Я радость

Хуторная Елена

– А это мысль. Как ты думаешь, это сложно?

– Если ты о том, чтобы переклеить обои, то думаю, все просто. Могу помочь, если это потребуется.

– Нет! – судя по тому, как заблестели у Тиши глаза, ее уже захватила новая идея. – Я сделаю это сама, собственными руками – hand made! Кто еще сможет похвастаться таким дизайном?

Какая же она все-таки красивая.

Тиша изменилась

с тех пор, как ушла от Ромы: забросила свои салоны красоты, солярий, своих старых подруг, давно не покупала себе новой одежды, ходит в обычных джинсах, волосы собирает в хвост, но при этом она не потеряла ни капли своей привлекательности, только, кажется, еще больше похорошела. Она почти не пьет теперь, спит по ночам, пусть скудно, но хотя бы регулярно питается – вот что значит, когда находишь нужного человека, даже Рома и его отец, несмотря на все ее опасения, совсем ее не донимают.

– Я ведь показала Лёне свои стихи, – поделилась она со мной за обедом. Лёня – это ее новый друг.

– Правда? И как он к ним отнесся?

– Ему очень понравились, – сказала она, расплывшись улыбкой.

– Ну вот видишь! – воскликнула я.

Приятно видеть ее такой счастливой. Я по-прежнему против красного цвета в спальне, но готова простить ей даже это, если это поможет ей оставаться в теперешнем настроении.

Две недели ушли у Тиши на то, чтобы переклеить две стены в спальне.

Для начала она накупила кучу очень нужных вещей: кисточки, три разных вида обойного клея, стремянку, шпатель, по несколько пар перчаток резиновых и хлопчатобумажных, пластиковое десятилитровое ведро, рулетку, две линейки – тридцать и пятьдесят сантиметров, набор простых карандашей и два цветных маркера. Потом долго и придирчиво выбирала сами обои: одни не подходили по оттенку, другие по фактуре, третьи были с рисунком, а четвертые подозрительно дешевые. Наконец, в невероятных муках выбор был остановлен на итальянских обоях не просто красного, а пурпурного цвета, и купленные рулоны оказались дома.

К счастью, стены в спальне ниже, чем в гостиной с огромными окнами, но даже их высоты хватило Тише, чтобы в процессе работы выругаться не один десяток раз. И все-таки

несмотря на чертыханья, она за все это время ни разу не позволила мне ей помочь, настаивая на том, что она все должна сделать сама. Дело продвигается медленно, местами кривовато, но Тиша все равно очень довольна собой.

В один из вечеров перед моим уходом она вдруг спросила у меня, что бы я ей посоветовала почитать.

– А что тебе интересно? – спросила я в ответ.

Она неопределенно пожала плечами.

– Ты вообще хоть что-нибудь читала? – пыталась понять я.

– Конечно, читала. Детективы, романы, «Войну и мир», например.

– Все четыре тома? – изумилась я.

– А что такого? Да, все четыре тома. По-моему, его все читали, разве нет?

– Я не читала, – призналась я.

– Ты шутишь, – Тиша посмотрела на меня с недоверием.

– Вовсе нет. Так, может, тогда тебе почитать классику?

– Что-то я не заметила у Лёни никакой классики.

– Я могу тебе принести, кажется, у Лары было что-то.

– Кто это?

Странно, мы с ней уже столько общаемся, и я еще ни разу не говорила с ней о тете.

– Моя тетя, она меня вырастила.

– А, понятно… Посмотри, пожалуйста.

– Посмотрю, – улыбнулась я. – Хорошего тебе вечера.

Но Тиша уже снова взялась за пилочку для ногтей и ничего мне не ответила.

– Как? – услышала я за стеной расстроенный голос Тиши. – Значит, мы и сегодня никуда не пойдем?

Два дня назад она приостановила ремонт, сказав, что ей нужно немного отдохнуть. Я принесла для нее «Гранатовый браслет» Куприна и «Отцов и детей» Тургенева, которые нашла в тетиной библиотеке, и все это время она провела за чтением, почти закончив обе к сегодняшнему утру.

– В ресторан поужинать? Нет, мы, конечно, можем и поужинать, – неуверенно протянула Тиша, – а потом в клуб, давай?… Ты такой классный! – взвизгнула она и судя по звуку соскочила с кресла, на котором сидела. – Тогда встречаемся в девять. Обожаю тебя, пусик!… Хорошо-хорошо, не буду тебя так называть, прости. До встречи, любимый! – пропела она.

Конец ознакомительного фрагмента.