Я – первый

Зверев Сергей Иванович

Центробежная сила развернула корпус Артура, лишенного опоры, прямо на рыжего. Артур сначала посмотрел поверх головы схватившего его человека (он увидел, что Коля беспощадно проламывается сквозь людей, расталкивая локтями и корпусом, отбрасывая на землю тех, кто стоял спиной к нему), затем в глаза ловкого и юркого мужичка, который с пьяной удовлетворенностью уже замахивался кулаком.

– Серый!! – гаркнул он неожиданно так громко прямо в лицо рыжему, что мужик слегка оторопел и замедлил с ударом.

Пьяный (или полупьяный… есть такие, которым алкоголь

в небольших дозах не отуманивает мозги, а только обостряет реакцию и ускоряет мышечные процессы) замер на месте. Было видно, что он усиленно напрягает свою память, пытаясь сообразить, кого же он держит. Скорей всего, его тоже звали Сергеем.

Я резко притормозил, упершись двумя ногами в зеленую траву и проделав в ней две слабые бороздки.

– Отгони машину! Любой ценой отгони машину! А я достану его все равно!

Я развернулся и бросился к «шестерке».

* * *

Артур сноровисто и привычно ударил рыжего в голень носком кроссовки, и, когда мужик с искаженным от боли лицом отпрянул назад, собровец легко выкрутил ему руку, и быстро свалил на траву незадачливого поборника справедливости.

Краем глаза заметив со стороны приближающегося к нему следующего противника (но тот уже слегка замедлил шаг, несколько смущенный быстрой расправой над своим товарищем), Артур сам сместился к нему, делая скользящий шаг вбок и, используя инерцию движения, резко выбросил ему в пах свою правую ногу.

Джинсы не позволили собровцу наносить высокие и красивые удары ногами, да он и не снимался в китайском боевике, но этого тяжелого попадания всей ступней в жизненно важную точку вполне хватило, чтобы остудить пыл нападавшего. Плотный парень с черными кучерявыми волосами сразу же согнулся, непроизвольно охнул, закрыл свою промежность ладонями, повернулся спиной и сделал несколько прыжков от места схватки. А третий благоразумно замер в отдалении. Все его негодование вылилось в возмущенном крике:

– Что ж ты делаешь, падла!

Артур не удостоил его взглядом, выдохнул, пригнулся и бросился за чеченцем.

Коля не успел отбежать далеко. Все-таки быстро пробраться через толпу плотно стоящих людей невозможно. Да и не каждый отойдет в сторону, если на него бежит не вооруженный чем-нибудь человек. Так, слегка посторонятся, и все…

Но путь чеченец расчистил. За его спиной оставался коридор в толпе, по которому и несся Артур. Перепрыгивая через уже вырытые ямки, через охапки саженцев, уворачиваясь от испуганных людей, которые, увидев его злое, искаженное лицо, бестолково метались перед ним, он неумолимо приближался к боевику, взглядом фиксируя его спину и руки.

И «прозевал» нападение. Худой парнишка с мрачным, испещренным угрями лицом заранее приготовился к этому, исподлобья следя за подбегающим хулиганом, который так нагло вздумал отобрать дорогую вещь у пожилого человека. Он крепко держал лопату в руках и, обернувшись к пробегающему мимо Артуру, размахнулся, как метатель копья на стадионе, хекнул от напряжения и бросил лопату острием вперед ему прямо в ноги.

Лопата

пролетела между кроссовок, лезвием воткнулась в пыльную мягкую почву, и Артур, подтягивая опорную ногу, зацепился за черенок носком. Его стопа не ощутила твердую поверхность, инерция стремительного бега бросила тело дальше, и он полетел головой вперед.

Собровец вовремя сгруппировался, покатился по земле, сделав несколько кувырков. Вскочив, он непроизвольно обернулся и сделал шаг к парню.

– Убью, сука… – негромко и страшно выдохнул Артур. Прыщи на худом лице подростка вдруг стали отчетливо видны лучше из-за внезапного отлива крови. Он тут же развернулся и задал стрекача. Артур, ощущая внезапную немеющую боль в левой стопе, бросился дальше.

Коля уже вырвался из густого сборища возбужденно гомонящих теток и мужчин и побежал по кочковатому пустырю, поросшему густыми зарослями бурьяна и сорняков, забирая левее, к трем белым многоэтажным домам, которые тоже стояли в отдалении полукругом, образовывая свой микроквартал в трех сотнях метрах от пятиэтажек.

На бегу чеченец обернулся, оценивая расстояние. Артур увидел его злое потное лицо с прилипшими ко лбу волосами и лютый ненавидящий взгляд. Времени спокойно вытащить мобильник и набрать нужный номер у боевика не было. Как только Коля замедлит движение, а это неизбежно произойдет, вздумай он привести в действие «адскую машинку», Артур догонит его и собьет с ног. Это они понимали оба.

Чеченец бежал тяжело. Если первые пятьдесят метров он преодолел на мощном выбросе адреналина, то уже бег с барьерами – неровности почвы, скрытые под густыми зарослями сорняка, замечались в последний момент, и ему их приходилось преодолевать, неловко перепрыгивая, – давался ему нелегко. Он на глазах терял скорость.

Но и Артур серьезно замедлил движение. Он сильно хромал на левую ногу. Проклятый инстинкт самосохранения заставлял беречь стопу, ставя ее на землю осторожно и только внутренней стороной подошвы, тем самым спасая организм от удара болевого шока.

«Хорошо, что у него нет оружия, а так я буду бежать вечно, хрен тебе, сволочь, – так подумал Артур о своей поврежденной ноге, – ты не остановишь меня, и, пока я за ним бегу, он мобильник не вытащит… Прав был Серега, умница, сработка пойдет от мобилы, то-то я взрыва не слышу, если бы все было по-другому, то этот цирк давно бы уже закончился. Я просто загоню его, его дыхалка долго не выдержит, лишь бы моя нога выдержала».

Они оба уже почти что перешли на быстрый шаг. Но Артур, сжав зубы и бесконечно повторяя про себя: «Хрен тебе, сволочь, хрен тебе…» – начал все-таки неумолимо сокращать расстояние.

Чеченец, постоянно оглядываясь, сумел немного прибавить, но Артур знал, что это ненадолго.

«Куда этот дебил бежит, я же догоню его все равно…»

Открывать рот и выкрикивать что-то вроде: «Стоять, милиция!» – Артур не собирался. Много сил отнимало волевое погашение боли, и он сконцентрировался только на этом, не выпуская из виду спину тяжело дышавшего человека.