Взаимный интерес

Джохансон Инид

— Пожалуй, сейчас мне лучше выпить чего-нибудь покрепче. — Он достал из холодильника белое вино. — Плеснуть и тебе?

Лив следила, как длинные ловкие пальцы Грегори нервно снимают фольгу с бутылки, возятся с пробкой. Да, что-то неладно. Едва ли столь простая задача могла бы заставить его так хмуриться.

— Что-то случилось? — осмелилась спросить она. Казалось, Грегори вдруг отдалился от нее, стал чужим и незнакомым. — Поделись со мной.

Все дело было в звонке. Может, это хозяин дома, пресловутый друг детства, сказал, что собирается

приехать, и попросил Грегори освободить дом? Поэтому ее милый расстроился?

— Да нет, ничего страшного.

Если не считать того, что Кэтлин чертовски неудачно выбрала время. Грегори решительно задвинул мысли об этом звонке на задний план. Жаль, нельзя было совсем про него забыть. Ну а пока времени осталось и так мало, надо все его посвятить Лив.

— Сама подумай, ну что может случиться? — риторически провозгласил он, разливая вино по высоким бокалам.

Она еще не знает, но это их последний вечер в здешнем раю. Так пусть же он станет поистине сказочным. Реальный мир — мир крупных сделок, переговоров, заокеанских встреч, работы с многочисленным персоналом — вот-вот обрушится на них всей своей тяжестью. Ладно, завтра он все расскажет Лив. А сегодня весь вечер, вся ночь принадлежат только им одним.

Он подарил жене медленную, манящую улыбку, от которой у нее всякий раз подгибались колени.

— Если мне не изменяет память, миссис Стоун, мы с вами назначили свидание в постели.

И маленькое происшествие на время было забыто.

Позже, гораздо позже Лив сонно пошевелилась в объятиях Грегори. Он ласково поглаживал ее волосы. Возможно, он мог вообще обходиться без сна, а она нет. Их любовь достигла новых высот страсти, накала, напряженности. Она изматывала, лишала сил, но поднимала на вершину блаженства.

— Сколько времени?

— Спящая красавица наконец проснулась? — Пальцы Грегори скользнули по ее щеке и коснулись губ. — Скоро рассвет. Сегодня мы уезжаем в Лондон.

Лив повернула голову, чтобы взглянуть на мужа. В предрассветных сумерках лицо его казалось печальным.

— А я думала, у нас еще три дня в запасе, — огорчилась она.

Она-то строила столько планов на оставшиеся дни — пикник на берегу уединенного озерца в лесу средь холмов, купание, а потом… Как было бы здорово предаться страсти прямо там, на берегу…

— Боюсь, любимая, ничего не выйдет. — Грегори приподнялся на подушках и закинул руки за голову. — Тебе еще надо повидаться с адвокатом, чтобы уладить все насчет наследства. Время-то не стоит на месте. А мне нужно на одну деловую встречу.

Неужели с этой встречей нельзя было немного подождать? Опершись на локоть, Лив внимательно вгляделась в лицо любимого. Глаза его были закрыты. Он не обманывал ее — она по голосу слышала, до чего же ему не хочется уезжать, не хочется нарушать эту сельскую идиллию.

— А что за дело?

Может, он пытается что-нибудь предпринять, чтобы обеспечить их будущее? Возобновил контакт с какими-нибудь старыми

университетскими знакомыми? Или встреча — лишь предлог?

Пожалуй, последняя догадка была ближе всего к истине. Во всяком случае, именно так решила Лив, когда Грегори отделался уклончивым ответом:

— Потом скажу, когда все улажу.

Конечно, думал он, можно было бы рассказать и сейчас. Только вот с чего начать? Позабавит ли ее вся эта история? Поймет ли Лив, отчего он скрыл от нее, кто он такой на самом деле? Или решит, что все это — гнусный обман от начала и до конца? Не перестанет ли доверять ему?

Все эти вопросы одолевали Грегори, но Лив заставила позабыть о них. Обняв любимого, она уютно устроилась, положив голову ему на плечо.

— Тут в миллион раз лучше, чем у меня в постели. Но по правде-то говоря, пока мы вместе, все остальное мне безразлично.

Теперь она не сомневалась: звонил друг Грегори, просил уехать. За дни, проведенные вместе, Лив успела уже узнать и оценить врожденное чувство собственного достоинства мужа и понимала, как огорчен он тем, что вынужден лишить их последних дней медового месяца. Но Грегори был не в том положении, чтобы спорить.

Бедняга, наверное, чувствует себя бесконечно униженным. Просто невыносимо! Когда-нибудь, уверенно подумала Лив, Грегори еще докажет всему миру, на что способен. Она нашла губами сосок на груди мужа и игриво потянула за него. Пальцы скользнули по стальным мышцам живота вниз, к бедрам. Со сдавленным стоном Грегори повернулся к жене и притянул ее к себе.

— Ну что, едем?

Грегори поднял чемоданчик Лив и понес его к грузовичку. С отъездом они затянули. Он хотел дать Лив выспаться, пока сделает пару деловых звонков, закроет во всем доме окна, сварит кофе и приготовит тосты на завтрак. Но ей непременно нужно было навести чистоту в кухне и комнатах.

— Нельзя же оставлять тут сплошной беспорядок. И как насчет того, чтобы возместить продукты, которые мы съели?

Но Грегори поначалу не проявил к этому никакого интереса, а потом подосадовал: после этого, надо полагать, Лив уверится, что вышла замуж за неблагодарного сноба.

Когда же он просто-напросто оставил грузовичок на стоянке возле вокзала, она озабоченно спросила:

— А его можно вот так бросать? Не украдут?

— Украдут — туда ему и дорога. Не придется везти на свалку, — отозвался Грегори.

Но попытка пошутить не удалась — они так опаздывали на поезд, что ему пришлось чуть ли не бегом волочить Лив за руку к кассе.

Теперь она решит, что он еще и безответственный разгильдяй. Хотя на самом-то деле Грегори еще с утра позвонил Ларри и объяснил, где оставит машину. Пусть продаст, если хочет. Хотя много ли за нее выручишь?

Он купил два билета по кредитной карточке. Когда молодожены влетели в вагон — буквально за секунду до отправления, — Лив дернула мужа за рукав.

— Эй, мы не туда попали! Это же первый класс!