Я - Ангел
Шрифт:
Бестелесный облик Хранительницы растворился. Маша осталась одна наедине со своими мыслями. Она повертела в руках сигарету, затем безжалостно разломала на мелкие кусочки и выбросила в унитаз.
– Хватит! С утра начинаю новую жизнь!
– заявила Маша и отправилась спать.
– Ты ещё не готова к такому шагу, - послышался из незримой пустоты голос Хранительницы.
С утра для Маши наступили рабочие будни. У родителей же впереди было в запасе ещё два выходных, ну а Валька
Маша сунула ноги в валенки, потуже затянула на шее шарф и отправилась на работу. На минуту мелькнула сожалеющая мысль о подаренных новых сапогах, что не говори, но было жаль расставаться с ними. Но с другой стороны мама была права, эти подарки могли сыграть в жизни Маши не совсем хорошую роль, а этого она больше всего не желала.
По дороге Маша твёрдо решила, что с этого дня для неё начнётся новая жизнь. Она бросит курить раз и начнёт, наконец, писать свою первую книгу. Вот только о чём будет эта первая книга, Маша пока не знала.
– А неважно о чём, сюжет сам зародится в голове, – Маша удовлетворённо улыбнулась, когда нащупала в кармане, взятую для этой цели из дома ручку.
В салоне царило необычное для рабочего дня веселье. Девушки укатывались со смеху от рассказа Людмилы о новогодних приключениях её жениха. Маша забыла обо всём, что ещё миг назад терзало её, и присоединилась к общему веселью.
– Я ему говорю. Ты куда лезешь, ведь убьёшься, - продолжала рассказывать Людмила. – А он и не слышит меня, и словно бык на амбразуру полез на антресоли.
– Ну и?..
– заикаясь от хохота, спросила Ирина.
– Что и?..
– Не томи, что дальше то было?
– Всё, что лежало наверху, на него посыпалось, а в довершение ко всему табурет под ним грохнулся. Лёшка успел ухватиться руками за крюк, который собирался из стены вытаскивать и повис на нём.
– И как вытащил его?
– Вытащил. Но это было чуть спустя. Вначале он повис на нём. У нас, как вы знаете, потолки высокие, лететь и лететь. Лёшка глаза выпучил, мычит что-то нечленораздельное и качается из стороны в сторону, как поплавок, нацепленный на леску. Смотрю, а у него его мужское достоинство вскочило, да ещё какое, твёрдое и большое, ну я не удержалась, потрогала его.
– Ну и… - девчата дружно закатились хохотом.
– Он заорал не своим голосом. Не трогай его. Не трогай. И с этими дикими воплями вместе с крюком шлёпнулся на пол.
– Так он выдрал всё же крюк из стены. – обрадовалась Валентина.
– Да причём здесь крюк, - укатываясь со смеху, заявила Ирина, - меня больше слова его достали. Не трогай его. Не трогай.
– А чего это он у него встал-то? – удивилась Валя.
– А я почём знаю, - отмахнулась Людмила.
– А я знаю, - вклинилась в разговор Маша. – Я читала в одной книге, когда мужчин вешают на виселице, он у них… встаёт.
–
– Это доказано научно.
– Видать твой Лёшка был шибко перепуган, раз он у него встал, - философски заявила Валентина.
– Будет вам над моим мужиком потешаться! – Людмила строго погрозила кулаком. – Лучше скажите, чем займёмся. Похоже, клиентов на сегодня не предвидится. Зря Палыч нас на работу выдернул.
– И уйти, не уйдёшь, из зарплаты вычтет, - согласилась с ней Ирина.
– А если нам, чтобы не сидеть, как варёные мухи, устроить продолжение празднование Нового Года, - предложила Валентина.
– Если Палыч узнает, он нас со свету сживёт, а мне достанется в первую очередь, как ответственному лицу, - не согласилась Людмила.
– А мы потихоньку. В кабинете у того же Палыча. Там не на виду будет, если кто из клиентов надумает объявиться, - не отступала Валя. – Ну, как согласны? Кто, за, всем поднять руки.
Предложение Валентины было принято единогласно. Девчата выложили на стол, кто, сколько мог денег, и посмотрели на Машу.
– А у меня нет с собой денег, я… - смутилась Маша.
– Отставить все оправдания!
– приказала Людмила. – Денег и без твоих, сверх достаточно. Ирин, остаёшься с Машей в салоне, вдруг кто объявится, что маловероятно, конечно, но всё же. Пока мы ходим за продуктами, приведи нашу Машу в царский вид. Сделай с её волосами что-нибудь такое, ну сама знаешь что.
– Ой, не надо. Я… у меня… - растерялась Маша.
Но девчата её не слушали. Идея с причёской для Маши понравилась без исключения всем.
– Сделаем из тебя принцессу, - объявила Ирина, когда девушки скрылись за дверьми салона. – Ты хоть когда-нибудь делала себе причёску?
– Никогда не делала, - смущённо ответила Маша.
– Главное, начать, - заявила Ирина, придирчиво ощупывая волосы девушки.
– А может быть, не надо, - пролепетала Маша, представив на минуту, что скажут мать с отчимом, когда увидят её в новом облике.
– Надо, Кузя, надо!
– отклонила просьбу Маши Ирина. Она восхищённо прицокнула языком.
– Какие у тебя густые и шикарные волосы. Тебе говорил кто-нибудь об этом?
– Никто не говорил, - пролепетала Маша.
– Сколько тебе лет?
– Восемнадцать будет осенью, - ответила Маша.
– Тем более пора начинать следить за собой. Хватит уподобляться серой мышке, которой ты на самом деле и не являешься.
– А откуда ты знаешь, что я именно так о себе и думаю? – удивилась Маша.
– А это, милая Маша, у тебя на лице написано. Скажешь, я не права?
Маша опустила глаза. Ирина была права, но легче от этого Маше не стало. Говорить легко, а вот как перестроиться и чувствовать себя королевой, как вон, к примеру, Инна, бывшая её соседка по палате.