Взрослые пони
Шрифт:
Я же стала собираться. Как я говорила, вещей у меня мало: несколько теплых шарфов, постельное белье, одеяло, подушка, компьютер, книги. Поначалу я решила было не тащить с собой одеяло, подушку и белье, а купить на месте новое. Но потом передумала: денег у меня было отложено предостаточно, но я лелеяла мысль купить собственное жилье, и в свете такой большой покупки имело смысл экономить.
Я уложила постельные принадлежности и шарфики в дорожную сумку, книги погрузила в чемодан, а компьютер и всякие
И в одно прекрасное утро я отправилась в свой новый город.
Все складывалось прекрасно: я поехала поездом, а потом пересела на автобус.
На месте я была к вечеру. Меня встретила глава города Тере, очень приятная пони: тут принято встречать новых жителей. Тере проводила меня в небольшой хостел: гостиницы в городе пока нет, и приезжающих специалистов размещают в хостеле.
– Какие у вас планы? – вежливо спросила она, – вы, конечно, можете жить в хостеле, или же снимете квартиру?
Я сказала, что пока не знаю: говорить о моих намерениях купить квартиру мне не хотелось. Пони Тере помогла поднять чемодан и сумку и распрощалась.
Я умылась, легла на кровать и тут же уснула.
Так началась моя жизнь в новом городе. На следующий день после приезда я явилась на свое рабочее место. В научной библиотеке царил настоящий беспорядок, в детской шел ремонт, а в углу стоял ящик с потрепанными, пыльными книгами. Я с энтузиазмом принялась за работу, пропадая в своих библиотеках целыми днями.
В первый свой выходной, однако, я подумала о том, что очень хочу свой дом. Хостел – это временное пристанище; а мне хотелось чего-то постоянного.
Я открыла ноутбук и погрузилась в поиски жилья. Как же я расстроилась, увидев всего два предложения! Я кликнула первое объявление и совсем опечалилась: предлагалась крохотная студия в многоэтажном доме. В качестве утешения было указано, что окно этого недоразумения выходят на огромный парк.
Я кликнула второе объявление, и оказалось, что в нем опять предлагают еще одну студию в том же доме.
Я захлопнула крышку ноутбука, надела шарфик и вышла из своего хостела. Я была расстроена: мне нравился город, мне нравилась моя работа, но у меня не было жилья. По сути дела, я приехала к тому же, от чего уехала. Снова съемная квартира и ощущение непостоянства, ненадежности, временности!
Я не заметила, как дошла до парка. На окраине его стоял высоченный, узкий дом, я сразу поняла, что именно там продаются квартиры. Я глубоко вздохнула, подумав, что, кажется, придется все-таки присмотреться к этим студиям: цена, по крайней мере, приемлема.
Тем временем из дверей выскочила маленькая лохматая пони и со всех ног помчалась в парк. Я ужаснулась: она была совсем малышка, такие маленькие пони не могут гулять одни, тем более что в парке, как я знала, протекала довольно бурная
– Сара! Сара, немедленно вернись!
Тут на аллее парка появилась маленькая толстенькая пони, она тащила за собой лохматую Сару.
– Опять убежала? – деловито спросила она, – я отловила ее почти у реки, когда гуляла там после завтрака. Присматривайте за ней получше, пони Матте: она может свалиться в реку.
– Спасибо, обжористая пони, – растерянно сказала пони Матте, – я отвлеклась только на минуту, и она сбежала… а вот и истеричная пони!
По аллее парка мчалась маленькая пони.
– Сара! – закричала она, и лохматая пони бросилась к ней, – ты опять не слушалась маму, бестолковая лошадь? Ты знаешь, что должна слушаться маму?
– Нет, – четко выговорила Сара и побежала в парк.
Истеричная пони бросилась за ней.
– Я присмотрю за ней, – крикнула она на бегу.
Толстенькая пони удовлетворенно кивнула:
– Пусть Сара побегает перед обедом. Что у вас на обед, пони Матте? Вы, конечно, знаете, что питание для пони должна быть сбалансированном, богатым клетчаткой и белком? В то же время еда должна быть вкусной и эстетически оформленной.
Она кивнула мне и направилась в парк.
– Помогу присмотреть за малышкой, – сказала она на прощание.
– Прошу меня простить, – с некоторым возмущением сказала я, – но вы действительно отпустите свою дочь с этими маленькими пони? Они же дети! А в парке, как я знаю, протекает бурная река! Одно неловкое движение, и может случиться непоправимое. Почему вы не гуляете сами со своей пони?
Пони Матте несколько раз глубоко вздохнула. Мне показалось, что она с трудом сдерживает слезы. Мне стало жаль ее, и я смягчила тон:
– Впрочем, простите, я полезла не в свое дело. Я лишь обеспокоилась… Я оказалась тут потому, что ищу квартиру и знаю, что в этом доме продаются студии. Не расскажете мне, как тут живется?
Пони Матте тряхнула гривой.
– Только не переезжайте сюда, – прошипела она, – иначе так и будете торчать у окна или дверей и укорять меня, если моя дочь опять сбежит в парк!
И она скрылась в подъезде.
Я растерянно посмотрела ей вслед. Настроение испортилось: ну что я в самом деле полезла не в свое дело? Своих детей у меня нет, что это я вздумала поучать ее? И вообще, какое мне дело до этой пони и ее дочери?
Расстроенная, я решила пройтись по парку. И не пожалела об этом! Парк оказался чудесным – большой, тенистый, с широкими аллеями и узкими боковыми дорожками. Я шла все дальше и дальше и наконец оказалась у реки, узкой, но бурной. Я присмотрелась – на берегу сидели пони Сара и те две пони постарше.