Я буду первым

Лик Анастасия Владимировна

— Богатырская улица, последний дом слева.

Кристофер отключил телефон и рванул в прихожую.

— Ева, отвези Артёма домой, — сказал он, натягивая ботинки и куртку.

— А ты куда?

— Убью одну тварь и вернусь, — сказал Кристофер и вылетел из квартиры.

Дом семьи вервольфов, улица Богатырская, 16 февраля, пятница 9:10

Ему было спокойно. Отец большого семейства, он ощущал рядом дыхание жены и слышал детей, собирающихся в школу. Вдохнул терпкий аромат жасмина,

каким любит надушивать бельё Соня, и поморщился. Он казался слишком ярким для острого чутья волка, но почему-то никто не высказывал недовольства, а значит, пусть всё останется, как есть.

Поднял глаза. Жена спешно готовила завтрак. Сыновья опять сегодня проспали, а всё из-за того, что опять просидели возле телевизора допоздна.

— Когда будила Алекса, мне показалось, что его запах изменился, — сказала Соня и улыбнулась.

— Алекс! Бегом сюда! — громко крикнул глава семейства.

— Что, пап? — тут же появился молодой волк.

— Иди сюда, — притянул он к себе сына и поднял рукав рубашки. На предплечье едва заметно проступали линии орнамента — верный признак скорой инициации.

— Скоро я стану настоящим волком? — спросил Алекс.

Отец расплылся в улыбке. Инициация — одно из самых главных событий в жизни вервольфа. Жизнь меняется резко, в один момент. Зверь, спящий внутри, просыпается, и невероятно тяжело совладать с ним. Тяжело, но необходимо. Мирная жизнь — единственное и главное условие существования в этом городе.

— Да, Алекс, ты станешь волком, — кивнул отец. — Но сегодня ты побудешь дома.

Мальчик уверенно кивнул. Все знали о страшных убийствах, происходящих в городе, но лишь некоторым была известна истинная причина и то, кем были жертвы.

Старшие братья и сёстры большого семейства быстро собрались и, оставив отца и Алекса дома, в сопровождении матери направились в школу. Ещё предстояло объясняться с учителем, почему они опять опоздали. Но, когда они отошли от дома всего на несколько метров, до них донёсся незнакомый запах. Запах опасности.

— Мам? — тихо спросил один из сыновей.

— Я чувствую, — так же тихо ответила она. — Но он пришёл не за нами. Не сбавляя шага, достала телефон и набрала номер мужа.

— Что-то забыли? — засмеялся тот.

— Демон. Он рядом. Спрячь Алекса, — сказала она, чувствуя, что демон удаляется от них, приближаясь к дому. Хотелось бросить всё и бежать на помощь, но это было самоубийство, которое не оценят пятеро их детей.

— Уходите, — коротко ответил муж и отключил телефон.

Кристофер Моро что было сил гнал по улицам Калининграда, выжимая из машины всё, что только можно. Благо, что дороги свободны, и расстояние было покрыто в поразительно короткое время. Только бы успеть!

Вот только мечи остались дома… а, к чёрту, он убьёт его голыми руками, отомстит за друга.

Без труда разыскал нужный дом и вбежал в открытые настежь двери. Окинул взглядом разломанную мебель, перевёрнутые стулья и следы крови, ведущие в холл. Там-то и разыгрывалась основная

драма. Уже знакомый Демон в потрёпанной от зубов вервольфа одежде надвигался на огромных размеров волка, защищавшего из последних сил дверь в погреб. И, судя по неестественно вывернутой задней лапе и рваной ране на груди, их у него осталось немного.

Кристофер, прибавив шаг, ринулся вперёд, попутно схватил пику из стойки у камина, и воткнул её в спину Демону. Тот истошно закричал. Увлёкшись боем с вервольфом, он пропустил появление более сильного противника.

— Моро!

— Ты посмел вернуться в мой город, тварь, — ответил тот спокойным голосом, подбирая с пола сломанный стул и отрывая от него две ножки. Оружие примитивное, но не в руках Охотника. Все мускулы напряжены, полный контроль над телом, над чувствами. Не оставалось сомнения, Кристофер Моро — воин.

Демон зашипел и выдернул из спины пику, отбросив её в сторону. Кинул взгляд на дверь, за которой прятался молодой волк, и в туже секунду получил сильный удар по лицу и в грудь через мгновение. Удар, способный вышибить дух из простого человека, Демон же зарычал и бросился на Охотника. Угольно-чёрные когти, вымазанные в крови вервольфа, полоснули по тому месту, где только что находилась голова Моро. Он увернулся, нанося противнику очередной удар, но на этот раз нацеленный в горло, и едва не упал, споткнувшись о взявшуюся непонятно откуда тушу.

— Пошёл вон, волк! Не мешай! — рявкнул он и толкнул Демона ногой в грудь.

— Моро, этот щенок мой! — заорал Демон, поднимаясь на ноги.

— Какого чёрта тебе надо?

Демон не стал затруднять себя ответом, бой с достаточно сильным вервольфом и удар в спину сильно ослабили его, но желание получить сердце молодого волка было слишком велико. Он с рёвом бросился на Охотника, но тот ловко увернулся и локтём ударил его по спине. Моро тоже помнил о ране, что нанёс Демону, и целился именно туда.

— Твой польский друг был не такой изворотливый, — прорычал Демон, понимая, что вновь проигрывает бой с этим Охотником.

— Он мой брат! Ты, ублюдок! — закричал Кристофер, бросаясь на врага с новой силой. Круша остатки мебели, ломая тонкие перегородки стен и заливая пол кровью. Серия стремительных выпадов. Охотник пропустил пару ударов, получив досадные ранения, но и Демон едва держался на ногах. Посмотрел на всё ещё живого вервольфа. Нет, можно было бы рискнуть и добить Охотника, но этот волк оказался на редкость живучим.

Секунда, и в комнате остались стоять лишь раненый Охотник и волк размером с медведя.

— Мистер Моро! — тут же подбежал к нему верольф, превращаясь на ходу в человека.

— Телефон, — пробурчал тот в ответ, зажимая рану в боку.

— Что?

— Дай телефон!

— Конечно.

Мужчина доковылял на сломанной ноге до кухни, которая осталась удивительно чистой и целой, взял телефон и отдал его Охотнику, только что спасшему ему и сыну жизнь.

Кристофер быстро набрал номер Карова: