Weird World
Шрифт:
Едва длинная стрелка касается цифры двенадцать, я выпрямляюсь и объявляю наш сегодняшний сеанс оконченным. Женщина сначала противится, говорит о том, что еще не все рассказала, что ее история очень важна. Но время скоротечно, c'est la vie*. Поэтому мы закончим этот «ужасно» интересный разговор позже. Наконец она поднимается и направляется к выходу, а я вздыхаю с уже нескрываемым облегчением.
Но едва женщина уходит, как дверь моего кабинета вдруг снова распахивается, и передо мной появляется молодой
— Вы по записи?
Мужчина окатывает меня долгим взглядом, что кажется мне довольно странным. Глубокие синяки делают его глаза выпученными как у жабы. Он вдруг подходит ближе, упирается сжатыми кулаками в мой стол и смотрит в упор.
— Нет.
Я выдерживаю этот испепеляющий взгляд. Похоже, этот человек не прост. У меня появляется смутное чувство, будто однажды уже видела его.
— Вы не помните меня? — он злобно усмехается и засовывает правую руку в карман пальто. — А я вас на всю жизнь запомнил.
Он достает небольшое огнестрельное оружие и направляет ствол прямо на меня. Белки его глаз кажутся желтыми, как выгоревшая на знойном солнце бумага, а зрачки беспокойно бегают туда-сюда, как мышки в клетке. Я несколько раз моргаю, и в памяти сразу же вспыхивают картинки. Теперь я узнаю его. Хм, этого стоило ожидать. Человек с таким характером вряд ли готов исчезнуть без предварительного выяснения отношений.
— Отнюдь. Я не забываю никого, кто переступает порог этой комнаты. Вы муж Елены, верно?
— Вы всегда используете невинных в своих целях? И ту женщину тоже?
Его рука дрожит, на лбу выступают мелкие бусины пота. Этот человек наверняка никогда раньше не держал в руках настоящее оружие и вряд ли решится спустить курок. Я смогу обвести его вокруг пальца, если буду оставаться спокойной. Главное — не терять самообладание.
— Она просто моя посетительница.
— Вот как вы это называете, да? Интересно, а как вы оправдываете свои грехи? Люди для вас не важнее марионеток, не так ли?
— Люди сами приходят сюда. Я не тяну их клещами. Я всего лишь посредник, и моя задача — выслушивать таких как вы. Если вас что-то беспокоит, просто скажите мне об этом.
— О, беспокоит! Это мягко сказано. Вы… вы чудовище. Создания, подобные вам не имеют права на существование. — Он нацеливает пистолет прямо мне в голову, щелкает затвором, и я, кажется, даже чувствую точку, прожигающую мой лоб. В уголках его глаз выступают тонкие красные прожилки. Черт, похоже, я недооценила ситуацию. — Я должен… должен уничтожить.
— Послушайте, если вы не будете сотрудничать, мне будет сложно вам помочь.
— Думаете, мне нужна ваша помощь? Я что, просил об этом?! — срывается на крик, отводит ствол немного в сторону.
— Ну, согласитесь, вы ведь чем-то взволнованны, верно?
Смотрю ему прямо
— Руки на стол! Живо, чтобы я видел!
Черт. Подчиняюсь его приказу и кладу руки ладонями вверх на холодную поверхность стола.
Мужчина снова направляет на меня дуло пистолета и наклоняется ко мне ближе, так, что я даже чувствую запах спирта, исходящий из его рта. Едва подавляю в себе желание сморщиться.
— О да, я взволнован. А вы? Неужели занервничали? Неужели даже такие как ты боятся смерти? — медленно обходит широкий стол и прикладывает холодное оружие прямо к моему виску. — Ведь сейчас твоя дальнейшая судьба в моих руках. Каково оно, быть на моем месте?
Резкий переход на "ты" не особо трогает меня. Моя работа закалила мои нервы, сделала жестче и расчетливей. Но без этих качеств я бы никогда не добилась успеха. Что правильно, а что нет? Трудно ответить, но уж точно не этому человеку меня осуждать.
Тем временем мужчина рассказывает душещипательную историю о своей драгоценной женушке, о том, как я сломала ему всю жизнь. Он все говорит и говорит, и капли его слюны падают на мой блестящий стол. Но вскоре мне надоедает эта игра.
— Ни ты, ни она и никто другой никогда не был полноценным человеком, пока не встретил меня, — поднимаю глаза и смотрю прямо в его расширенные зрачки. — Ты забыл, что именно я была тем, кто вдохнул жизнь в тебя и твою жену?
— И так же легко лишила ее этой жизни! — говорит сквозь зубы, глаза наливаются кровью. — Но зачем… зачем тогда оставила в живых меня?!
Вот, значит, что ты на самом деле желал спросить. Приподнимаю бровь.
— Ты более интересный персонаж, чем она. Но рядом с ней ты был слишком слаб. Лишь устранив ее, я смогла сделать тебя сильнее.
— Нет! Черт! Нет, ненавижу тебя! Ненавижу! Почему какая-то глупая девчонка должна распоряжаться моей жизнью?!
Он окончательно теряет контроль, размахивая оружием у моего лица. Я улыбаюсь.
— Ты стал именно таким, каким я и ожидала. Из тебя может получится неплохой антигерой. Уверена, твоя история поразит сердца многих.
— Заткнись!
Мужчина вдруг резко направляет на меня ствол и, не раздумывая, спускает курок. Раздается выстрел, но мое тело невредимо. Ты стреляешь еще раз и еще. Но все тщетно, пули пролетают сквозь меня и пробивают обивку моего кресла насквозь. Усмехаюсь.
— И все же, ты получился слишком вспыльчивым.
Вот так всегда: только дай им поверить в то, что преимущество на их стороне, как они сразу же выкладывают тебе все на блюдечке.
— Кажется, я погорячилась, отдав тебе главную роль. Придется сделать тебя второстепенным персонажем. А жаль, у тебя были все шансы.