Я его достану!
Шрифт:
– Где заметка, мать твою?! – заорал он в трубку так громко, что стоявший рядом мужчина, безусловно, все слышал. Неприятно, когда есть свидетели того, как на тебя орет начальник.
– Будет. Через двадцать минут. Мне чуть-чуть осталось, сейчас спущусь вниз и допишу. И еще есть информация по тендеру, но это уже в редакции.
Телефон противно запищал, но не голосом шефа, а мелодией, свидетельствующей о том, что я «вне зоны действия сети». Ну конечно, это же лифт, здесь всегда связь через пень-колоду.
– Ай! – Я чуть
– Лифт остановился, – прозвучал в кромешной темноте глубокий мужской голос. – Похоже, сломался, хотя электричество не должно было отключиться.
Застряли! Я чуть в голос не застонала от досады. И связи нет. А мне писать надо заметку! Может, сейчас починят быстро?
Рядом зажегся яркий свет – мой попутчик включил фонарик в телефоне, и стало уже не так страшно.
– У вас какой оператор? У меня связи нет, даже позвонить не могу, а вы можете?
Он не ответил, лишь внимательно изучал панель лифта, на которой выбиты номера этажей, а потом нажал на какую-то кнопку.
– Диспетчер слушает, – в кабину лифта ворвался женский голос, больше похожий на механический.
– Мы застряли. Лифт А. Где-то между тринадцатым и восьмым этажом, – уточнил мужчина. – Когда лифт запустите?
– Да знаем, знаем. Сломался, да. Не волнуйтесь. У нас нет своего техника. Приедет бригада в течение часа, максимум полутора.
– Не понял? – В только что спокойном голосе прорезались металлические нотки.
– Полтора часа?! – взвизгнула я.
– Нету у нас своего специалиста, сказала же, – проскрежетал голос так, словно это мы сами виноваты, что застряли. – Сделаем что можем.
И отключилась.
Я тихо сползла по стенке на пол. Полтора часа! Связи нет. А у меня заметка не написана. Капец! Меня теперь даже тендер не спасет. Сейчас, когда эйфория от признания Мамаева улетучилась, в голову полезли вредные мысли о том, что у меня даже диктофонной записи нет. Как я докажу в редакции свои слова?!
Рядом на полу лежал ноутбук. Надо все-таки дописать заметку, а вдруг этот техник раньше приедет или само все заработает? Ну насчет последнего я, конечно, поторопилась.
– Вам плохо? – спросил сверху приятный баритон.
– Мне удобно на полу, – бодро сказала я. – Или я вас смущаю? Но тут ведь ничего не видно, так?
В ответ он тихо усмехнулся, но больше спрашивать ничего не стал.
А буквально через минуту до меня донеслось:
– Я до сих пор в «Аркадии», в лифте застрял. Нет, не шутка. – Он замолчал, и в тишине послышался чей-то голос, но разобрать слова было невозможно. – Свяжись с хозяевами здания и пришли ремонтную бригаду. У меня через сорок минут… я не намерен тут час торчать, – добавил он и отключился.
Вот тут наши интересы полностью совпадают!
– Кто-то приедет и вытащит нас отсюда?
Экран его телефона погас, кабина погрузилась в полную темноту. Я почувствовала
– Приедут, – прозвучало совсем рядом. – Но придется подождать. Пожалуй, в сидячем положении это делать и правда удобнее. Вы не возражаете?
– Нет.
В темноте чувства обостряются, я физически ощутила, как он садится рядом, а приятный мужской запах проникает в кожу. Он не коснулся меня, но из-за полного мрака показалось, что никакого расстояния между нами нет.
Так! У меня ведь тоже есть фонарь в телефоне. Сразу стало немного светлее и не так интимно.
– У вас телефон ловит, не дадите позвонить? Мне очень надо.
Я не видела его глаз, я даже лица его как следует не разглядела, но почему-то мне казалось, что сейчас он улыбается моей наглости. Хотя тут такие обстоятельства… Я бы не пожадничала.
– Конечно, диктуйте номер.
Архангельский ответил не сразу, только через четыре длинных гудка.
– Григорий, я в лифте застряла. Это Стрельцова, с чужого телефона звоню. Как только нас отсюда выпустят, я напишу заметку и отправлю, обещаю.
– У тебя же ноут есть. Вот и пиши, раз застряла. – Уставший голос Архангельского прозвучал неестественно громко. – Как тебя выпустят – позвони.
Пальцы не слушались, но Жора прав. И потом я же профессионал! Значит, могу работать в любых условиях. «Жив ты или помер – материалы в номер». Воистину!
Глава 6
«В следующем году «Аркадия» собирается открыть в городе еще три супермаркета, создав, таким образом, дополнительно не менее тысячи рабочих мест».
Все. Точка. Я еще раз пробежалась глазами по новости, поправила пару кривых оборотов, убрала лишнюю запятую. Больше добавить нечего. Мобильная связь у меня так и не появилась, а лифт не заработал.
А вот моему визави постоянно поступали звонки и сообщения. Кажется, даже из администрации этого здания. Я, правда, не вслушивалась в разговор, но, кажется, ему пообещали вытащить нас отсюда очень скоро. Но было это минут пятнадцать назад.
– Может, еще раз позвонить? – предложила я, захлопнув ноут. Зарядки оставалось всего двадцать процентов.
– Смысл? – В холодном голосе зазвучало плохо скрываемое раздражение. – Остается только ждать. Или вы хотите самостоятельно выбраться из лифта?
– Ой, нет. По шахтам лазить не умею. А вы?
Молчание.
От него пахло чем-то приятным, кажется… мятой. Точно, такие приятные пряные нотки. Рассмотреть своего соседа я так и не смогла, да и не особо хотелось. Хотелось просто выбраться уже отсюда и сдать заметку. Не прикольно, конечно, застрять вдвоем с незнакомым мужчиной, но интуитивно чувствовалось, что он точно не из тех, кто будет приставать к начинающим журналисткам в сломавшемся лифте. В этом отношении я была спокойна.