Я пришёл

Соболь Артём

Ушёл. Да ну и чёрт с ним. Интересно, он сейчас серьёзно или шутит?

Если судить по тому как изменилось его поведение, по иногда проскальзывающим словечкам на непонятном языке, поведению детей и женщин и той хреновине которую он построил из кучи радиоприёмников в сарае то нет. Но и на правду это не похоже. Не похоже от слова совсем.

Ладно, если Джирайя вздумал почудить, я ему подыграю. Надо попросить Анко сильно не смеяться. Она у меня весёлая, иногда слишком. Вот так расскажет ей, а она засмеётся и невзначай обидит.

А если это правда?

Как такое может быть правдой? Всё можно объяснить. Джирайя вполне мог встретить кого-то кто надоумил его измениться. Это возможно, по себе знаю. Странности его семьи… Может какая-то техника? Сенсоры и Яманака умеют передавать информацию. А может меня просто дурят? А может… О нет, сами пусть разбираются. Мне домой пора, меня Анко ждёт.

Несколько часов спустя. Джирайя.

Хм… Ну, а если подумать всё не так уж и плохо. Сейчас угомонятся, лягут спать. А я пройду в комнату, подключусь к симбионтам и накидаю им новых установок. Особенных, таких в которых тяги ко мне не будет. Ещё бы узнать откуда эта тяга взялась? Хотя… Мей влюбилась, Конан как она сама говорила была влюблена, про Цунаде и говорить нечего, она идиотина. А с ними я, весь такой притягательный, обаятельный и харизматичный. М-м-м, милашка. Тьфу…

Глаза бы мои не смотрели. Нет, с этим надо заканчивать. А ещё, надо заканчивать с ужасом здесь происходящим. Потому как если кукловод получил в рыло, он или форсирует события, или банально затаится. И тут одинаково хорошо. Если я вывел главного противника из себя и он нападёт сейчас, значит… Значит хвостатые звери не собраны, статуя можно сказать под моим контролем. Нападение будет слабым.

Если же враг затаится и решит подождать ещё несколько столетий, то ему же будет хуже. Наруто, Саске, Карин, они вырастут. А когда вырастут, с моими знаниями и способностями, соваться к ним смертный приговор. Самоубийство. А есть ещё Мей и Цунаде. Мей конечно не боец, но многое сможет. А вот Цунаде… Представить страшно.

Так что остаётся один вариант, первый. Враг или пойдёт в атаку сам, или решит натравить на меня кого-нибудь. Не думаю что в такой ситуации они начнут плести интриги. Нет, действовать они будут наверняка, чтобы сразу убрать меня. Именно меня. Или нас? Тогда…

Установки Цунаде, мне помешают. Или… А если установок не будет, то она меня замучает. Она не отстанет. Её только убивать. Нет, глупости. Убить я не смогу. Значит только установки.

Прохожу в дом, запираю входную дверь. Крадусь в спальню. Едва зайдя вижу всех троих на кровати.

На краю, там где всегда сплю я, дрыхнет Сенджу. Запрокинув голову и открыв рот, она негромко храпит. На ней… На ей моя футболка, которая явно маловата в груди. Задралась до живота, открывая стройные ноги.

Рядом с ней клубочком свернулась Конан. На ней тоже моя футболка, она морщится во сне. Её обнимает Мей. Тоже хмурится во сне, но иногда улыбается.

— Начнём, пожалуй, — подходя ближе вытягиваю руку. — Прости, Цунаде, но так будет лучше.

Опускаю руку ниже, пытаюсь связаться с симбионтом. И ничего… Симбионт внутри

Сенджу слышит меня, но не отзывается. Он как будто выставляет защиту от меня.

— Эй, не выделывайся. Я старший. Поддайся!

Не поддаётся. Вообще никак. Чтобы я не делал, симбионт меня игнорирует.

Переключаюсь на Конан, заношу над ней руку, пытаюсь докричаться до своей копии. Вместо ответа получаю сигнал, расшифровываемый мной как посыл. Посыл далеко…

— Слушайте меня! — концентрируясь повышаю голос. — Цунаде!

Цунаде не открывая глаз, резко хватает меня за руку, рывком укладывает меня на кровать, обнимает и ногу закидывает.

— Сенджу?

— Да, любовь моя? — зарываясь носом в мои волосы мурлыкает Сенджу.

— Вон из моей кровати!

— А вот хрен тебе, — зевает Цунаде. — Попробуй выгони.

— Мей, скажи ей что-нибудь.

— Спи уже, задолбал бубнить, — ворчит Мей.

— В нашей постели чужие женщины, а ты… Потом не говори что я их привёл.

— Я тебе сейчас по почкам пробью, — шипит на меня Цунаде. — Сам не спишь, дай нам отдохнуть. Завтра поговорим.

— Да не о чем уже разговаривать, — шепчет Конан. — И так всё понятно.

Чертыхаясь скидываю с себя ногу Цунаде. Вскакиваю, поднимаю руку, даже рот открыть успеваю… Но сказать ничего не могу. Женщины сидят на кровати и не моргая смотрят на меня. Смотрят как на идиота. Жутко так…

— Милый, — монотонно говорит Мей.

— Раздевайся, — таким же тоном произносит Конан.

— И в кровать, живо, — заканчивает Цунаде.

— Я в детской посплю.

— Бегом к нам! — в один голос кричат все трое.

— Ладно…

Что я творю? Зачем? Беги, придурок. Беги… А дети? Они не поймут. А я…

— Раз, — кивает Мей.

— Два, — продолжает Конан.

— Три, — улыбается Цунаде. — Как досчитаем до пяти, разденем и уложим сами. А ещё мы будем голыми. Четыре.

— Ложусь.

— И не вздумай сбежать, — синхронно говорят женщины. — Если утром мы не найдём тебя между нами. Обещаем, тебе будет плохо и стыдно. Понял?

— Понял. Понял я. Сейчас.

Раздеваюсь до трусов, ложусь. Женщины заползают мне на руки. Мей ложится на меня. Все вздыхают.

Как я спать буду? Как? Здравствуй бессонница. Я же глаза сомкнуть не смогу. Ладно, ждём утра. Угораздило же меня.

Глава 39

Дом Джирайи. Раннее утро. Узумаки Мей.

Сидим за столом, смотрим друг на друга. Вопросов никаких, ощущения на максимуме. Все мы слышим и видим друг друга, без слов понимаем. Ночью всё стало ясно… В доме…

Какаши и Анко обжимаются у входа на кухню. Саске и Наруто, утащили Нагато на улицу, показывать что умеют. Карин и Таюя куда-то спрятались. Джирайя спит.

— Давайте всё решим! — бьёт по столу Цунаде.

— Что тут решать? — уже в который раз разводит руками Конан. — Мы вместе. Всё.

— Да, вместе, — упираясь руками в стол пыхтит Цунаде. — Но это… Давайте хоть для вида поругаемся. Ну давайте?