Вызов
Шрифт:
Глаза Амелина смотрели на друга, словно видели его впервые. Мужчина терялся в догадках, недоумевая, каким образом какой-то психолог, научный работник, мог знать о делах полиции, Романовича или Маргарите. Может быть, Марго посвящала его в какие-то личные дела, и он не знал об этом. Амелин задавался вопросами, ответов на которые не знал.
Прохоров понимал замешательство друга, но не мог позволить себе сказать больше.
– Итак, ты согласен? Тебе нужно только никуда не высовываться некоторое время, чтобы не сделать хуже, не ошибиться. У нас просто нет другого выхода!
Прохоров
– Хорошо, похоже, у меня нет выбора, – произнес Амелин, опустив голову. Глаза наполнились слезами, плечи начали вздрагивать, и тихое всхлипывание стало похожим на детский беспомощный плач.
Александр стоял напротив девушки. Грязная повязка соскользнула с лица Марго, и она увидела разъяренное, но в то же время очень довольное лицо своего врага. Она смотрела ему прямо в глаза, незаметно ловя его дыхание и подстраиваясь под его ритм. Глаза сверкнули тем же яростным оттенком, губы незаметно улыбнулись, копируя наглую насмешку Александра. Мужчина как будто увидел себя в зеркале, наблюдая за Маргаритой и не осознавая происходящего.
Он застыл на месте, но затем все-таки медленно протянул руку к поясу, на котором висела тонкая плеть. Маргарита повторила его движение, и рука Александра на этот раз мягко погладила рукоятку.
«Сейчас», – подумала про себя Маргарита и попыталась вскочить со стула. Ее невысокая фигурка предстала перед Александром. Девушка смотрела в глаза своего врага, заставляя его повиноваться своей воле. Физическое копирование его жестов и движений позволяло ей осознанно гипнотизировать человека, заставляя его следовать своим желаниям. Такая тактика стоила ей неимоверных усилий, но крайняя необходимость заставляла ее использовать такой тип воздействия на человеческую психику.
– Я владею знаниями Виктора, господин президент. И я тоже могу работать на вас.
Силы девушки предательски покидали ее, но она успела сделать самое главное прежде, чем он ее убьет. Несколько минут молчания Александра заставили ее сердце биться сильнее в предвкушении надежды на спасение, но перед течением времени Маргарита была бессильна.
– Хм, – Александр в нерешительности стоял перед девушкой, размышляя над сказанным.
– Как ты можешь доказать это? – наконец произнес он.
Мужчина говорил холодным твердым тоном, но Маргарита уже чувствовала, что спасена.
– Я предоставлю вам данные работы Виктора и сообщу новые очаги будущих войн.
Президент испытывал взглядом свою «недавнюю жертву». Васильковые глаза открыто бросали вызов, и Александр его принимал.
– Хорошо… – мужчина сделал паузу и прищурил глаза, – идем, я проверю это сейчас же. Если ты солгала, пеняй на себя – больше тебя не спасет ничто.
Александр резко дернул девушку за руку и почувствовал заметную легкость похудевшего тела. Два независимых друг от друга внутренних чувства боролись друг с другом, бросая своего хозяина из стороны в сторону и натягивая, словно струну, его терпение. Несмотря на то, что пять минут назад он страстно желал увидеть мертвым это ненавистное тело, теперь же странным образом, почти с сожалением, он отмечал худобу Маргариты, ее потускневшие
На этот раз длинная дорога к кабинету Виктора показалась Маргарите слишком короткой. Она даже не успела вспомнить заученный код программы, когда оказалась перед компьютером.
– Приступай, я жду. У тебя ровно две минуты.
Маргарита начала оглядываться по сторонам в надежде появления Виктора, но все попытки оказались тщетными.
– Можно узнать, где Виктор и как он? – прошептала она и осеклась, как только посмотрела на Александра. Тот взвыл.
– Еще одна минута и тебя больше нет, чертова художница!
Маргарита поняла, что случилось что-то слишком серьезное, но сейчас не было времени думать об этом. Она закрыла глаза, чтобы вспомнить код программы, и моля Бога, чтобы только Виктор не успел поменять цифры. Девушка постаралась сосредоточиться, одна-единственная ошибка могла стоить ей жизни. Она не обратила внимания, что в первую очередь набрала код программы, в которой Виктор пытался предсказать будущее его окружения. Ее охватила паника, когда она поняла, что Виктор все-таки изменил код. Она начала нервничать, но все же снова набрала тот самый ряд цифр программы, с помощью которой он выдавал свои прогнозы, затем уставилась на экран в ожидании чуда. Но чуда не произошло, программа не открылась, и Маргарита, бросив последний взгляд на ненавистного Александра, лишилась чувств.
Что-то слишком тяжелое не позволяло глазам открыться, и Маргарита снова оставила попытку, чтобы собраться с силами. Наконец, ей удалось справиться с чувством бессилия, и она с большим трудом открыла васильковые помутневшие глаза. Лихорадочно оглядываясь, девушка остановила свой взгляд на ненавидящем лице Александра.
В ту же секунду она вскочила, вспомнив о неудаче. Не обращая внимания на президента, Маргарита снова встала у компьютера и набрала код необходимой программы. За спиной послышался неприятный тон знакомого голоса:
– Можешь не стараться, художница! Я уже знаю, что это очередной твой трюк. Мне жаль, но я должен буду…
Маргарита не обращала внимания на слова Александра в ожидании открытия программы.
– Ты так стараешься, можно и вправду подумать, что ты в чем-то разбираешься. Ха… человек готов пойти на любую уловку, лишь бы только выжить…
Маргарита молчала, глаза наполнились слезами – программа не открывалась. «Значит, – решила она, – Виктор изменил код. Только где же он теперь? Почему его нет? Неужели он оставил ее в беде?».
– Итак, твой очередной трюк не сработал?
Александр ехидно ухмыльнулся. На этот раз Маргарите было не избежать расправы… Незаметно он стиснул кулаки так, что услышал треск собственных пальцев.
– Идем, – приказал он Марго – он не собирался больше терять время на пустые заявления художницы.
– Не могу поверить! Подождите!
Девушка ахнула. Программа медленно открывалась.
– Постойте, минуту! – снова заговорила Марго. Сквозь слезы она улыбалась, словно впервые в жизни ощутила безмерную радость. Она до сих пор не могла поверить, что Виктор оставил код неизменным, даже если знал, что она овладела тайной.