и гневно сверкала глазами на дверь. Сучка! Маленькая, противная сучка! Это я, конечно же, не про себя, а про Бобриху, которая решила сегодня позаниматься с Ромашкой. Сейчас они жарко спорили о том, как лучше решить тот или иной пример. Знаний Светке хватало, поэтому и спор продолжался уже достаточно долго. Если эта крашеная выдра думает, что возьмет этого мужчину умом, то ошибается, потому что он находится в моей власти.

Недовольно постучав каблуком, я начала придумывать план, как поделикатнее выколупать Бобриху из аудитории. План, вместе с деканом факультета появились через десять минут. Сделав ставку на то, что эта женщина не сможет пройти мимо расстроенной девушки, я прикрыла глаза ладонью. Теперь нужно сделать озадаченный вид.

— Яшина, ты почему стены тут подпираешь? — строго поинтересовалась женщина, одетая в дорогой брючный костюм. Я знала, что зарплата декана не единственное на что она живет.

— Елена Яковлевна? — удивилась я, пожевав губами. — Здравствуйте. Я тут… просто…

— Что просто? — подтолкнула женщина к продолжению.

— У меня сейчас должно быть дополнительное занятие с Романом Михайловичем, но… — я опять скромно промолчала.

— Прасковья, ты можешь нормально сказать, в чем дело? У меня дела, между прочим.

— Роман Михайлович оказался так добр, что согласился мне объяснить несколько тем. Вы же знаете, какие у меня проблемы с математикой. Он сказал подойти после занятий, я пришла, но там занято.

— И в чем проблема? — никак не могла взять в толк Елена Яковлевна. — Подожди, раз занято.

Декан уже собиралась уходить, как вновь заметила мой расстроенный вид.

— Говори, Яшина.

— Мне кажется, что моя одногруппница Света Боброва пытается соблазнить преподавателя, — призналась я.

Сегодня, когда Бобриха зашла в аудиторию, удивилась не только я. Яркий макияж, открытая кофточка и короткая юбочка. Стиля в ее внешнем виде совершенно не было, но я поняла, для чего она так вырядилась.

— Что? — взяла самую высокую ноту женщина.

—

Елена Яковлевна, что же вы так громко кричите? — поморщилась я и, поманив ее пальчиком, тихо зашептала. Женщина подалась ко мне, желая услышать продолжение рассказа. — Света такая скромная девочка, а сегодня оделась очень развратно. А ее макияж! С таким только в публичные дома ходить. А Роман Михайлович видит все ее штучки, но не может выгнать — студентка попросила о помощи. Его безграничная доброта не доведет его ни до чего хорошего. Кстати, я слышала, что у Бобровой золотая медаль, только потому, что ее мама спала с директором школы.

— Прасковья! — одернула меня женщина. — Что ты говоришь?!

— Но это правда! — возразила я, совершенно забывая о том, что передо мной стоит декан. — И сейчас она идет на красный диплом. Вы не знаете, если ли у нее связей с ректором?

— Прасковья! — вновь напомнила мне Елена Яковлевна, что так с ней разговаривать не положено. — Я сейчас пойду и во всем разберусь! И виновные будут наказаны.

— Я боюсь, — пригорюнилась я.

— Чего? — остановилась женщина, успевшая схватиться за ручку кабинета.

— Что Света меня со свету сживет, если узнает, что я сорвала ее планы по соблазнению. Да и преподавателя вы накажете, а я вижу, что он не виноват. Чуткое женское сердце все понимает. — Бред, который я несла, едва удерживал меня, чтобы не заржать в голос, как лошадь, но я держалась.

— Они не узнают, что ты пожалова…, — Елена Яковлевна посмотрела на меня и исправилась, — рассказала мне. Это похвально, Яшина.

Декан зашла в аудиторию, а я, потирая ладони, направилась к небольшому диванчику, чтобы дождаться своей очереди заниматься математикой. Пока шли разборки, я достала косметичку, решив немного подправить макияж. Подведем глазки, накрасим губки, поправим прическу и брызнем духами в область декольте. Я готова, а из аудитории еще никто не вышел.

Повернув голову к окну, я загрустила. Нормальные люди, пришедшие с учебы, побросали сумки, и вышли на улицу наслаждаться ясной и теплой погодой, только я одна замурована в стенах университета. Ладно, хоть после выходных не наказали, а ведь могли бы!

Когда около меня затормозила машина, я напугалась, что это Денис, запоздало вспомнив, что у него другая тачка. Когда настойчивый голос во второй раз попросил сесть в машину, я поняла, что это Ромашка. По машине видно, что живет он точно не на зарплату преподавателя высшей математики.

Медленно передвигая ногами, я оказалась рядом с пассажирским местом и плавно скользнула на него. Мне хотелось что-то сказать, но слова застряли где-то в горле.

— Даже спрашивать не буду, почему ты одна и куда подевался твой жених и подруга. Я просто отвезу тебя домой, но при условии, что ты будешь сидеть спокойно и молчать.