Вызов принят
Шрифт:
Император Пепис был явно недоволен. Его кровать скорее мешала, чем помогала ему, когда почетный эскорт из траков проносил Его Величество по сожженным кораблями королевы Трикатады лужайкам дворца.
Император посмотрел на Баластера:
– Нам нужно как можно быстрее набрать на работу новый обслуживающий персонал дворца! Кстати, пусть возвращается вся медицинская команда! Мне надо как можно скорее выбраться из этой люльки! Да, еще, Баластер, раздобудьте мне что-то вроде велосипеда и проверьте как следует, чтобы он был
Вандовер отстал на полшага – так, чтобы Пепис, прикованный к кровати, не мог его видеть. Император не унимался:
– Министр, а еще я хочу, чтобы здесь работали видеокамеры охраны и чтобы эта территория находилась под постоянным наблюдением. Если это необходимо, позаботьтесь о том, чтобы весь персонал дворца был вооружен!
Командир Крок пророкотал:
– Бронекостюмы – это очень опасная вещь, особенно для новичков!
Пепис капризно огрызнулся:
– Как бы то ни было, а пока я император и думаю, что об этом необходимо помнить всем, состоящим у меня на службе!
Милосец церемонно поклонился:
– Ваше желание всегда было для меня законом, император!
– Вот так! – Пепис изогнулся на кровати и капризно посмотрел на министра. – Учитесь, как надо разговаривать с коронованными особами! Так вот, Вандовер, у меня есть для вас еще одно задание – мне необходимо иметь информацию о том, чем занимается Шторм!
– Конечно! – ответил Баластер ровным бесстрастным голосом. Он напрягся и втянул голову в плечи – так, будто шел против сильного ветра. Гравий мрачно скрипел под его подошвами. Императорские сады были здорово изуродованы совсем недавно шумевшими на их территориях сражениями. Где-то далеко, за пределами дворцовой территории, еще можно было слышать звуки рвущихся артиллерийских снарядов. Но то, что творилось в душе Баластера, не шло ни в какое сравнение с войной.
– Ничего, вот доберемся до Кэрона, и подберем себе приличного пилота. – Шторм был явно доволен. – Я думаю, на этой планете найдется человек, владеющий ручным управлением, а до этого придется пользоваться автоматикой. Кстати, Роулинз рассказал мне, что он учился на пилота и сможет провести ручную корректировку курса.
Молодой человек покраснел от волнения и посмотрел на Джека большими ясными глазами. Элибер расхохоталась и пошутила над Роулинзом:
– Я согласна со Штормом! Ты гораздо лучше, чем трак!
Роулинз пожал плечами:
– А вы не подумали, что траки вполне могли дать нам неисправный корабль? До такой степени неисправный, что починить его во время полета не будет никакой возможности?
Джек задумался:
– Да нет, скорее всего, они этого не сделают. Траки легко нас отпустили. Видимо, они так же, как и мы, заинтересованы в успехе экспедиции. Ведь жуки воюют с ат-фарелами очень давно! – он указал Элибер на гамак – Устраивайся поудобнее!
Роулинз пытался приспособиться к сиденью, предназначенному для тракианского пилота. Он взглянул на щиток с приборами:
– Траки вынули часть оборудования, сэр. Я думаю, что их не слишком заботит безопасность нашего полета. – Он
Джек внимательно посмотрел на пульт управления:
– Будем надеяться, что все необходимое для полета осталось на корабле...
– Как знать! – без энтузиазма ответил Роулинз.
– Ладно! – Джек поудобнее устроился в гамаке. – Передай жукам сигнал открывать взлетную полосу. Мы и так потеряли слишком много времени.
Шторм закрыл глаза. Ему вспомнился Боуги. Тогда, в плену у траков, Джек ушел от повторного контакта с боевым духом – ни обстановка, ни нервы не позволяли ему еще что-то выспросить у странного существа. А потом... он не мог еще раз вынести этот страшный, полный отчаяния и тоски крик Калина, который запомнил Боуги, чтобы передать им. Господи, как долго мог продержаться Калин в плену у врагов?
... Оставалось надеяться, что он продержится до их прибытия.
Глава 25
Женщина в белом халате посмотрела на показания приборов и тряхнула длинной челкой на своей коротко стриженной голове.
– Вы уже никогда не будете таким, как раньше, – сообщила она императору.
Пепис съежился от гнева, но все-таки сдержал себя и махнул врачу рукой:
– Ничего страшного. А как скоро вы освободите меня от этой кровати?
Женщина повернулась к нему и свет тихой улыбки озарил её миндалевидные глаза.
– Император, та штука, от которой вы хотите избавиться, поддерживает ваше дыхание. Посмотрите сюда и сюда. – Она показала на экран. – Вот эти затуманенные области поражены инсультом. К сожалению, эти нарушения невосстановимы. В этой зоне – она обвела световым пером более яркие пятна – мы сумели включить периферическое кровообращение. Так что скоро вам не нужно будет искусственное дыхание, но ваши рука и нога будут слабыми, и вы не сможете действовать ими, как раньше. Кроме того, очень высок риск повторного приступа.
Император кивнул:
– Да, да, а скажите-ка мне вот что: сохраню ли я свои умственные способности? – его зеленые глаза потемнели. Он пристально смотрел на доктора.
– Какие-то сложности, видимо, будут. – голос женщины звучал мягко и успокаивающе. – Но я думаю, что вы сохраните вашу компетентность...
– Это все, что мне хотелось бы узнать. – Пепис расслабился и крикнул: – Вандовер!
Министр полиции стоял в сторонке и с отсутствующим видом слушал сообщение медэксперта. Когда император позвал его, он подошел к кровати и поклонился.
– Вандовер, вы освобождаетесь от тяжких обязанностей, которые наложила на вас моя болезнь.
– Так скоро? – министр вздрогнул. – Мне кажется, что вам стоит подождать до того времени, пока вам не разрешат вставать.
Пепис с трудом уселся на кровати и попросил врача выйти на пару минут. Как только дверь закрылась, он сказал:
– Я бы советовал вам поостеречься, Вандовер! Не позволяйте вашим амбициям заводить вас в тупик! Я думаю, того, что произошло, достаточно для нас обоих!