Выстрел в зеркало
Шрифт:
– Сдается мне, нас похитили, – высказался Док. – Какая-то хрень проглотила… У меня мозги отключились начисто. Палил-палил, точно уверен, что бил прицельно. И попадал! А потом – воронка. Чернота. И дурь какая-то, будто я по длинному пищеводу ползу. Не сам ползу, разумеется. Меня что-то проталкивает, переваривает. Я разлагаюсь на составляющие, а потом оказываюсь в вязкой черноте. Меня снова заглатывают. Не жуют, а именно заглатывают. Целиком. И так – раз за разом. Тьфу! Блевать потянуло…
– И у меня то же самое, – признался Людоед. Шрам на его лице почернел. – Сознания не
– И не надо, – покачал головой Александр Тополев. – И так понятно.
– Ну и вот, в какой-то момент показалось, что крыша окончательно съехала, – продолжил Олег Мясников. – Этот червяк снова и снова проталкивает меня по пищеводу. А потом еще глаза. Огромные. Я в них утонул, причем не один раз. Сколько – не знаю.
– Мы видели одно и то же, – резюмировал майор Казаков. – Вернее, надо сказать так: мы пережили одно и то же. Значит, это не было галлюцинацией. В черной пустоте нас всех действительно исследовал какой-то инопланетный «червяк». Возможно, так у них работает диагностическая машина.
– Инопланетный? – прищурившись, переспросил Док. – Ты, командир, произнес слово «инопланетный».
Казаков не ответил.
– А командир прав, – заявил старший лейтенант Семашко. – Если бы какого-нибудь дикаря взяли и стали исследовать в нашем медцентре, то он бы ничего не понял. Но – когда вернулся живым – всем туземцам родного племени рассказывал бы, что к его телу присосались десятки змей. Жалили в руки, пили кровь, вводили яд и все такое… Вот и мы здесь – такие же дикари.
– Значит, почтенное собрание склонилось к выводу, что нас похитил инопланетный космический корабль, – подытожил Доктор.
Никто не возразил.
– Мужики, что с Хохлом и Князем? Есть информация? – Тополь перевел разговор на другую больную тему.
– Меня последним «затянуло», – признался лейтенант Запорожец. – Причем уже в воздухе, будто специально, кувыркнуло через голову. Спиной вперед протащило. Я видел Омельченко и Князева. Они оставались в стороне от воронки. Лежали на земле, смотрели, но не стреляли. Наверное, боялись нас зацепить.
– Или не хотели, чтоб нам хуже стало, – мрачно добавил Людоед. – Оно и верно, я думаю, не стоит понапрасну инопланетный разум злить. Рассердится – схавает по-настоящему. С потрохами.
– Оружие – уже схавал, – грустно заметил Тенгиз Чабадзе. – Ничего не осталось, все пропало. «БАКи», штык-ножи, бинокли, рация. Даже запас еды исчез. И фляги с водой.
Люди огляделись, только теперь до конца осознав положение. Во все стороны – сколько можно было разглядеть – тянулась нескончаемая желтая пустыня.
– Граунд «Зеро», – вдруг сказал Тополев.
– Что?
– Я примерно такое же видел у американцев в Неваде. Желтая пустыня на черт знает сколько километров. Ядерный полигон. А в центре, там, где бомба должна взрываться, стоит «Groud Zero». Отметка ноль.
– Типун тебе на язык! – возмутился Док. – Слава всевышнему, мы не на полигоне в Неваде. Похоже, мы вообще не на Земле.
– Мы сами не знаем, где мы, – признал
Спецназовцы, помогая друг другу, поднимались на ноги. С недоумением озирались по сторонам. Кто-то подпрыгивал, то ли проверяя работу вестибулярного аппарата после встречи с «червяком», то ли испытывая неведомую планету на прочность. Кто-то бродил по песку, оставляя на ранее нетронутой золотистой поверхности следы присутствия «хомо сапиенс». Кто-то разминал суставы, плечи, поясницу, разгоняя кровь.
– Чего ждем, командир? – деловито осведомился Людоед. – Может, двинем куда? Надо выбираться из пустыни. Подохнем от жажды.
– Ждем контакта, – коротко ответил майор Казаков. – Уж если «хозяева» так заинтересовались нами, что взяли на борт судна, да потом забросили сюда, они должны как-то проявить себя. Так?
– А-а-а, – разочарованно протянул капитан Мясников. – Я думал, мы сейчас марш-бросочек… Километров на двадцать. Подальше от песка.
– Отставить! Успеем марш-бросочек. Сначала понять надо, для чего мы понадобились чертовым «зеленым человечкам».
Группу лейтенанта Даниэля Мэрфи подняли по тревоге в ту самую минуту, когда «тюлени» меньше всего ожидали вызова. Чернокожий командир отряда усмехнулся. Все это чертовски напоминало Литта-Крик, базу SEAL. Руководство секретной школы обожало срывать людей с места через две секунды после того, как ребята доползли до финишной черты и чуть расслабились.
Вот и на этот раз боевые пловцы едва-едва успели закончить контрольное ночное погружение на глубину более тридцати метров. Лейтенант вместе с членами квалификационной комиссии проверял результаты по распечаткам. Да только вызов по тревоге не был учебным. Адмирал Хорнс не стал бы тревожить опытных, проверенных в деле солдат по пустякам. Тем более в Персидском заливе. Не самое удачное место для шуток.
Через минуту Даниэль был в рубке командующего авианосным соединением.
– Адмирал! – представился он, приложив руку к виску. – Лейтенант Мэрфи прибыл!
– Вольно, офицер, – Хорнс шагнул навстречу «тюленю», крепко пожал руку. – Прошу к столу, лейтенант.
Даниэль тут же шагнул к огромной карте, развернутой перед адмиралом, быстро глянул на нее, а потом – на командующего. С немым вопросом в глазах.
– Именно так, сынок! – грустно улыбнулся Хорнс. – Не Ирак. Иран.
Адмирал прошелся по рубке, заложив руки за спину, потом обернулся к младшему по званию, уперся руками в карту.
– Черт бы их всех побрал! – Лицо Хорнса побагровело. – Только-только ввяжешься в одно дерьмо, а тут еще и еще выплывает. Слушай!
За следующие полчаса лейтенант Мэрфи узнал много нового. Оказывается, Пентагон уже давно проводил в Иране секретную рекогносцировку объектов, которые являлись потенциальными мишенями для нанесения ударов. Иран – одна из держав, активно сотрудничавших с СССР по вопросам освоения «невоенной» ядерной энергии. И два, и полтора десятка лет назад советские специалисты помогали «мирным» людям с Востока осваивать новые технологии, создавать атомные реакторы.