Я, Менгск
Шрифт:
Совершенно забыв о времени, Арктур сидел и прокручивал в голове миллионы мыслей, пытаясь справиться с зияющими пустотами в душе. Сколько прошло времени – час или больше, он не знал.
Арктур сделал глоток портвейна. Спиртное не утратило крепости, но не оказало на него никакого эффекта. Тело попросту онемело, – силы покинули Арктура. Осилив половину бутылки, он швырнул остатки в огонь. Стекло разлетелось вдребезги.
– Расход хорошего портвейна... эх... – Арктур зашипел, вторя шипению алкоголя, сгораемого в ярком пламени.
Он услышал как за спиной открылась дверь.
– Арктур, – прозвучал мужской
Арктур развернулся и увидел Айлина Пастера с Жюлианой. Они стояли на пороге комнаты, опасаясь вмешиваться в его горе, и словно радующиеся, что оно обошло их стороной. Сердце молодого человека захлестнуло презрением.
Лицо Жюлианы было покрыто разводами слез. Она крепко прижимала к себе Валериана. В широко раскрытых глазах мальчика плескался страх и непонимание происходящего. Валериан высвободился из хватки матери и подошел к Арктуру.
– Твои мама и папа умерли? – спросил он.
Арктур кивнул.
– Да, Валериан. Именно так. И моя сестра тоже.
– А почему они умерли?
– Тише, Валериан! – одернула мальчика Жюлиана. – Не спрашивай о таких вещах!
– Конфедерация убила их, – произнес Арктур. Его голос прозвучал низко и угрожающе. – Они убили их, потому что мой папа выступал против них. Убили, потому что они звери.
Валериан протянул руку и нерешительно дотронулся до плеча Арктура.
– Мне жаль, что они умерли, – прошептал он.
Арктур посмотрел в глаза сына и увидел в них неподдельную детскую искренность – искренность, незашоренную взрослыми понятиями приличия или такта.
– Спасибо, Валериан, – поблагодарил он мальчика.
Айлин Пастер отвел Валериана обратно к матери, а затем сел в кресло напротив Арктура.
– Чтобы ты не планировал делать, я обещаю тебе полную поддержку со стороны Умоджи.
– Как и моему отцу? – с горечью уточнил Арктур.
– Гораздо большую, – ответил Пастер. – Арктур, я только что вернулся с чрезвычайного заседания Совета Правления, посвященного поражению келморийцев. Министр Йоргенсен объявил о формировании Умоджанского протектората. Эта организация будет защищать наши колонии от тирании Конфедерации и оградит их от ее захватнической политики. Мы будем предоставлять убежище тем, кто будет бороться за свободу.
– Очень благородное решение, – сказал Арктур. – Правда, немного запоздалое.
– Наверное, ты прав, – признал Пастер, – но это только начало.
– Начало... – задумчиво произнес Арктур, глядя на потрескивающий огонь. – Да, это только начало.
Внезапно страшная мысль ворвалась в мозг Арктура, ударив как шип "карателя". Он посмотрел на Валериана и Жюлиану. От страха у него перехватило дыхание и скрутило внутренности в комок.
– Что такое? – спросил Пастер, увидев его затравленный взгляд.
– Жюлиана... и ты, Валериан, – сказал Арктур, вскакивая на ноги, – вам нужно уходить. Прямо сейчас.
– Что? Я не понял, что ты имеешь в виду?
– Они знают, – сказал Арктур, расхаживая по комнате. Его мысли стучали в голове, как колонна вездеходов, врезающихся друг в друга. – И если они еще не здесь, то появятся в ближайшее время!
– Подожди, Арктур, – перебил молодого человека Пастер. – Кто знает и что?
– Конфедераты! – отрезал Арктур. – Сообщение, что я послал родным
– Ты думаешь, они придут сюда? На Умоджу? – покрепче стискивая Валериана в объятиях, спросила Жюлиана.
Арктур рассмеялся глухим мрачным смехом, звучащим из самой холодной и пустой части его души.
– Нисколько не сомневайтесь, что так и будет. Они сделают все возможное, чтобы уничтожить своих врагов. Вы должны убираться отсюда и постоянно перемещаться, иначе они найдут вас. А этого никак нельзя допустить.
– Не смеши, – возразил Пастер. – Мы здесь как в крепости.
– Не смеши? – изумился Арктур. – Если убийцы моей семьи смогли проникнуть через системы безопасности Небесного Шпиля, то сюда они просто войдут и перебьют всех в один момент! Ну уж нет! Единственный способ избежать с ними встречи – отсутствовать там, куда они придут вас искать!
– Арктур прав, папочка, – сказала Жюлиана. – Мы должны уходить.
Ее голос дрожал от страха, но Арктур знал, что боялась она не за себя, а за Валериана.
– Я не позволю, чтобы что-то случилось с Валом!
Айлин Пастер еще колебался, но все-таки потом неохотно кивнул.
– Через час сюда прибудет корабль.
– Постоянно передвигайтесь, – предупредил Арктур, – никогда не задерживайтесь слишком долго на одном месте.
– А разве ты не пойдешь с нами? – удивилась Жюлиана.
– Нет, – ответил Арктур. – Пока они еще не знают, но конфедераты только что создали величайшего врага, какого им когда-либо придется узнать.
– Что ты собираешься сделать? – спросил Пастер.
– Я сравняю Конфедерацию с землей, – процедил Арктур.
ГЛАВА 15
Меч обрушился на него, образуя серебряную дугу, и Валериан крутанул запястьем, чтобы собственным оружием заблокировать удар. Клинки встретились со стальным лязгом, в тот момент когда Мастер Миямото сделал выпад мечом, а юноша парировал его. Отразив удар, Валериан опустил меч, и отступил, избегая новой безжалостной атаки наставника.
Пот ручьями бежал по лицу Валериана. Его дыхание стало прерывистым и тяжелым. Мастер Миямото напротив, выглядел столь же безмятежным и невозмутимым, как и всегда, независимо от того, наливал ли он чай или выполнял безупречные выпады мечом.
Одетый в простой кремовый кэйкоги[49] и хакама[50], Мастер Миямото был непредсказуем, как всегда. По его лицу нельзя было прочитать ни единого намека на возможные движения в этом опасном балете, называемом бой на мечах.
Валериан носил идентичную тренировочную одежду, скроенной по его небольшой фигуре девятилетнего мальчика, которая наконец начала крепнуть, поскольку он становился старше и все больше занимался. Он был все еще стройным и худощавым, хотя за последние два года его плечи и руки заметно окрепли. В облике хилого мальчика наконец стали проявляться многообещающие намёки на сильного мужчину, каким Валериан мог стать в будущем.