Взлет «Стрелы»
Шрифт:
Лейтенант Терехин, несмотря на свои двадцать два года, слыл в батальоне обеспечения офицером грамотным, дисциплинированным, в меру строгим, умеющим управлять подразделением. Поэтому уже состоял в кандидатах на должность командира роты. И он получил бы повышение, если не этот марш. Лейтенант вел колонну, как того требовал боевой устав и инструкции, со скоростью машин в сорок километров в час, соблюдая дистанцию между ними в сорок метров. Колонна растянулась почти на километр, но Терехин знал, что марш проходит нормально, ибо поддерживал связь с начальником технического замыкания прапорщиком Холодным. Основная
— Холод! Я – Первый! Как слышишь?
— Слышу, Первый!
— Решил обойти мост слева, дабы не терять время на проверку его состояния!
Прапорщик одобрил решение командира взвода:
— Разумно!
Лейтенант приказал:
— Обгоняй колонну и осмотри ручей! Определи точное место брода!
— Понял тебя, Первый! Выполняю!
— Давай! Жду доклада!
Лейтенант переключил станцию в режим «приема-передачи», а прапорщик отдал команду водителю автомастерской МТО-АТ:
— Давай, сержант, в обгон колонны к мосту!
Водитель кивнул:
— Понял! Идем к мосту!
Летучка вышла на левую сторону полевой дороги и, прибавив скорость, начала опережение автомобилей взвода. МТО-АТ прибыла к ручью в 22.30.
Ремонтники покинули будку мастерской и быстро обследовали дно водной преграды.
Это не осталось без внимания Самаранова.
— Смотри, Петр Георгиевич, какой смышленый взводный ведет колонну. Понимая, что мост в любое время мог получить повреждения, решил обойти его. Молодец! Грамотный офицер. Жаль, что придется убивать его. Такие нам пригодились бы!
Федин равнодушно ответил:
— Нормальных офицеров в армии много. А кто такой этот лейтенант? Пешка! Как и его взвод – обычное пушечное мясо. Не здесь, так в Чечне или еще где на Кавказе в пекло попали бы! Война есть война!
Самаранов согласился:
— Ты прав!
После того как ремонтники, проведя разведку, вернулись и доложили о состоянии дна прапорщику Холодному, он вызвал командира взвода:
— Первый! Я – Холод!
— Слушаю тебя!
— Выходи прямо на летучку. В пяти метрах от нее справа – брод через ручей!
— Понял! Как пройдем преграду, занять штатное место в колонне!
— Принял! Конец связи!
Приняв доклад прапорщика, взводный передал по колонне:
— Внимание всем! Впереди водная преграда. Проходим ее в режиме скорости 10 км в час, для чего перед ручьем остановка и сосредоточение техники. После остановки приготовить тросы для сцепки между машинами! На всякий случай!
В 22.35 автомобильный взвод лейтенанта Терехина вышел к ручью. Головная машина остановилась. Молодой офицер выпрыгнул из кабины на обочину, размял ноги. Посмотрел на время. Следовало дождаться, пока подтянется весь взвод.
Автомобильное подразделение сосредоточилось у ручья спустя пять
И лейтенант уже готов был отдать приказ на форсирование водной преграды, как пуля, выпущенная со стороны полигона из бесшумной винтовки, попав офицеру в лоб, опрокинула его тело в кювет, оборвав жизнь двадцатидвухлетнего лейтенанта. Этот выстрел послужил сигналом для боевиков Быкова, и диверсанты пошли на штурм. Впрочем, штурмом это нападение, по сути, на безоружных молодых солдат срочной службы назвать можно было с большой натяжкой. Штурмовики попросту, выйдя из укрытий и разобрав цели, хладнокровно поразили их с расстояния в двадцать метров. Только прапорщик Холодный избежал поражения от первого, главного залпа и попытался скрыться в лесу. Но до запретной зоны добежать не успел. Снайпер бандитов уложил начальника технического замыкания практически на границе запретной зоны. Видевшие бежавшего прапорщика Самаранов и Федин облегченно вздохнули, когда автомобилист рухнул в траву в нескольких метрах от лесного массива. Бывший командующий чертыхнулся:
— Твою мать, Федин! Быкову строгий выговор! Что за стрельба? А если бы прапор вломился в лес? То что? Молчишь? А то, что сработала бы система раннего обнаружения противника «паутина» и всем нашим планам наступил бы конец. Причем полный! Нас тут же накрыли бы на этом чертовом полигоне!
Федин ответил:
— Но ведь прапорщик не вломился в лес?
— По чистой случайности! Снайпера, что заметил беглеца, поощрить!
— Обязательно, Григорий Савельевич!
— Спускаемся к колонне.
При появлении начальства командир диверсионного отряда Быков доложил Федину, так как Самаранов остался в машине:
— Товарищ генерал-майор, подчиненный мне отряд поставленную задачу выполнил – автомобильная колонна уничтожена.
Федин приказал:
— Трупы в две крайние машины. Для отряда отобрать три «Урала»! Вывести их за ручей. Там же собрать все подразделение! Выполняй!
— Есть.
Быков отправился к диверсантам.
Самаранов вышел из машины:
— Давай, Петр Георгиевич, готовь систему «спектр». В 23.10 мы должны иметь коридор по дороге, ведущей к позициям дислокации ракетных комплексов!
В 22.50 у КПП полка возле командирского «УАЗа» собрались офицеры ракетного дивизиона, продавшиеся за деньги своему командиру.
Табанов осмотрел подчиненных, одетых в форменные костюмы ракетчиков, и приказал:
— В машину! Оружие за задним сиденьем, пистолеты с глушителями!
Бригада Табанова выполнила приказ.
Полковник вызвал начальника дежурного расчета ракетчиков:
— Опушка! Я – Стяг! Прошу ответить!
Офицер боевого расчета ответил немедленно:
— Опушка на связи!
— Я с группой офицеров выдвигаюсь к вам на командирском «УАЗе». Обеспечь безопасный проезд и прием!
На позициях решение комдива вызвало удивление. Но приказ есть приказ, его следует выполнять! Дежурный ответил:
— Вас понял! «Защиту» и «Паука» предупрежу немедленно!
— Предупреди! Самому и всем остальным дежурным офицерам находиться на местах несения службы. Подъеду к пункту управления. После чего доведу цель визита! Как понял, Опушка?
— Вас понял!
Отключившись от пункта дислокации ракетных комплексов, Табанов вызвал Федина: