Я надеюсь…
Шрифт:
Во втором классе Иришка писала сочинение "3а что я люблю свою маму». Оказалось, за то, что у меня «много книг», за то, что «все студенты любят маму», потому что говорят маме. Здравствуйте!» и — главное — за то, что «мама не боится волков». Я храню это сочинение.
— Я смотрю, Вы просто идеальный архивариус.
— Возможно, сказывается и моя профессия — социолога, лектора. Социолог без архива — человек без памяти.
Школу Ириша окончила с золотой медалью. За десять лет учебы, помню, в четверти у нее была только одна четверка: по черчению. Так же и мединститут окончила — вообще без четверок. И знаете, я этим
В годы отрочества, юности дочь много читала. Только теперь признается мне, что очень часто — ночами, как она говорит, «втихаря». «Мне нравилось, — говорит, — что никогда и никто из вас не указывал мне, что можно читать, а что нельзя, мол, еще рано. Все книги в доме были в полном моем распоряжении». Ей это, как видите, нравилось! Любит читать художественную литературу и сейчас. Некоторые вещи Толстого, Гоголя, новеллы Моэма, пьесы Пристли, роман Митчелл «Унесенные ветром» перечитывает вновь и вновь. «Унесенные ветром», по-моему, вообще выучила наизусть.
— Мои девчата тоже. Разговаривают друг с дружкой диалогами Скарлетт О'Хары и Рэтта Батлера.
— А знаете их можно понять. Там сильные характеры, много благородных людей. Прекрасные женские образы. Да и мужские, скажу Вам. А женская натура — ее влекут прямота и благородство.
— Поверю Вам на слово.
— В шестнадцать лет у дочери появилась и своя молодежная компания, свои музыкальные кумиры: Алла Пугачева, «Битлз», Джо Дассен, Демис Руссос, опера «Иисус Христос — суперстар».
Правда, сейчас Иришка говорит мне, что ей больше всего нравятся танго 20–30-х годов. И так же, как и мы с Михаилом Сергеевичем, очень любит музыку Чайковского, его симфонии, балетную музыку. Любит «Аве Мария» Шуберта, «Паяцы» Леонкавалло, «Норму» Беллини. Налицо, если хотите, сближение вкусов «отцов и детей»…
В семьдесят четвертом поступила в Ставропольский мединститут. Недавно в интервью корреспонденту «Медицинской газеты» сказала, что после школы она осталась в Ставрополе, потому что не хотела расставаться с родителями. Кого из родителей не тронет такое признание?
На первом курсе института познакомилась со своим будущим мужем Анатолием. Учились в одной группе. Мать Анатолия врач-невропатолог. Отец — высокий, красивый, инженер-геодезист, преданный своему делу человек. Но он рано умер — в возрасте 56 лет. У него был рак. Перед смертью очень страдал. Об этом и сейчас тяжело вспоминать… Дважды его оперировали в Москве — мы жили уже здесь.
В 1978 году Ирина и Анатолий поженились, и Анатолий вошел в нашу семью. Когда меня спрашивают, сколько у нас детей, я отвечаю: четверо — Ирина, Анатолий, Ксения и Анастасия. Но вырастила я все-таки одну дочь. Один ребенок в семье. Сегодня говорят, что работающая женщина с двумя детьми — это уже многодетная мать. Нелегко совмещать профессиональные, общественные обязанности с семейными, с ролью матери и жены.
Право на равный труд, на материальную, социальную независимость, на реализацию себя как личности — все это огромные завоевания женщин нашего времени. Мне самой приходилось проводить анкетный опрос среди женщин: оставили бы Вы работу в том случае, если бы муж полностью обеспечивал семью? Даже при этих условиях большинство женщин отвечали: нет.
С другой стороны, семья, этот социально-нравственный, кровнородственный союз людей был и остается важнейшим институтом человеческих отношений, человеческой, людской судьбы, источником ее благополучия, счастья или, напротив, несчастья. Время меняло и меняет
Возьмите хотя бы практику воспитания детей. Опыт жизни, на мой взгляд, очень убедительно показывает, что при огромных возможностях и даже при очевидной необходимости общественного воспитания оно должно непременно сочетаться с воспитанием в семье. Непременно! Ничто не заменит эмоциональные, основанные на любви взаимоотношения детей и родителей. Ни ясли, ни сады, ни школы-интернаты или детские дома.
— Мой личный интернатский опыт с лихвой подтверждает это. Недополучившие родительской любви дети — особенно отданные на воспитание в казенные заведения — потом, взрослыми, нередко вымещают «детскую» обиду на всем обществе…
— Думаю, до тех пор, пока суждено существовать самому человеку, не будет утрачено и природное, естественное чувство отцовской и материнской любви. Те же самые опросы показывают, что доля женщин, вообще не желающих иметь детей, крайне ничтожна. Как соединить два начала — работу женщины, ее профессию и семью? Сегодня это, пожалуй, всеобщая, мировая проблема, и проблема острая.
Условия женского труда, оплата его, государственная поддержка семьи — у нас, мягко говоря, здесь вопросов еще предостаточно. А если к тому же учесть уровень развития нашей социальной сферы, бытового обслуживания, здравоохранения, состояние жилищного вопроса. И этот вечный товарный дефицит… Трудно сейчас в стране и с продовольствием, и с промышленными товарами. Да и сколько помню себя, достатка в этом никогда и не было. Скажем, сколько лет мы жили на Ставрополье, столько лет все основные покупки — я не говорю о продуктах питаниях — делались где-то: в Москве, Ленинграде, в поездке за рубеж. Словом, где удавалось. Как только командировка в Москву или еще какая оказия, так составляется длинный список собственных нужд и нужд ближайших друзей. Список включал все: книги, пальто, шторы, белье, туфли, колготки, кастрюли, бытовые моющие средства, лекарственные препараты… Вы же знаете, как «любила» и «любит» Москва за это всех приезжающих…
— Да и за границей о наших «списках» уже хорошо знают. Приезжаешь — и сразу спрашивают: ну а где твой список?
— Могу показать десяток писем Михаила Сергеевича, когда он, скажем, писал мне из Сочи, что купил какие-нибудь туфли, или нечто подобное сообщал из Москвы. Вечные поиски!
А в целом все эти реальные трудности приводят к тому, что каждая женщина эту проблему — сочетание профессиональных и семейных обязанностей — решает по-своему. Расставляет личные приоритеты, акценты, что-то выдвигает на первый план, что-то подчиняет. И в результате, по-моему, шкала ценностей нередко скособочивается.
Проблематичность, сложность соединения служебных и семейных обязанностей, уверена, в нашей жизни является одной из причин более низкой профессиональной квалификации женщин и их замедленного служебного роста. Ведь, допустим, среднее образование имеет не меньший процент женщин, чем мужчин! И в студенческой среде девушек у нас не меньше, а даже больше, чем мужчин. А вот потом, по ходу жизненного пути, женщины все больше начинают отставать. Возьмите ту же научную сферу, более знакомую мне. Кандидатов наук, конечно же, среди научных работников-женщин меньше, чем среди мужчин. Докторов наук — еще меньше. А среди академиков — много ли среди наших сегодняшних, живых, «полных» академиков женщин? По пальцам сосчитать…