Выстрелить первым...

Ламур Луис

Я кипел от ярости, но нашел в себе силы рассмеяться, хотя, боюсь, смех не получился веселым.

— Вы люди Барлоу?

— Ну и что из этого?

— Я предупредил Барлоу, чтоб держался подальше от этих мест. Если немедленно не уберетесь — подохнете, все до одного.

Луна пряталась за деревьями, но свет ее, пробиваясь сквозь листву кипарисов падал на дом, в котором была Кейти и стоящую у двери толпу бандитов; мы рассеялись по краю сада, скрытые густой тенью, скопившейся под деревьями, и бандиты не могли видеть нас,

слышали только мой голос.

Они беспокойно перешептывались. Голос внушал им страх.

Вдруг кто-то из бандитов подумал: «А что, если в саду лишь один человек?» — и нацелил винтовку в сторону сада.

Мой «спенсер» был направлен на ближайшего к двери подонка — на него как раз падала полоска света из запертых ставен. Я разглядел жилетку и серую рубашку, а когда его винтовка шевельнулась, я выстрелил.

Из других концов сада грянули, распоров тишину, громкие резкие звуки; бандиты попадали, и я пришпорил мула, прицелившись в голову оставшегося стоять наглеца; я понимал, что могу промахнуться и тем не менее нажал на спусковой крючок. Темная фигура рухнула наземь, менее чем в трех футах от меня.

Грохотали выстрелы, люди Барлоу разбегались, падали, вскакивали, шатаясь, и снова падали. Наша атака оказалась внезапной и потому успешной. На поле боя бандиты оставили раненого, он катался по траве, пытаясь потушить пламя, — роковая отметина пули, угодившей ему в грудь, дымный порох сгорал не полностью, и часто от него воспламенялась одежда; мне приходилось встречать людей, у которых на всю жизнь на теле сохранились ожоги от пороха.

Бандитский лагерь находился за усадьбой, и мы помчались туда, крича и стреляя во все, что двигалось.

Затем мы увидели костер, от него во всю прыть несся человек, и Билл Лонгли выстрелил по бегущей цели — темная фигура покатилась по земле, словно подбитая куропатка, вот человек попытался подняться, но три пули намертво пригвоздили его к темной земле, и он затих.

— Хороший выстрел, — сказал я, — осенью надо съездить поохотиться на гусей.

Мы спрыгнули с коней, и Биккерстаф, подбежал к убитому и перевернул его на спину: на щеках мертвеца были шрамы-следы оставленные ногтями. Возможно, это он изнасиловал и убил ту женщину, о которой говорил Мэтт.

В лагере мы обнаружили два кольта-«драгун», винтовки «генри» и «баллард» и два старых мушкета. Нашли также кофе, сахар, рис и хлеб. Мы забрали все добро, поскольку сами скрывались от закона, и с продовольствием у нас было туго. Один кольт я взял себе, второй отдал Лонгли. Ли досталась винтовка «баллард».

Когда мы вели лошадей по просторным лужайкам, я остановился, взглянул на усадьбу и сказал:

— Давным-давно здесь устраивали танцы. По вечерам, когда на бал съезжались роскошные кареты, я сидел за деревьями и исподтишка наблюдал: из карет выходили нарядно одетые пары, поднимались по ступеням — а из дома доносилась музыка…

— Такого уже никогда

не будет, — хмуро бросил Ли. — Это было в другом мире.

Он сказал правду, но я сожалел о том мире, хотя и был ему чужим.

Дверь дома Уилла была открыта, в проеме я увидел Кейти, склонившуюся над раненым.

— Помогите мне, пожалуйста, уложить его на постель.

— Он собирался вломиться к вам, мэм, — сказал Биккерстаф. — Пусть помирает. Это плохой человек.

— Тогда вам следовало его добить. Я не позволю даже собаке умирать на своем пороге, а он человек.

Мы внесли его в комнату, и Кейти поставила кипятить воду. Среди наших потерь не было — ни единой царапины и ссадины, атака была внезапной, и люди Барлоу могли отвечать нам лишь беспорядочным, бестолковым огнем.

Под деревьями мы нашли трех убитых, это вдобавок к застреленному у дома, и еще одного с тяжелым ранением. Двое раненых валялись на траве около лагеря, один из них может быть, мертвый. Всех надо подобрать.

— Сэму Барлоу это не понравится, — сказал Мэтт Кирби, раскуривая трубку. — Точно не понравится.

— Он приедет, — отозвался Биккерстаф. — Я думаю, он скоро приедет сюда.

— Пусть поторапливается, — ответил я, — иначе я сам поеду за ним. Не убирайте лопату после того, как всех похороним Лично я хочу приготовить Барлоу могилу у Корнере и поставлю надгробную надпись

Лонгли рассмеялся:

— Хорошая мысль. Я многое отдал бы за то, чтобы поглядеть после этого на его рожу. Я с удовольствием помогу тебе копать, Каллен.

— Ты выкопаешь могилу себе самому, приятель, кто бы ты ни был. Барлоу убьет тебя, — сказал один из раненых.

— Кто бы я ни был… Меня зовут Каллен Бейкер и я живьем сдеру шкуру со всякого, кто поднимет руку на Кейти Торн.

Раненый быстро повернул голову к Кейти.

— Вы из Торнов? — Он был потрясен. — Барлоу меня за это повесит!

— Барлоу друг Чэнса, так ведь? — спросил я.

Кейти бросила на меня быстрый взгляд, но раненый уже молча смотрел в потолок. Больше он не произнес ни слова.

При лунном свете мы начали рыть могилу и закончили это дело, когда луна скрывалась за вершинами деревьев На холмике у изголовья поставили доску с надписью, выжженной раскаленным тавром:

ЗДЕСЬ ЛЕЖИТ СЭМ БАРЛОУ

ТРУС

ВОР

УБИЙЦА СРАЖЕННЫЙ КАЛЛЕНОМ БЕЙКЕРОМ

Прежде чем солнце прошло четверть пути, надпись у пустой могилы повидало человек десять, и поскольку все любили хорошую шутку, к вечеру о ней рассказывали от Люфкина До Бостона.

В болотах тоже любили соленые истории, и скрывающиеся от закона крутые ребята посмеивались и с нетерпением ожидали продолжения.

А в Большом лесу об этом узнал Сэм Барлоу. Говорили, что он чуть не лопнул от злости. Ярился и ругался последними словами, но в конце концов успокоился и задумался. Люди, рассказывавшие мне об этом, предупреждали: