Взять реванш
Шрифт:
– Я не желаю этого слушать. – Хелен схватила флакон с увлажнителем и принялась лихорадочно отвинчивать крышку. – Не могу поверить, чтобы Линда вела себя так безрассудно!
– Все мы совершаем безрассудные поступки, когда речь идет о чувствах.
Хелен резко обернулась.
– Ты хочешь сказать, что жалеешь, что не женился на ней, когда у тебя была такая возможность?
– Нисколько. – Хью снова помрачнел. – Я хочу сказать, что ты вела себя безрассудно, отправив Камиллу в Англию. Думала, с глаз долой из сердца вон?
Хелен вспыхнула.
– К чему ты клонишь? Уж не собираешься ли ты снова встречаться с
– Именно. – Хью остановился у нее за спиной и воззрился на нее сверху вниз. – И не называй ее «эта женщина». Ее зовут Камилла… Кэм. Прошу запомнить.
– Что ж, – промолвила Хелен, яростно втирая крем в щеки, – я не могу остановить тебя. Только прошу учесть, что я не отправляла мисс Гордон в Англию. Это было ее решение.
– Я тебе не верю.
Хелен, часто заморгав, принялась вытирать кончики пальцев ватными тампонами. До сих пор ей как-то не приходило в голову, что, возможно, вовсе не простушка была увлечена ее сыном, а, наоборот, ее сын потерял из-за нее голову. Нет, уговаривала себя Хелен, этого не может быть. Хью просто тяжело переживает разрыв с Линдой.
Но если помолвка Линды с бароном д'Эрелем расторгнута, почему Хью здесь, а не в Англии? Для Линды он по-прежнему остается желанным мужчиной. Это очевидно. Именно поэтому она и позвала его, когда ее отвезли в больницу, чтобы сделать промывание желудка или что-то, столь же отталкивающее. Казалось бы, какое удачное стечение обстоятельств. И вот, когда она считала, что все устроилось само собой, Хью закатывает ей такую сцену.
Хелен тяжело вздохнула. Она не всегда понимала и одобряла поведение Линды, но та была интересная девушка их круга, которая могла бы стать Хью подходящей женой. Если бы только ее сын захотел жениться. Но он не хочет. Наверное, она не вправе взваливать всю вину на него. Ее собственное противоречивое отношение к браку, приключения дядюшки Хью – все это не способствовало превращению сына в добропорядочного семьянина. Его лучший друг дважды женился и дважды разводился, а греческие родственники видели в браке исключительно средство продолжения рода. Ее собственный отец не был образцом супружеской верности. Женщины не переводились в доме Гермеса, и взрослеющий Хью был тому свидетелем. Так что вряд ли она могла жаловаться, когда он восставал против ее ханжеской морали. Хью прекрасно понимал, что женитьба положит конец его независимости. Хелен в задумчивости провела ладонью по щеке.
Этого не может быть. Она все видит в превратном свете. Хью показал себя с той стороны, с которой она его еще не знала. Он раздражен, поскольку она разрушила его планы на выходные, вот и все. В конце концов, одну ночь проведет без женщины!
– Я сказал, что не верю ни единому твоему слову! – вновь услышала Хелен грозный голос сына, а из зеркала на нее глядели его потемневшие от гнева глаза.
– Дело твое, но я сказала тебе правду. Она решила уехать сегодня утром. Думаю, она уехала бы и раньше, если бы я не отговорила ее.
– Проклятье! – сквозь зубы процедил Хью.
– Хью, да что с тобой? – Хелен изобразила искреннее удивление. – Можно подумать, ты влюбился!
В понедельник в кафе зашел отец Камиллы. Не садясь за столик, он проследовал через зал – по пути одарив улыбкой Сэнди – к стойке, за которой Камилла готовила сандвичи.
– Кэм, – сказал он, – можно тебя на
– Папа! – удивилась Камилла. Никогда прежде они не использовали кафе в качестве места встреч, хотя она и догадывалась, о чем он хочет поговорить с ней.
– Мы можем поговорить? – повторил он.
Камилла покосилась в сторону Сэнди, склонившейся над кассовым аппаратом.
– Почему бы и нет? Идем в контору. – И, обратившись к Сэнди, сказала: – Заменишь меня? Я скоро.
Сэнди кивнула, провожая их любопытным взглядом. Ей наверняка не терпелось узнать, что привело сюда мистера Гордона.
– Твоя мать попросила меня поговорить с тобой, – с места в карьер начал мистер Гордон, едва за ними захлопнулась дверь. – Она очень переживает из-за Тома. Неужели ты всерьез думаешь порвать с ним? Вы же много лет знаете друг друга.
Камилла вздохнула.
– Папа, все решено. Вчера вечером я говорила с Томом. Возможно, наша проблема как раз в том, что мы слишком давно знаем друг друга. Мы так много времени проводили вместе, что просто не замечали никого вокруг.
– Кэм… – Мистер Гордон развел руками. – Ты не можешь поступать так опрометчиво.
– Папа, я все обдумала. Было бы нечестно обманывать Тома. Я не люблю его. Думаю, никогда и не любила. То есть так, как надо.
– Что значит «так, как надо»? Ты сама-то знаешь, как надо? Я, к примеру, нет. Это все твои знакомства с богатыми клиентами, верно? Это они внушили тебе, что можно быстро разбогатеть!
– Это неправда! – воскликнула Камилла. – Я не собираюсь заниматься ничем, кроме кафе. Я больше не принимаю заказов. Что еще я должна сказать тебе?
Мистер Гордон поморщился.
– Тогда в чем же дело? Почему вдруг ты так изменилась к Тому? Ты сказала матери, что у тебя больше никого нет. Это так?
– Да-да, это так, – раздраженно буркнула Камилла. – Просто я не хочу выходить замуж. Что в этом такого?
Мистер Гордон сокрушенно вздохнул.
– Ты же знаешь, Кэм, как мама ждала этого события. Она уже приготовила предварительный список гостей. Мы говорили с ней о том, что тебе подарить. Думаю, две тысячи фунтов на погашение твоей закладной тебе бы не помешали. А Том, он же агент по недвижимости…
– Папа, я не собираюсь выходить за него замуж, – отрезала Камилла. – Мне не хотелось расстраивать вас с мамой, но на сей раз я поступлю так, как считаю нужным.
Мистер Гордон удивленно вскинул брови.
– На сей раз? Что ты хочешь сказать? Что мы с мамой когда-то вмешивались в твою жизнь?
– Ах, папа, – простонала Камилла. – Я знаю, что вы хотите мне только добра. Но, поверь, брак с Томом был бы ошибкой. Хорошо, что я поняла это теперь, пока дело не дошло до развода.
Мистер Гордон вперил в нее взгляд, в котором изумление мешалось с испугом.
– Теперь? Но почему именно теперь? Что изменилось?
Камилла вдруг почувствовала, что готова разреветься.
– Ну хорошо, – сказала она, пытаясь сглотнуть застрявший в горле комок. – У меня был роман. – Помолчав, словно давая отцу переварить чудовищную весть, она добавила: – Но теперь с этим покончено. Мы больше не увидимся с ним.
– Но ты сказала матери…
– Я солгала. – Камилла всплеснула руками. – Или, вернее, не сказала всей правды. Но сейчас у меня никого нет.
– Роман! – Было видно, что мистер Гордон совершенно ошарашен этим известием. – О, Кэм!