Я хочу домой !

Михалков Сергей Владимирович

Саша. Nein*.

______________

* Нет (нем.).

Сорокин (Добрынину). Он не хочет ехать домой.

Добрынин (Саше). Почему ты не хочешь ехать домой?

Саша молчит.

Сорокин (Саше). Warum willst du nicht nach Hause?

Саша. Ich kann nicht*.

______________

* Я не могу (нем.).

Добрынин. Warum?*

______________

* Почему? (нем.).

Саша (поймав взгляд Скотта). Ich habe kein Zuhause...*

______________

* У меня нет дома (нем.).

Кук (Саше). По-русски, по-русски!

Саша.

У меня... нет... дома...

Кук. Спросите его, что он знает о своих родителях.

Переводчик. Was weist du uber deine Eltern?

Саша. Ich habe keine Eltern.

Сорокин (Добрынину). Он говорит, что он сирота.

Добрынин (Куку). Разве он не знает, что его мать жива?

Кук. Мы не можем сказать ему этого до тех пор, пока сами не убедимся, что это соответствует действительности. По нашим данным, он круглый сирота.

Добрынин. Я передал вам номер газеты, где напечатано письмо его матери.

Кук. Совершенно верно. Мы с большим интересом ознакомились с этой статьей. Но мы не можем верить всему тому, что печатается в ваших газетах. Вы, русские, сами достаточно часто опровергаете многое из того, что появляется в нашей, английской и американской, печати. Не так ли?

Добрынин. Наши газеты не издаются частными лицами. Они описывают только истинные факты.

Кук. Я ничего не могу добавить к тому, что я уже сказал. (Скотту.) Так где же хочет жить этот мальчик? (Саше.) Wo willst du leben?*

______________

* Где ты хочешь жить? (нем.).

Саша. In Deutschland! (Заученно.) Ich werde lernen. Ich werde satt sein. Ich mu? dem englischen Roten Kreuz dankbar sein.

Эйт одобрительно кивает головой.

Переводчик. Он говорит, что он хочет остаться в Германии, где его будут учить ремеслу и кормить. Он благодарен Красному Кресту Великобритании.

Добрынин. Я его понял. (Саше.) Was weist du uber die Sowjetunion?*

______________

* Что ты знаешь о Советском Союзе? (нем.)

Англичане переглянулись.

Саша. Car nichts*.

______________

* Совсем ничего (нем.).

Добрынин. Ты советский мальчик! Ты русский! Ты из Советского Союза! Тебе рассказывали о Советском Союзе? Ты помнишь, как ты жил дома, в Советском Союзе?

Саша. Нет. Я забыл... Vergessen.

Добрынин (англичанам). У меня вопросов больше нет. Вы, господа, слышали ответы Саши Бутузова?

Англичане кивают головами.

Что же тут удивительного, что мальчик не хочет ехать на родину? Да он не имеет о ней никакого представления. Он забыл все, что знал о ней. Из него вытравили воспоминания о родной семье, о родном доме. Я не знаю, господа, кого винить в этом! Может, вы назовете мне его учителей?

Кук. Мальчик получает образование, предусмотренное учебными программами сиротских приютов.

Добрынин. Образование, устраивающее попечителей этих заведений.

Кук. Я просил бы советского представителя...

Добрынин. Я не могу не выразить своего удивления

и удивления моего народа по поводу того, что детей, отцы которых спасли Европу от фашизма, советских детей, английские оккупационные власти задерживают в Германии! Почему их не отправляют домой, к родителям, которые их ждут? Почему от них скрывают правду? Почему им говорят, что они сироты, когда у многих из них живы матери и отцы? Вы молчите, господа? Вам нечего мне ответить?

Англичане перелистывают бумаги. Добрынин достает что-то

из папки с документами.

Саша! Подойди ко мне! Не бойся!

Протягивает Саше какую-то фотографию. Саша берет

фотографию в руки, долго смотрит на снимок.

Кто это, Саша?

Саша (с трудом и волнением). Мама...

Добрынин. Да! Это твоя мама, Саша! Она сама дала мне эту фотографию! Она живет сейчас в Москве! Она ждет тебя домой! Домой!

Кук (резко). Я считаю поведение представителя недопустимым! Я прошу господина майора ознакомить комиссию с предъявленной воспитаннику фотографией!

Саша взволнован. Он не отрываясь смотрит на фотографию.

Саша (громко). Моя мама! (Добрынину.) Хочу домой! (Протягивает фотографию Куку, радостно.) Meine Mutter! Das ist meine Mutter! Ich will nach Hause!

Англичане знакомятся с фотографией. Добрынин

взволнованно переговаривается с Сорокиным.

Кук (кладя фотографию перед собой на стол). Это не имеет существенного значения для решения вопроса. Не так ли?

Англичане соглашаются.

Добрынин (взволнованно). Господа! Ребенок узнал свою мать!

Кук. Допустим, что это так.

Добрынин (горячо). Неужели возможно какое-либо иное решение, кроме того, чтобы вернуть матери ее сына? Я не говорю уже о том, господа, что то, чему я являюсь свидетелем, наполняет меня чувством глубокого возмущения и тревоги за судьбу наших детей! Оторвать ребенка от родной семьи, от родного дома - жестоко! Но насильно лишать его родины, заставить почти совсем забыть родной язык - это уже не просто жестокость, это бесчеловечность, навеки калечащая детскую душу! Я требую...

Кук. Господин майор, очевидно, забыл...

Добрынин (продолжая). Я ничего не забыл! Я все помню и все понимаю. Я требую, чтобы Саша Бутузов и все другие советские дети, находящиеся здесь: русские, украинцы, латыши, - все, кто бы они ни были, были отпущены домой! Только домой! И отпустить их - ваш долг, ваша служебная обязанность, господа!

Саша испуганно переводит глаза с Добрынина на Кука.

Кук. Насколько я мог понять интересную речь советского представителя, дело идет о тех детях, которых приютило и о которых заботится английское правительство. Не так ли? К сожалению, тон этой взволнованной речи скорее напоминает выступление адвоката на судебном заседании, чем выступление советского офицера, допущенного к заседанию нашей комиссии. Мы заседаем уже четвертый час, а рассмотрели всего пять дел. Не так ли?