Я ищу тебя

Клейпас Лиза

– Придержи-ка, пока я соображу, что делать, – велел он художнику и, отступив, принялся критически рассматривать холст.

Услышав шаги, один из мужчин оглянулся, подошел к Логану и что-то прошептал. Скотт вздрогнул и пронзил Дамона неприязненным взглядом.

– Лорд Савидж! – учтиво воскликнул он. – Чем я могу помочь?

– Я ищу миссис Уэнтуорт.

Маркиз был вынужден приехать сюда после того, как слуги Джулии сообщили, что хозяйка покинула Лондон и не скоро вернется. Все расспросы ни к чему не привели, хотя Дамон не погнушался прибегнуть к подкупу и угрозам.

– Здесь вы ее не найдете, – отрезал Скотт.

– Где же она?

Скотт

спрыгнул со сцены и с вежливой холодной улыбкой подошел к Дамону.

– Боюсь, миссис Уэнтуорт не хочет, чтобы ее нашли, милорд, – объяснил он, понизив голос,

– Чертовски жаль, – бесстрастно ответил Дамон. – Уверяю, что легко отыщу ее, с вашей помощью или без.

Лицо Скотта окаменело, однако голоса он не повысил:

– Я прекрасно вижу, что происходит, и, конечно, не имею права вмешиваться. Но я слишком много вложил в Джессику и театр, как никогда, нуждается в ее даровании. Надеюсь, и вы поймете ее стремление немного побыть наедине с собой.

Будь он проклят, если станет обсуждать свою личную жизнь с посторонними людьми! Но все-таки следует признать, что Скотт знает Джулию куда лучше, чем он, ее муж! Она, кажется, доверяет своему директору и благодарна за то, что он принял ее в труппу. И хотя Джулия утверждала, что между ними ничего нет, кроме взаимной приязни, подозрения все-таки мучили Дамона. Как может Скотт оставаться равнодушным к такой женщине?

– Позвольте полюбопытствовать, единственная ли эта причина, по которой вы скрываете, где миссис Уэнтуорт? Или вами движут иные чувства?

– Миссис Уэнтуорт мой друг, милорд, – невозмутимо ответил Скотт. – И если возникнет нужда, я буду защищать ее до последнего дыхания.

– Защищать? От кого? Человека, который жаждет предложить ей настоящую жизнь, дом и семью вместо бесконечных мимолетных фантазий на театральных подмостках? – усмехнулся Дамон, обводя уничтожающим. взглядом обугленные стены. – Она нуждается в гораздо большем, нравится вам это или нет.

– Но сможете ли вы дать ей все, в чем она нуждается? – тихо спросил Скотт.

– А вот это мы еще посмотрим.

Скотт печально покачал головой:

– Что вам по-настоящему известно о Джессике, несмотря на власть, которую, как вы считаете, получили над ней? Не подумали, что, если лишите ее всего, составляющего смысл ее существования, она попросту увянет, как сорванный цветок?

– Я слышу слова истинного друга? – с обманчивой беспечностью осведомился Дамон. – Или директора театра, обеспокоенного потерей доходов?

И хотя издевка, казалось, вовсе не задела Скотта, по его настороженному взгляду и сжавшимся кулакам Дамон понял, что попал в цель.

– Она значит для меня куда больше, чем все прибыли в мире.

– Насколько больше? – Не дождавшись ответа, Дамон торжествующе усмехнулся:

– Избавьте меня от вашего лицемерного сочувствия, мистер Скотт. Я требую лишь одного – не вмешивайтесь в наши отношения с миссис Уэнтуорт, иначе, клянусь Богом, сильно пожалеете, что встретились со мной!

– Я уже жалею, – буркнул Скотт себе под нос, глядя вслед лорду Савиджу.

Город Бат был выстроен римлянами на месте, где из-под земли били горячие источники минеральной воды. В начале восемнадцатого века он стал модным курортом с длинными аллеями, обсаженными высокими деревьями, зелеными газонами и открытыми галереями. Теперь же, спустя столетие, Бат сделался доступным не только высшему свету, но и простым смертным. Сюда приезжали на воды, принимать ванны, поправить

здоровье и обзавестись полезными знакомствами. Раскинувшийся вдоль берега реки Эйвон, среди зеленых известковых холмов, город постепенно разрастался. Здесь каждый мог найти магазины, гостиницы и развлечения сообразно вкусам и кошелькам – от довольно скромных до поистине роскошных.

От гостиницы, где сняла комнату Джулия, было рукой подать до купален и минерального источника. Неторопливо шагая по дорожке, девушка любовалась розовато-фиолетовыми лучами заходящего солнца, краешек которого медленно исчезал за «Нью-тиетр». Здание, в котором обычно давали представления заезжие актеры, было совсем новым и довольно красивым снаружи и внутри – просторная сцена, три яруса лож, богато украшенных алым бархатом и позолоченной бахромой. Джулия провела в Бате две недели и лишь несколько дней назад увидела, как начали прибывать ящики с декорациями к постановке «Миледи-обманщицы». Вместе с ними приехали некоторые актеры, бутафоры и рабочие. Логан прислал письмо с приказом завтра собраться на репетицию. До вечера четверга, на который был назначен первый спектакль, оставалось совсем немного.

Куда бы ни заходила Джулия – в магазин или павильон вод, великолепное здание с колоннами, где из маленьких фонтанчиков била минеральная вода, – повсюду только и слышались разговоры о пьесе. Некоторые объявляли драматурга бездарем и неудачником и клялись, что ни за какие коврижки не решатся посетить столь жалкое зрелище. Дамы обсуждали внешность и манеры миссис Уэнтуорт, что немало забавляло Джулию, старавшуюся выходить на улицу под густой вуалью. Она давно привыкла к пересудам и понимала, что вряд ли оправдает ожидания наивной публики. Зрители почему-то считали, что она и в жизни похожа на своих героинь, либо романтических и простодушных, либо искрящихся задорным весельем. Даже Скотт жаловался, что женщины хотели, а порой и требовали, чтобы он разыгрывал перед ними страстного любовника, каким был на сцене.

– Это беда всех актеров, – объяснил он как-то. – Люди всегда разочарованы, когда обнаруживают, что мы ничем от них не отличаемся.

Войдя в купальню, небольшое строение в греческом стиле, Джулия кивнула пожилой служительнице. Девушка заранее договорилась, чтобы во время ее посещений в купальню никого не пускали. Это было единственной возможностью спокойно принять ванну без необходимости выдерживать любопытные взгляды и отвечать на нескромные вопросы. К счастью, в такое неподходящее время сюда приходили редкие посетители. Считалось, что утренние ванны гораздо полезнее для здоровья, не говоря уж о том, что так было принято в высшем свете.

Джулия открыла разбухшую дверь и очутилась в довольно тесном помещении. В гладкой, как стекло, поверхности бассейна отражался огонек лампы, подвешенной к стене. К потолку поднимался пар, распространяя едкий запах. Как приятно полежать в подогретой минеральной воде, зная, что на улице дует прохладный ветерок!

Чуть поеживаясь от предвкушения, Джулия разделась, сложила одежду на скамью и высоко сколола волосы на затылке.

В бассейн вели истертые сотнями ног ступеньки вода омыла щиколотки, дошла до бедер, талии и наконец покрыла плечи. Джулия легла на спину, широко раскинув руки, и прикрыла глаза. Тело постепенно расслаблялось в тепле, но неотвязные мысли не давали покоя. Как воспринял Дамон ее неожиданное исчезновение? Бросился ли на поиски ее или слишком занят леди Аштон, чтобы уделять время сбежавшей жене?