Шрифт:
Пролог
Взяв у официанта с подноса стакан тумблер с виски, я глазами нашел своего заместителя стоящего в стороне и позвал его к себе. Времени у нас достаточно, а желания у меня находится здесь нет никакого. Думаю, и Денису тоже хочется быстрее уйти. Я устремился вперед, желая поскорее закончить с необходимыми делами. Денис быстро поравнялся со мной, и, натянуто улыбнувшись, поздоровался с каким-то мужиком,
– Нам стоит поторопиться, бой скоро начнется, – сказал Денис, первым поднимаясь по лестнице. – Надо переговорить с Виталием раньше, чем прольется чья-то кровь.
– Если уже не пролилась, – ответил я, допивая виски.
Миновав толпу, мы поднялись по лестнице на второй этаж заброшенного, промышленного помещения, тут же встречаясь с парнем, собирающим ставки на бойцов. Ставки принимаются у «главного» входа до того, как начинаются бои, а вовремя мордобоев по гостям ходят «попрошайки», как их часто называл дядя. Они выпрашивают ставки у гостя.
– Желаете на кого-нибудь поставить? – спросил один из попрошаек. Парень, на вид, чуть старше моего Артура, широко улыбнулся, обнажив желтые зубы и опытным взглядом метнулся к моим часам, явно оценивая размер моего портмоне.
Я знал куда шел и, чтобы не привлекать лишнего внимания к себе, специально выбрал часы от 33 ELEMENT. Так сказать то, что попроще.
– Нет уж, – ответил я, оставляя пустой стакан на неубранном столе, залитым чем-то липким. – Скажи-ка, Диденко Виталий Абрамович, здесь?
– Конечно, у него самые злачные места, – парень обернулся и указал на третий этаж, с которого хорошо просматривалась быстро собранная арена, обтянутая сеткой. – Уже успел проиграть большую сумму. Злой, как черт, – предупредил он. – Сегодня точно не его день, – сказал парниша, и обогнув нас, пошел к лестнице.
Хреново.
То, что этот черт злой, очень хреново.
– Может все-таки попытаемся встретиться с ним в другой раз? В другой обстановке? – в очередной раз спрашивает Денис, когда мы пошли к лестнице ведущей на третий этаж, к месту обитания Диденко.
– Не вариант, Ден. – Я уверен, что он опять выдумает сотню причин, лишь бы избежать встречи со мной. Динамщик хренов. – Кстати, если будет звонить Артур, сбрасывай и отвечай сообщениями, – вспомнив о нем, я отдаю свой телефон Денису, пока снова не забыл.
– Понял, – коротко отвечает он, и убрав мой телефон, в карман своего серого пиджака, внезапно расплылся в обаятельной улыбке, смотря куда-то мне за спину.
– Улыбайся, – едва слышно проговорил Денис, обходя меня.
Обернувшись, я заметил молодящуюся жену Виталия Абрамовича, встречающую нас с двумя стаканами виски. Обворожительно улыбаясь, она шла к нам.
– Какие
– Так и не-где, – ответил за меня Денис. – Вы же к нам в клуб не приходите.
– Денис, так и вы к нам не ходите, – женщина хищно улыбнулась и развернулась лицом к рингу.
– Виталик ждал тебя, Богдан.
– Вот он я, но Вашего супруга я не вижу, – я узнал многих, но не нашел нужного мне толстосума.
– Зов природы, скоро подойдет.
– Где ваш столик? Я подожду его там.
– В первом ряду. – Прижавшись ко мне со спины, Олеся вытянула руку и указала на пустующий черный диван, прямо напротив арены. Блядство. – Самое лакомое место, – шепотом произнесла она, чуть ли не касаясь губами моего уха.
Отстранившись от приставучей женщины, внимание которой меня не интересует, я обратился к Денису:
– Отвлеки ее, – попросил я, не смотря на плотоядную дамочку. – И проследи, чтобы нам с Диденко никто не помешал.
Я хочу закончить раньше, чем начнется очередной бой.
Денис, не говоря ни слова, взял под локоть Олесю, уже переключившую внимание на моего заместителя и увел к бару, а я пошел к месту, куда должен был вернуться Виталик.
Сев на диван, я огляделся, но долго писающего динамщика так и не заметил. Зато мой взгляд случайно упал на арену, которую я избегал все это время. Светлый настил, наспех собранного ринга, был весь в розовато-красных разводах крови.
Мерзость.
Услышав знакомый голос, я обернулся и встретился с Диденко, который заметив меня, напрягся, натужно улыбаясь.
Он точно не рад меня видеть.
– Кого я вижу! – воскликнул он удивленно, подобно его жене, сжимая мою руку пухлыми пальцами. Я давлю крепче, и Виталик сам одергивает свою влажную ладонь. – А я то думал, что ты уже не придешь, Богдан, – говорит Диденко, садясь рядом.
– Вы не шли ко мне, я пришел к Вам сам, – я сделал вид, что не заметил, как он хмыкнул. – Мне не сложно, Вы же знаете, какой я легкий на подъем.
– Знаю-знаю, я тебя еще совсем мальцом помню. Бегал все у дядьки по мелким поручениям.
Виталий потянулся за пепельницей и поставив ее на подлокотник дивана рядом с собой, закурил: медленно затянулся и замолчал
– Угу, только это давно было.
Десять лет прошло, и я уже давно не малец.
– Это точно, – говорит он, оскалившись. – Я тут услышал, что тебя Росомахой называют. Знаешь почему?
– Меня не пугает размер противника, – особенной такой. – Виталий, я же просил, чтобы Ваших девочек не было в моем клубе. Вы, что мне ответили? Без проблем, – напомнил я.