Я никогда не...
Шрифт:
Эмма выпрямилась, ее осенило. А что, если в папке есть что-то про розыгрыш с поездом? Мэделин говорила, что полицейские что-то показывали.
В конце магазина Саманта уголком глаза поглядела на Эмму. Итан тронул девушку за плечо.
– Мне не нравится твое выражение лица, - сказал он.
– Что ты задумала?
– Увидишь.
Эмма небрежно взяла со стола зелено-голубой клатч Тери Берч. И, убедившись, что Саманта наблюдает за ней, сунула его под рубашку. Голой кожей она ощущала ее мягкую кожаную поверхность.
–
– Итан резко провел рукой по горлу.
– Ты рехнулась?
Эмма проигнорировала его. Ее пульс участился. Чувство было таким чужим, таким неправильным. Бекки все время воровала в ночных магазинах: стащив шоколадный батончик, засунув пачку жвачки в карман Эммы, однажды даже выйдя с несколькими двухлитровыми бутылками кока-колы под рубашкой, словно со странными сиськами. Эмма жила в страхе, что полицейские посадят их обоих в тюрьму или, еще хуже, заберут у нее мать. Но в конечном счете, это не полиция забрала Бекки. Она сама бросила свою дочь по собственной воле.
– Стоять!
Эмма застыла с рукой на дверной ручке. Саманта резко развернула ее. Ее брови изогнулись точно буквой V.
– Хорошая попытка. Давай сюда обратно.
Вздохнув, она убрала руку от груди и встряхнула рубашку. Клатч с глухим звуком упал на пол, золотая цепочка звякнула о кафель. Из примерочной кабинки высунула голову полураздетая девушка и ахнула. С самодовольной усмешкой Саманта схватила клатч и вытащила из кармана своих узких джинсов Блэкберри. Она включила громкую связь на телефоне.
– Погоди.
– Итан поспешно обежал вишневый бархатный диван.
– Это недоразумение. Я могу объяснить.
– Девять один один, что у вас случилось?
– проскрежетал голос на другом конце провода.
Саманта прищурила глаза, глядя на Эмму.
– Я бы хотела сообщить о совершаемом в данный момент ограблении.
Эмма сунула трясущиеся руки в карманы и попыталась сохранить наглую ухмылку, приклеенную к губам и говорящую «Я - Саттон Мерсер и очень взволнована тем, что могу попасть в тюрьму». В некотором смысле, это было не трудно: отправиться в полицейский участок - именно то, что она хотела.
Глава 6
Досье преступницы
В полицейском участке в помещении из шлакоблоков Эмма сидела на желтом пластиковом стуле. Комната была не больше клетки для кур, в ней пахло гнилыми овощами, а на дальней стене почему-то висели два плаката, с изображенными на них безмятежными гейшами. Могло получиться отличное место действия для газетной заметки... если бы она была писателем, а не главной темой. Дверь со скрипом отворилась, и в комнату вошел детектив Куинлэн, тот полицейский, который не поверил Эмме, когда девушка заявила, что она на самом деле Эмма Пакстон, а ее сестра пропала. В руках он держал папку «Саттон
Куинлэн плюхнулся на стул напротив и положил пальцы на папку. В коридоре громыхали ботинки, сотрясая все некачественно построенное сооружение.
– Воруешь в магазинах, Саттон? Правда?
– Я не хотела, - пропищала Эмма, откидываясь на спинку стула.
Очень давно Эмма уже была в полицейском участке посреди ночи, правда с Бекки, которую арестовали за неосторожное вождение. Женщина-полицейский сразу же достала большой черный телефон и протянула его Бекки, но та оттолкнула трубку, умоляя:
– Пожалуйста, не звоните им. Пожалуйста, - сказала она.
На рассвете, когда Бекки отпустили с предупреждением, Эмма спросила, кому хотела позвонить женщина-полицейский. Но Бекки просто закурила, сделав вид, что не понимает, о чем говорит Эмма.
– Ты не думала, что тебя поймают?
– При этих словах Куинлэн показал папку.
– Ты забыла, что уже попадалась на магазинной краже?
– Он достал из папки лист бумаги.
– Пара ботинок из «Банана Репаблик» 6 января. Так что это рецидив. И это серьезно, Саттон.
Эмма зашаркала ногами по линолеуму, ее потные голые ноги прилипли к пластиковому стулу. Наручники на поясе Куинлэна зазвенели, когда он откинулся на спинку сидения.
– На что ты напрашиваешься? Хочешь в колонию для несовершеннолетних? Или просто притворишься, что ты там кто-то еще, близняшка Саттон? Как, ты там говорила, тебя зовут? Эмили?
Но Эмма не слушала. Вздрогнув, она прочистила горло. Девушка начала задыхаться, согнулась пополам и закашляла. Она кашляла до тех пор, пока у нее в легких не заболело.
Куинлэн нахмурился.
– Ты в порядке?
Эмма встряхнула головой и разразилась новой серией кашля.
– Воды, - прохрипела она между вздохами.
– Пожалуйста.
Куинлэн встал из-за стола и вышел в коридор.
– Не двигайся, - прорычал он.
После того, как он закрыл дверь, Эмма еще немного покашляла и начала действовать, стащив папку к себе. У нее дрожали пальцы, когда она открыла ее и пролистала страницы. В начале шла самая недавняя запись, когда Эмма приезжала в участок в первый день учебы. Кто-то напечатал: «Отвезли мисс Мерсер в школу на патрульной машине». Еще четыре бланка были заполнены почти тем же самым.
– Ну же, - пробормотала себе под нос Эмма, листая страницы дальше.
Попадались отчеты о нарушениях общественного порядка и заявление относительно конфискованной машины Саттон, Вольво 1960 года, о неуплате штрафов за нарушение правил стоянки. В следующей стопке лежало заявление Саттон об исчезновении Тайера Вега. Глаза Эммы изучали запись.
«Иногда мы вместе тусовались, - говорила Саттон на допросе.
– Думаю, он был немного влюблен в меня. Нет, конечно, я его не видела с тех пор, как он пропал».