Я, маг!
Шрифт:
– Почему? – неожиданно накатила затаившаяся было усталость, захотелось зевнуть. – Последуй я твоему совету, так бы и был никем. А сейчас я – маг, один из сильнейших, в чем ты имел возможность убедиться на поле боя.
– Не думал я, что ты сможешь зайти так далеко, – в голубых глазах проскользнула боль. – Ошибся.
– Все мы иногда ошибаемся, – откликнулся Харальд бесстрастно и скомандовал воинам:
– Возьмите его!
– Я же тебя тогда отпустил, – сказал Иссахар, очутившись в крепких и не очень дружелюбных руках.
– И я тебя отпущу. – благосклонно кивнул Харальд – Чуть
Темноволосый Владетель застыл, глаза его изумленно расширились
– Так вот, я сделаю тебя уродом, окажу такую услугу, – Харальд улыбнулся и резко сказал:
– Выколите ему глаза!
– И зачем? – вопрос прозвучал столь неожиданно спокойно, что Харальд помимо воли обернулся.
– Как зачем? – удивленно произнес он, уставившись на Иссахара. – Месть за опоганенную мечту!
– Да, вижу, что я тогда ошибся очень сильно, – хозяин замка грустно усмехнулся, – Ты самый страшный урод, которого только можно представить, и именно поэтому ты столь силен в магии!
Харальд махнул рукой и вышел из комнаты. Слова побежденного Владетеля запали в душу, остались беспокояшим осадком. Отчего-то оказалось неприятным услышать слово «урод» применительно к себе.
«Вот хитрец! – подумал Харальд об Иссахаре. – Любой случай подгонит под свою безумную теорию! Какой же я урод? Я вполне нормален!», и в этот миг сверху обрушился крик боли. Словно хлыстом, ударил он по ушам Владетеля, заставив того на миг окаменеть.
Пришлось несколько мгновений отдыхать, прислонившись к стене. «Я совсем вымотался, – мелькнула мысль. – Надо отдохнуть. Но ведь Свенельд еще жив...»
От размышлений о том, что придется еще кому-то мстить, куда-то за этим ехать, стало тошно, и Харальд спустился во двор в препаршивом настроении. Хотелось лишь одного – забиться в какую-нибудь темную нору, желательно подальше от людей, и не вылезать оттуда минимум полгода.
Но едва Владетель вышел во двор, как подбежал фон Жахх Лицо было озабоченное, явно не о погоде разговаривать собрался
– Все, что нашли ценного, уже забрали, – доложил он коротко – К вечеру будем готовы выезжать Но стоит ли, на ночь глядя? Может, подождем до утра9
– Нет, – покачал головой Харальд – Ждать нельзя Мы должны как можно быстрее вернуться на север Пока никто не догадался, что наш отряд – легкая добыча
С тремя с небольшим тысячами воинов удержать захваченные земли – задача невыполнимая, особенно если учесть, что некоторые из родовитых в этих местах способны в одиночку выставить такую армию. Харальд подобной глупости совершать не собирался Вернуться в пределы родного Владения и там переждать, чем кончится междоусобица в землях Иссахара, которая теперь, когда Владетель ослеплен, – неизбежна. Если кто-нибудь из тех, кто недавно клялся Харальду в вассальной верности, ее сохранит – тем лучше, нет – значит нет, поскольку собрать приличное войско, чтобы доказывать свою силу, Белый Владетель сможет теперь нескоро – слишком велики потери.
Черный замок на вершине горы остался далеко позади, и под ноги стелилось кочковатое тело дороги, но Харальд все никак не мог забыть Иссахара
Беспокойство бродило внутри, словно пиво в бочке, и даже прикосновения к ледяному переплету книги, что раньше всегда помогали отрешиться от забот, не приносили облегчения Читать, узнавать что-то новое не хотелось впервые за многие годы, и, беря в руки увесистый том, Харальд испытывал странное чувство – гадливости, словно касался пальцами здоровенной бородавчатой жабы.
Одолевали и сомнения другого рода – относительно того, что делать дальше. Война со Свенельдом – последним из Владетелей, что в свое время отказался взять молодого фон Триза в ученики, не казалась привлекательной, а о другом будущем Харальд никогда ранее не задумывался.
Войско поспешно отмеривало версты, а его предводитель стал угрюм и равнодушен, все заботы переложил на плечи первого вассала. Ничего не могло пробить броню безучастия Владетеля. Даже когда небольшому войску пришлось выдержать бой с большим отрядом разбойников во главе с неким родовитым, Владетель лишь безучастно взирал на сражение, не сделав даже попытки помочь своим.
Бои закончился победой, разбойники после короткого сопротивления бежали, и путь на северо-восток продолжился.
Победоносное, но изрядно поредевшее войско на следующий день после стычки пересекло речушку, так запомнившуюся Харальду месяц назад, и оказалось на своей территории. Здесь Владетель распустил родовитых по замкам, а сам продолжил путь на север в сопровождении небольшого отряда
Поход принес только славу победителя, добыча вследствие спешности отхода оказалась невелика и не смогла возместить потери. Что же говорить об его истинной цели – мести Иссахару, то Харальд ее достиг, но совсем не чувствовал себя довольным. Ощущение совершенной ошибки ныло, словно больной зуб, заставляя постоянно думать об одном – что же он сделал не так?
Сомнения были мучительны, и в один из вечеров, когда пришлось заночевать прямо в лесу, около костра, Харальд впервые за много дней решился поговорить с фон Жаххом, единственным человеком, которому более-менее доверял.
– Послушай, Торгрим, – имя своего первого вассала он узнал случайно, подслушав разговор солдат. До этого момента как-то не задумывался, что у него может быть имя.
– Да, – первый вассал дернулся. Отвык, что молчаливое существо рядом вообще может разговаривать.
– Как ты думаешь, в чем обязанности Владетеля?
– Это сложный вопрос. – Молодой родовитый задумчиво смотрел в огонь. В глазах его оранжевыми змейками отражалось пламя. – Считается, что Владетели лишены каких-либо обязанностей.
– Хорошо. – Харальд нахмурился, чувствуя, что раздражается. Злиться не хотелось, и, сделав над собой усилие, он сумел добиться, чтобы голос звучал ровно. – Чем они обычно занимаются?
– Откуда же я знаю? – Фон Жахх улыбнулся – Никогда не был Владетелем и не собираюсь им становиться.
Харальда словно обдало морозом. По коже пробежала дрожь, столь сильная, что заставила содрогнуться сердце. «Не собираюсь... становиться» – эхом раскатились в опустевшей голове последние слова.