Я и Тёмка
Шрифт:
Это самый быстрый велосипед во всём дворе! Я могу обогнать кого угодно. «Салюты» и «Камы» просто не в счёт. У Андрея велосипед также непонятной модели, не «Школьник», но и не как у меня. Выше, колёса больше, да и тяжелее он… Но при всём при том я его обгоняю на раз! Обгоняю Димкин «Урал», обхожу всех «Школьников»… Никто не может понять, что за велик такой у меня заколдованный!
Ещё я очень люблю кататься на нём без рук. Это я придумала классе в девятом. Сначала ездила, держась за руль одной рукой, но так делать все быстро научились. А потом как-то оторвала вторую руку и поняла,
Как только устанавливается тёплая погода, мы с Андреем выводим свои велики на прогулку. Раньше мы катались во дворе; теперь, конечно, нас тут не удержать. Но так как мы живём в самом центре города, после шести часов наступает «штиль». Все уезжают в «спальные районы». Машины ходят редко – можно кататься прямо по улицам. У нас рядом с домом есть даже такие улицы, которые совсем непопулярны среди водителей и днём. Ну а самое главное, в десяти минутах езды на велосипеде есть набережная. Там широкие асфальтированные дорожки и очень много места для скоростного катания.
Наперегонки со мной ездить никто не любит, понятное дело, поэтому мы катаемся из пункта «А» в пункт «Б».
Что это значит? Это значит, Андрей говорит:
– Поехали до «Победы»?
Это значит до кинотеатра. Или, например, так:
– Рванули до набережной?
Пункт «А» – наш дом, пункт «Б» назначается произвольно.
Как-то незаметно вышло, что перестали кататься Аня и Димка, Котька и Славик. К десятому классу остались только мы с Андреем. Кататься мне нравится, но это не вся моя жизнь. Вот Андрей на велосипедах помешался. И как-то раз вышел во двор с высоким красным красавцем. Это был велосипед с 21-й скоростью. Конечно, мой велик с таким не сравнить: на моём скорость одна, а зависит она от того, как быстро я кручу педали. Мы по привычке выехали на вечернюю улицу и покатили под горку. Андрей чуть отстал – то есть, всё шло, как всегда, и вдруг… Мимо меня кто-то пролетел с огромной скоростью! Это Андрей… Причём я крутила педали, а он не крутил их совсем! Мы развернулись возле проспекта и поехали обратно. Я прилагала все усилия, но даже догнать его не могла, не то что перегнать.
Тут я поняла, что ощущали все мои дворовые друзья, пытавшиеся догнать меня несколько лет подряд. Андрей радостно носился вокруг. И сразу ему стало неинтересно ездить до «Победы», а если я не соглашалась ехать на набережную, летел туда один. Потом он начал ездить ещё дальше, в парк и даже за реку. А мне кататься стало скучно и тоскливо. Я выносила свой велосипед всё реже и реже, пока, наконец, он не исчез из коридора нашей квартиры.
И на старуху бывает проруха
В школе скоро смотр. Смотр – это когда все классы, начиная с четвёртых и заканчивая восьмыми, участвуют в строевой ходьбе с песнями. Подготовка смотра лежит на старшеклассниках, то есть на нас. Мы начинаем «дрессировать» своих
– Ты домой? – спросила я Андрея после уроков.
– Нет, – тяжело вздохнул он. – Иду дрессировать «мелких хищников».
Так Андрей отвечал мне где-то с неделю. Потом его настроение ухудшилось.
– Ты домой?
– Нет, пошёл кровопивцев душить. Лёшка косит, я один с ними остался. Нервная система на пределе.
– Возьми меня с собой.
– Давай, – вяло ответил Андрей.
Мы пришли на второй этаж: там в полном составе сходил с ума 7 «Б».
– Как ты их собираешь?
– Стоять! Стройся! – заорал Андрей так, что у меня заложило левое ухо. – Вот так.
Девочки посмотрели на него кокетливо и продолжили разговаривать. Парнишки потянулись строиться. На построение в шеренгу ушло минут пятнадцать.
– Скажи им, чтобы запомнили своего соседа слева. Так они быстрее строиться будут, – посоветовала я.
– Ну, я сейчас им покажу! Ты посмотри на эти лица. Им это надо? Запоминать что-то, маршировать куда-то… – Андрей вытер ладонью лоб и громко сказал: – Запомните того, кто стоит слева. Будете строиться по нему. А теперь разойдись.
Семиклашки разбрелись.
– Стройся!
Ребята нехотя потянулись строиться.
– Н-да… С этим нужно что-то делать. Ты чему ещё их научил?
– Ничему, – удивился Андрей.
– Строиться научил, и то здорово!
Они же – во! – и постучал по подоконнику.
Когда ребята кое-как построились, я сказала:
– По моим наблюдениям, вы получаете заслуженное последнее место. Строитесь безобразно. К тому же, больше ничего не умеете…
– А что надо? – развязно спросил один из учеников.
– А вот что: строиться в шеренгу по два, по три, в колонну, маршировать по прямой, перестраиваться при марше и петь песню. Какую песню вы поёте?
– А кто её знает? – ухмыльнулась высокая девочка.
– Всё! Гони всех до завтра. Будем думать.
– Да я уже не знаю, как от них откреститься… Свободны! – крикнул Андрей.
Семиклашки замерли. Наверное, не поверили своему счастью.
– Это чё? Всё, что ли?
– А что я тут буду с вами делать, бодаться? Мне это надо? Пропади оно пропадом… Провалитесь на смотре, так провалитесь!
Мы пошли к выходу и даже не обернулись. За спиной стояла тишина.
Дома засели за план действий.
– Давай придумаем, как их раззадорить!
– Уже раззадорили.
– Закрепим!
– Ну и что делать будем?
– А мы завтра скажем, что 7 «А» полностью к смотру готов. Кто у нас там ими занимается?