Выживатель
Шрифт:
– Ну да, раз так, – согласился я.
– Вот и говорю.
Хотел спросить у него, где я его сам раньше видеть мог, но не успел.
– Смотри, – вдруг вскинулся Василий, – лезет кто-то, что ли?
Я посмотрел сразу через прицел, на дальнюю ротонду. Сначала не разглядел ничего, а потом заметил, как люк в полу трясется. Там раньше, наверное, просто выход с винтовой лестницы был, но как ротонду заперли, так и лестницу люком прикрыли. И вот люк, кажется, сейчас уже вышибут.
– Догадливые, – осталось мне только пробормотать, после чего я поднял тревогу.
Двоих,
– Без команды никому не стрелять, пусть сначала сообразят, где мы и как к нам пробраться. Начну я, если полезут через перила. Пит, ты страхуешь, если я промахиваюсь – добиваешь, если перезаряжаюсь – стреляешь.
У Пита изначально «аког» стоит, а стреляет он почти как я, так что для начала должны справиться. Я увидел, как его большой палец, прикрытый зеленоватой кевларовой перчаткой, перекинул переводчик на одиночные. Все правильно, тут надо больше целиться и меньше палить.
– Луис, Джордж – вы страхуете. Вась, – опять я перешел на русский, – на ту сторону поглядывай, на будку, ладно?
– Не вопрос. Дай ствол лучше, а?
Я вздохнул, ругнулся под нос, сетуя на назойливость, затем отстегнул всю платформу с кобурой и запасными магазинами, передал ему.
– О, спасибо, а то так до нас доберутся, даже застрелиться нечем будет, – сказал он вполне будничным тоном.
Все верно, я бы тоже так предпочел. Только хрен они до нас доберутся, я думаю. И мы уже час продержались.
– Прорвались, – сказал Пит.
– Тихо пока сидим, нам каждая минута пригодится.
– Я понял.
В открытой ротонде показалась одна фигура, вторая, третья, а за ними лезли еще. И опять кто с чем, без оружия никого не вижу. Сначала они довольно бестолково топтались там, потом первый – кто-то в когда-то белых шортах, теперь насквозь пропитанных дерьмом и мочой, в рваной розовой рубашке поло, вдруг решительно полез через перила. И сорвался, свалившись с высоты метра в три, прямо на ресторанный столик, спиной. Загремели опрокинувшиеся стулья. На нас пока не реагировали, психи словно забыли, зачем они вообще сюда залезли, топтались на месте, двое из них глазели на упавшего. Но затем какая-то тварь, когда-то женского полу, вдруг резко повернулась в нашу сторону и завыла так, как они воют, видя добычу. И первой же полезла туда, где я ее и ждал – в единственное узкое место. Я просто поставил «пончик» прицела на середину ее головы и утопил спуск.
На этот раз я разглядел и попадание, и облако крови, и кровь на светлой стене. Руки у нее сорвались сразу, и тело упало во двор. Я падения не видел, но глухой его звук слышен был хорошо.
– Следующий, – пробормотал я, чувствуя волну поднимающейся злости.
Правильной такой злости, боевой, какая на меня с детства накатывала перед тем, как я влезу в драку.
Следующим был кто-то толстый и тоже очень грязный, но его даже стрелять не пришлось, он просто сорвался сам. Третьего и четвертого я застрелил, потом дважды промахнулся по пятому, и его снял Пит.
– С другой стороны! – крикнул Василий, который явно решил пристроиться ко мне корректировщиком.
Вот я кретин…
– Луис, Джордж, бейте туда, куда я стрелял. Пит, мы с тобой по ближней надстройке.
Ну, не так все плохо, бежать по наклонной черепице у психов не получается, они все равно на длинную узкую террасу ресторана лезут. Бегут по ней, да, быстро, не попадешь, но затем им по-любому через узость у второй ротонды карабкаться приходится.
Бросок сбили, свалил еще нескольких мутантов, тоже скатившихся вниз. Остальные, похоже, поняли, что здесь не пройти, и остановились. Посыпались стекла где-то поблизости, но где – мы так и не увидели. Больше никто не атаковал, все замерло.
– Отбились, что ли? – с сомнением спросил Пит, стащив наушники и с остервенением вытирая потные уши носовым платком.
Активные наушники – вещь замечательная, заодно к ним рация подсоединена, но на жаре в них долго гулять – сущее мучение, к голове они плотно прилегают, циркуляции воздуха никакой.
– Такой вывод мы сделаем, когда за нами Марк прилетит, – сказал я осторожно, тоже стаскивая наушники. – Но пока да, пока мы держимся.
Как по ушам-то ветерком с моря… Прямо праздник. Затем стащил шлем, провел рукой по волосам – перчатка сразу промокла. Ну да, климат. Кстати, на холоде психи должны ведь вымерзнуть, нет? Наверняка. Только до холодов людям еще дожить надо. И холода в Майами… даже звучит смешно.
Так, откуда еще могут полезть? Хм, уже и не вижу других путей, по стенкам на манер мухи они еще ползать не научились. Правда, учитывая ту скорость, с какой они меняются… всего можно ждать, наверное. Еще и к зиме шерстью обрастут, как мамонты…
Сменил магазин. Пусть из этого всего патрона четыре сжег, но лучше, когда полный в автомате. Так глядишь – и именно этих четырех не хватит тебе в какой-то момент. Попить бы, что ли…
– Вась, минералка есть еще?
– Держи, – сказал Василий, протягивая уже открытую бутылку соды.
– Спасибо.
Не холодная, но все равно приятно. Сделал несколько медленных глотков, с наслаждением ощущая пузырьки газа в горле, отставил бутылку в узкую полоску тени, отбрасываемую бортиком крыши. Посмотрел на «мирняк» – ничего так, держатся вроде бы. Ну да, сколько они уже здесь сидели с того самого дня, когда все началось, освоились.
– Вы с самого начала в ресторане прятались? – спросил я у Марио.
– Не все. Мы с Ником и еще несколько. Вторая группа была в подвале отеля, их туда Василий увел.
– И как соединились?
– Случайно. Мы спустились вниз поискать еще продуктов в запас, а они поднялись из подвала найти хотя бы чего-нибудь, они там уже голодали. Когда поднимались наверх – психи на нас накинулись, убили несколько человек, мы еле отбились.
– А дальше?
Марио вздохнул, потер лицо руками, взлохматив отросшую за два месяца бороду. Мужики из выживших все были с бородами, бриться было нечем.