Вызов
Шрифт:
Как только его зрение прояснилось, рядом с собой он обнаружил Такари, стоящую на коленях. Уголки её рта, изогнутого как лук купидона, приподнялись в лёгкой усмешке. В гнездовье никого больше не было.
– Остальные снаружи, - пояснила она, последовав за его взглядом.
– Им нужно время, чтобы тихо спуститься, а я хотела посмотреть, как ты спишь.
Галаэрон скривился. Он достаточно часто видел слюни, текущие из угла человеческих ртов, чтобы знать, как выглядит сон.
– Не слишком приятное зрелище.
– Ужасное, - согласилась Такари, морща нос.
– Зачем ты это делаешь?
«Действительно,
– Сдаётся мне, я перенял у Мелегонта дурную привычку, - он сел и пожал плечами, затем поймал себя на том, что потирает лицо ладонями, совсем как иногда делали люди, и рывком опустил руки.
– Что происходит?
– Бехолдеры приближаются.
Галаэрон вскочил на ноги и мгновенно проснулся.
– Но крики сов…
– Ночные дозорные ещё не знают, - хотя Такари была одета в плащ стражи гробниц, она не пошевелилась, чтобы подняться, пока он втискивался в свою кольчугу.
– Меня предупредил твой друг с лягушачьими глазами.
– Друг с лягушачьими глазами?
– Я думаю, его звали Малик, - сообщила Такари.
– Почему вы не привели его на праздник?
– Я не был уверен, что он всё ещё с нами, - признался Галаэрон, лихорадочно стараясь придать смысл всему тому, что услышал.
– Он не упоминал о фаэриммах?
– Он сказал, там был один. Мелегонт счёл, что будет лучше по-тихому уйти и увести их за собой в Жуткий лес.
Нихмеду кивнул, затем накинул на плечи плащ и потянулся за поясом с мечом. Увидев, что эти твари сделали с Тысячей Ликов, он не горел желанием сражаться с ними в Рэйтейллаэторе - даже имея в помощниках великого Эльминстера.
Такари схватила его за руку.
– Мелегонт сказал, что может справиться без тебя. Тебе пошёл бы на пользу отдых.
– Это не похоже на Мелегонта. Ты уверена?
– Взгляни на себя, - сказала Такари, уходя от ответа.
– Ты превращаешься в человека: спишь полночи, воюешь с чем-то внутри себя. Знаешь, а леди Моргвэйс не сильно ошибается. Вполне возможно, ты влюбился в Валу.
– Вряд ли, - голос Галаэрона прозвучал резче, чем ему хотелось. Он освободил руку с поясом от её хватки и направился к двери.
– Но мне нужно пройти через это с людьми. Это ведь я проделал брешь в Стене Шарнов.
– Ты исполнял свой долг.
Нихмеду выскользнул через дверь, не ответив.
Такари последовала за ним на ветви.
– И ты был там не один.
В белом лунном свете воин разглядел над воротом её плаща край кожаной брони разведчика.
– Ты ещё недостаточно сильна. И если уж Мелегонт не нуждается во мне, ты ему точно не нужна.
– Ещё как нужна, - прыгнув с ветви, Такари поймала верёвку и заскользила к заснеженной земле.
– Или ты думаешь, что сможешь сам найти Жуткий лес?
По тому, как она задала этот вопрос, Галаэрон понял, что не сможет. Будучи эльфом, в большинстве лесов он чувствовал себя как дома, но знал также и то, что можно дойти до бешенства, плутая по бескрайним лесным просторам - особенно если место их назначения окажется скрытым защитной магией. Исчерпав все свои аргументы, он уцепился за верёвку и начал спускаться вслед за Такари.
Они ступили на землю неподалёку от круга света,
Собственная улыбка показалась Галаэрону потерянной и отстранённой, взгляд его блуждал где-то вдалеке. Хотя физически он был зажат между двумя женщинами, его душевный настрой контрастировал с их весельем нахмуренными бровями и прищуренными глазами. Такой вид делал его угрюмым и намекал на тяжёлую внутреннюю борьбу, но невозможно было сказать, ухватил ли Арис это выражение в действительности, или же Галаэрон сам прочёл его в творении великана.
Такари долго кружила вокруг статуи, потом, наконец, остановилась рядом с Валой и взяла её за руку. Та насупилась и посмотрела на их переплетённые пальцы, но высвобождаться не стала.
– Поразительно! – восхищённо выдохнула эльфийка. Она повернулась к Арису и, обнаружив, что упёрлась взглядом в его колено, откинула голову назад.
– Это самый прекрасный валун, который я когда-либо видела!
У каменного великана мелькнула скупая улыбка.
– Красота в танце. Остаётся лишь запечатлеть увиденное, - хотя говорил он негромко, его глубокий голос прокатился между деревьями, подобно раскату грома.
Мелегонт прижал палец к губам.
– Тихо, или нас схватят, - он повернулся к Такари. – Если только Эльминстер не ушёл?
– Не бойтесь его, - сказал Малик.
– В ближайшее время Эльминстер не проснётся.
Во взгляде кроящего тени нарастала тревога.
– Что? Ты же не сделал ничего такого…
– Я? Ты думаешь, я убийца?
– усмехнулся Малик.
– Я даже соврать прилично не могу! Я имею в виду только то, что он спит в мраморном доме.
– Спит?
– Мелегонт нахмурился.
– Ты уверен, что это был Эльминстер?
– Конечно, уверен, - сказал Малик.
– Я видел его собственными глазами. Зарылся в меха с двумя женщинами.
– Что только не сделает с мужчиной крепкая медовуха, - хихикнула Такари.
Галаэрону это совсем не показалось забавным.
– С эльфийками?
– леденящий гнев затопил его изнутри. – С какими эльфийками?
В голосе Нихмеду слышалась такая ревность, что Такари нахмурилась.
– Не с твоей матерью. Я видела, как леди Моргвэйс отправилась в своё гнездовье в одиночестве.
– Это ничего не значит, - слова вырвались у Галаэрона прежде, чем он осознал, что говорит. – Она могла тайком пробраться назад.