WikiLeaks изнутри
Шрифт:
«Шпигель», «Гардиан», «Эль Паис», «Монд», а также «Нью-Йорк таймс», которая на этот раз получила эксклюзивные права только потому, что «Гардиан» передала им материалы, могли с наслаждением разделывать добычу. Если публикации будут появляться в том же темпе, то WikiLeaks может жить этим еще несколько месяцев.
Я хорошо понимаю, почему «Нью-Йорк таймс» на этот раз не вошла в число избранных. В газете выходила критическая статья о Джулиане. Почему «Гардиан» передала материалы конкурентам, могу лишь догадываться. Во-первых, они, скорее всего, не одобрили попытку Джулиана
Кроме того, опубликованные в Сети депеши предварительно были обработаны. Доступ к самым горячим деталям имели только пять партнеров, обладающих эксклюзивными правами. Редактировать некоторые депеши, если в них содержится информация, которая может кому-нибудь навредить, – это, бесспорно, правильно. Наши партнеры в прессе открыто заявляли, что редактура – непременное условие сотрудничества. Так, например, было решено не указывать имен китайских диссидентов. Или российских журналистов и иранских оппозиционеров, которые общались с американскими дипломатами.
Джулиан был с этим согласен. Он сам направил запрос американскому дипломату в Лондоне: «WikiLeaks был бы очень признателен, если бы правительство США указало те места, которые могли бы подвергнуть опасности отдельных лиц». Но главный юрист Госдепартамента ответил ему в электронном письме, что они не хотят иметь дело с людьми, которые незаконно получили материалы.
Во время публикации документов, касающихся войны в Афганистане, Джулиан разрешил «Нью-Йорк таймс» направить запрос правительству США за 24 часа до обнародования. И в приложении пожаловался правительству, что ему никто не хочет помочь с редактурой.
Все пять газет, принимавших участие в публикации, надеялись при помощи депеш увеличить количество своих читателей. Однако конкуренты хотели писать свои статьи, брать интервью и снимать фильмы, чтобы выдержать состязание с эксклюзивными материалами на лотках. Это приводило к довольно грубым формулировкам, рассчитанным на внешний эффект. Так получилось со «Штерн». Журнал напечатал довольно хорошую статью о Брэдли Мэннинге. Но на обложке была фотография Мэннинга под прицелом, а сама статья шла под заголовком «Молокосос позорит США». Это было грубо и беспощадно, скорее на уровне газеты «Бильд».
Прессе нужны были люди для интервью и цитирования. Джулиан больше не устраивал пресс-конференций, он залег на дно, так как шведы выпустили международный ордер на его арест и искали его. Запросы на WikiLeaks уходили в никуда, потому что почта по-прежнему не работала.
В это время буквально каждая мало-мальски известная личность записывалась в эксперты по WL – достаточно было иметь хоть какое-то отношение к интернету. Например, блогер и эксперт в области социальных СМИ Саша Лобо сидел на диване у Анне Вилль и общался с пиар-консультатном Клаусом Коксом.
В этот день мой телефон начал звонить в восемь утра и продолжал
Журналисты отправляли сообщения на «Фейсбук» моей жене и звонили в пресс-службу ее работодателя. Даже итальянец, торгующий на углу, должен был помочь связаться со мной.
Они добивались от меня комментариев. Некоторые больше всего хотели услышать, как плохо я отношусь к WikiLeaks (не зря же я оттуда ушел) и какую свинью я подложил Джулиану.
Конечно, меня удивляло множество невесть откуда взявшихся сторонников Джулиана, которые неожиданно стали бурно выражать свое почтение. Американский журнал «Тайм» включил его список кандидатов в номинации «Человек 2010 года». Победителем стал основатель и шеф «Фейсбука» Марк Цукерберг. Его выбрал редактор. Однако читатели журнала проголосовали за Джулиана, он опередил премьер-министра Турции Реджепа Тайипа Эрдогана.
У меня сложилось двоякое отношение к людям, которые сразу после публикации начали атаковать сайты Почтового банка Швейцарии, систем PayPal, Mastercard, Visa и Moneybookers. Эти предприятия внезапно приняли решение прекратить договор о предоставлении услуг WikiLeaks после того, как проект нажил себе врага в лице Госдепартамента США. Ответственность за атаки взяли на себя ребята из общества «Анонимов». Критика в отношении этих компаний была справедливой, и это была единственная возможность политического вмешательства. Интернет-атаки на сайт шведской прокуратуры показали, что не все так просто.
Журналисты со всего света во главе с Гэвином Макфэйденом из Центра расследовательской журналистики объединились в поддержку Джулиана. На сайте Международной федерации журналистов было опубликовано заявление. В нем говорилось, что Федерация «очень обеспокоена благополучием» Джулиана, ведь «Ассанж вынужден скрываться, потому что против него выдвинуто обвинение в сексуальных преступлениях, якобы совершенных в Швеции».
После публикации депеш австралийское правосудие стало выяснять, можно ли начать судебное преследование Ассанжа. Более четырех тысяч человек подписали письмо с требованием не привлекать Джулиана к суду. Составили его двести политиков, академиков, адвокатов, деятелей искусства и журналистов.
Десятого декабря «Гардиан» опубликовала письмо, под которым среди прочих подписались австралийский журналист Джон Пилджер, писательница А. Л. Кеннеди и бывший дипломат и политический активист Крэйг Мюррей. «Правительство США, а также его союзники и друзья в прессе начали кампанию против Ассанжа, которая привела его в тюрьму по причине сомнительных обвинений, и это грозит ему высылкой. Надо полагать, конечной целью является именно его экстрадиция в США. Мы требуем немедленно освободить Ассанжа, снять с него все обвинения и прекратить цензуру WikiLeaks».