Warm
Шрифт:
– Не надо, не ходите туда, я сама схожу.
Денис услышал голос Алены и сразу понял, что она просит за него.
– А вот и декабристка нарисовалась. Что ты так за него волнуешься, вы же не пара?
– Он не злой, он не причинит вреда.
– Не причинит? Теперь-то может и не причинит, когда остался один, но причинить собирался. За это надо ответить. На нем так же лежит ответственность за то, что события сложились именно таким образом. Я просил его передать вам мои требования, а он забыл, проигнорировал, сочтя их пьяным базаром. С того момента и пошел рассинхрон в нашем взаимопонимании.
Денис услышал звуки ударов и решил, что это бьют Алену. Перед глазами будто опустилась пелена. Он решительно направился на звуки, держа оружие перед собой. Через пять шагов он внезапно наткнулся на машину, грохнув по ней прикладом винтовки.
– Саня, студент здесь!
– выкрикнул из машины Тагир.
Денис увидел сквозь разбитое стекло под тусклым светом освещения салона напарника Шурика и связанного Артема. В руках Тагира блестел нож, что делало его товарища заложником. Ситуация получалась патовая, выход из которой был только один, сдаваться.
– Раз, два, три, четыре, пять, - Денис ушел в туман, считая для успокоения.
Он не был готов сдаться. Он не верил, что нормальные люди способны оскотиниться за несколько дней. Убежденность в этом подстегивала его поверить, что игра в заложники отчасти блеф, необходимый Шурику для получения скорейшего результата.
– Эй, ботаник, иди сюда!
– выкрикнул Шурик. Его голос скрадывал плотный туман.
– У тебя нет выбора. Твоя дура с чужим приплодом у меня. Захочу, сделаю ее своей дурой, если ты будешь играть в партизана. Твои кореша с отбитым мозгом, хотя, откуда он у них, тоже у меня, и их жизнь сейчас целиком зависит от твоего выбора. Хочешь, уходи, чтобы не слышать их предсмертные вопли.
Это звучало убедительно. Денис опустил винтовку и пошел на голос. Он ни за что не позволил бы себе стать причиной смерти другого человека. Как легко обвели их вокруг пальца и поставили в условия без всякого выбора. Денис принял правее, чтобы не наткнуться на автомобиль. Свет становился ярче. Уже угадывались неясные тени, откидываемые фигурами людей.
Вдруг тени пришли в движение.
– Падла!
– выкрикнула тень голосом Игоря.
– Урод!
Тени задвигались, раздалась возня. Сверкнул и грохнул выстрел. Одна тень, крякнув, повалилась в воду.
– Козлище!
– выдохнула тень голосом Шурика и пнула упавшую тень.
Денис снова почувствовал, как от негодования выбросился адреналин, отключающий часть мозга, отвечающую за рациональное мышление. Он поднял винтовку и вышел в круг света. Шурик увидел его не сразу. Он стоял, согнувшись в пояснице, пытаясь отдышаться. Алена стояла чуть поодаль. Ее руки были связаны впереди черным жгутом. Денис перевернул винтовку и со всей силы ударил Шурику в ребра прикладом. Тот крякнул, упал в воду, но не потерялся, поднял пистолет. Денис развернул винтовку и направил ее на Шурика. Выстрелы прозвучали одновременно. Резиновая пуля попала в оружие Дениса и выбила его из рук.
Он хотел броситься на Шурика с голыми руками, но тот упал в воду и задергал конечностями. Из глазного яблока у него струйкой выбивался фонтанчик крови. Денис замер перед поверженным противником, с трудом соображая, что же произошло.
Алена подняла винтовку,
Шурик резко дернулся пару раз и замер.
– Ты что наделал?
Рядом с Денисом появился Тагир, с вытаращенными от страха глазами. Нож выпал из его руки в воду и стукнулся о дно. Над ним мелькнула тень, и тяжелая бита опустилась ему на голову. Тагир упал, как подкошенный. Из тумана появился Евгений. Его била трясучка, а в глазах отражалась вся гамма переживаемых чувств.
– Нннашел биту в ммммашине, - дрожащим голосом произнес он.
Глава 10
Примерно три дня понадобилось космическому холоду на то, чтобы начать остужать раскаленную атмосферу планеты. Первоначально охлажденные потоки воздуха, опускающиеся вниз, к поверхности, не достигали и трети пути, нагреваясь встречными потоками. Постепенно, лишенный подпитки горячий воздух начал сдаваться. Атмосфера с каждым часом густела все сильнее, конденсируя растворенную в ней влагу. Области нисходящих и восходящих потоков постепенно пришли в устойчивое состояние, выбрав курс на стабильное охлаждение.
На четвертый день громыхнули первые грозы и на раскаленную землю полетели первые капли дождя. Они долгое время не долетали до поверхности, превращаясь в пар в дрожащих жаром приземных слоях. Свет над планетой темнел. Влага интенсивно конденсировалась вокруг частиц пепла, что привело к быстрому накоплению критической массы воды.
В ночь, на пятый день после катастрофы, небеса разверзлись, пролившись на поверхность планеты ливнем, которого не знали люди с библейских времен. Горячие потоки хлынули сверху. Небо рвали непрекращающиеся вспышки молний. Раскаты грома сотрясали переполненные влагой тучи.
Земля шипела и сопротивлялась дождю, но все же сдалась. Высохшие русла рек, озер и многочисленных расщелин заполнились кипящими бурлящими потоками, однако остывающими довольно быстро. Температура воздуха в течение суток упала на порядок, пройдя критическую отметку, ниже которой человек уже мог существовать. Мир на время превратился в настоящую парилку, влажную и душную.
В свою смену Александр неоднократно выходил на лестницу, чтобы убедиться в том, что гром, слышимый им не плод его воображения, обострившегося после легкого сотрясения. Сквозь щели в кирпичной кладке пробивались короткие отсветы молний, спустя несколько секунд после которых доносился гром.
Надежда на то, что мир возвращается к своему первоначальному состоянию, захлестнула его воображение. Александру хватило сообразительности, чтобы понять, что дождь непременно принесет с собой охлаждение воздуха. Кроме жара в дверные щели уже тянуло и оптимизмом. Раскаты грома представлялись ему звуками литавр, возвещающими о начале нового мира.
Свою смену он уступил Гордею, улегшись спать полным самых светлых ожиданий. Ему снилось, что он парит над облаками, натянутыми как кожа на барабан, а по ним лупит палкой кто-то невидимый. Александр знал, что это забавляется Господь, вытрясая из облаков влагу на очищенную от его прежней попытки создать мир землю.