Я - первый
Шрифт:
Встать сил нет, перекидываю руку к рядом стоящему столику с зеркалом и косметикой, машинально нахожу нужную бутылку, ватный диск и наконец-то вытираюсь. Не вижу, но чувствую что помимо почти сломленных ступней, добавились еще красные и воспаленные глаза. Красотка.
— Да, вчера было круто, мы ходили в кино, а потом на концерт. Концерт оказался чудесным, и я плясала всю ночь. — мама уходить не торопится, потому решаю побыстрее выдать всё главное за вчерашнюю ночь и вернутся в исходное положение.
На больше меня не хватает, потому что кажись когда я двигаю челюстью и языком они что-то активируют и мой мозг или скальп
Вот сколько раз убеждаюсь, что алкоголь не мой союзник, даже в виде пары коктейлей, и все равно пью, а потом страдаю.
— Голова? Я сейчас принесу таблетку. — не дождавшись ответа, мама быстро уходит оставляя дверь открытой.
Никакого осуждения или упрека, мне кажется она даже рада, что я так проживаю свою жизнь, набиваю свои собственные шишки. После того как Артур бросил меня, я месяц приходила в себя. Ник и мама — чуть с ложечки меня не кормили. Для меня тогда это был конец света. Я к счастью, не знаю что чувствуют люди, которым ампутируют конечность, но мне кажется тогда я была очень близка. Мир не мил был без него.
— Держи, — мама протягивает стакан с водой и таблетку. В две секунды стакан уходит в меня, издавая звук наполняющего галлона. Таблетку приходится запивать уже собравшийся слюной. Забыла.
— Ты забыла на комоде свой телефон, как пришла. Он звонит всё утро. Я тебе его принесла.
Забираю протянутый телефон, три пропущенных от Артура и один от Николь.
— Пойдем может чаю попьем, уже обед, и я твои любимые панкейки сделала. — заманивает мама нежно и как по щелчку после ее слов о панкейках, мне и вправду становится чуточку легче.
Артура решаю набрать позже, быстро печатаю подруге смс с приказом приехать ко мне, но немного завуалировано. Та отвечает через секунду. Еще бы она их пропустила, такой же любитель всего мучного и калорийного как и я, маленькая обжора.
8
— Ты выглядишь…странно, — произносит подруга стоя на пороге, и бросает на меня такой же сочувствующий взгляд как и мама, но я ведь смыла косметику с лица, ну и ладно что ещё в пижаме, сегодня воскресенье — могу себе позволить!
— Ты рискуешь остаться без сладкого, — фыркаю я, но Ник игнорирует и зажимает меня в объятьях хорошенько сдавливая.
— И тебе привет, давай проходи скорее, я жуть голодная. Это ты виновата, выпей еще один, давай же, — кривлю голос изображая подругу.
Николь хихикает и проходит на кухню, что бы скорее поздороваться с мамой.
— Ты где пропала, Николь? Сто лет тебя не видела. — мама пристально ее осматривает и целует в обе щеки обнимая.
Подруга рассказывает о своей работе официанткой, которую будучи в хороших отношениях с хозяином удалось сохранить и теперь приходится работать в вечернее время после учебы. Свободного времени стало в разы меньше, но деньги сейчас тоже очень нужны.
Наш обед затянулся на два часа непрекращающейся девчачьей болтовни, и когда я уже перестала чувствовать свою задницу, позвала подругу подняться на верх, ибо судя по ее ёрзанью, чувствовала она то же самое.
— Как же я скучаю по домашней еде, твоя мама фантастически готовит, даже Моника с ее сто одним дипломом в сфере кулинарии — отдыхает.
— Мы всегда рада видеть тебя, ты
Решаю не нагнетать обстановку упреками и спрашиваю то, что волнует меня сейчас больше всего.
— Ну что? Вам с Сэмом удалось пообщаться? Как он тебе? — устроившись на мягкой кровати начинаю свой допрос, так как в клубе совершенно не видела их даже рядом.
— Ты только не обижайся, ладно, Эл? Я потому и приехала, хотела поговорить с тобой об этом.
— В чем дело? Он обидел тебя? — мой голос резко повышается.
— Нет, нет. Мы перекинулись парой слов в кино и в клубе. Но как-то… наше общение не задалось. Так бывает. — с виноватой улыбкой выдает подруга поджимая губы.
Очень странно, Николь та еще болтушка и у нее никогда не было проблем с тем, что бы найти общую тему с кем либо. Да и Сэм, несмотря на то, что он на первый взгляд кажется тихим, на самом деле- добрый и хороший парень, который в свои годы уже многого достиг.
После расставания с Артуром, мы как и раньше пересекались с Сэмом в университете, у него был последний год и он частенько появлялся в библиотеке, но завязать разговор никто из нас не решался. Несмотря на то, что рассталась я только с Артуром, продолжить общаться с его семьей, в том числе и братом было сложно.
В один из таких дней, когда Ник пришлось уехать домой снова спасать мать, я пошла готовиться к очередному тесту, пообещав подруге, что буду готовится за нас двоих, что бы потом объяснить и ей. После нескольких часов проведенными за изучением тонкостей финансового анализа мой мозг стал потихоньку закипать и ему срочно понадобилась хорошая доза глюкозы. Проведя у автомата несколько минут в надежде всё же найти хотя бы какую-то наличку, я уже было собралась возвращаться на место заливаясь слезами, но Сэм увидев мои безуспешные попытки подошёл помочь. Наш разговор был похож на прежнее общение, легкий и непринужденный, я расслабилась и поняла что, соскучилась.
Как оказалось он уже собирался уходить и увидел меня, как же вовремя. Проглотив несколько батончиков я поняла, что настроение слишком хорошее для того, что бы снова возвращаться к скучным терминам и цифрам. Сэм предложил прогуляться и выпить кофе и я как будто вдыхая давно забытый родной запах не раздумывая согласилась. Наверное в душе я всё же надеялась услышать, что Арт страдает и не может без меня. Понимала, что это маловероятно, ведь после того как я уехала, мы больше не виделись и не общались, но надежда во мне еще жила и горела.
Мы болтали до самой ночи, обо всем кроме Артура, негласно это была запрещенная тема для нас, и я безумно благодарна ему за это. У меня было ощущение, как будто мне удалось урвать кусочек моего счастливого прошлого. Мы столько времени были вместе, что я срослась с их семьей и считала себя их членом, и потому так больно было потерять их всех в один момент. Сэм всегда был тихий, серьёзный и рассудительный, лишь иногда мы могли пообщаться с ним по душам, казалось он мне не доверяет, хотя при этом ничего плохого или злого в нём не было. Со временем мы стали подшучивать друг над другом, мне казалось ему трудно открываться, но по происшествию лет стала пытать к нему теплые чувства, стал мне как брат, которого никогда не было. Но после того вечера, он открылся для меня совершенно по-другому, я кажется и не знала его вовсе. Открытый, смешной, амбициозный и красивый.