Выстрел в лицо

Леон Донна

Наступила тишина, во время которой Брунетти прямо-таки слышал, как скрипят от усердия мозги Вицотти, который пытался вычислить, какие последствия ему грозят, если он соврет, и какие — если скажет правду. Брунетти знал его достаточно хорошо, чтобы понимать — Вицотти всегда выберет наиболее удобный и выгодный для себя вариант.

— Вы знаете, где его нашли? — спросил наконец Клаудио.

— Да.

— Кое-кто из ребят говорил — я точно не помню кто, — что-то про резервуарные баки. Неподалеку от места, где этого мужика прибили, стоит парочка таких.

Напрягшись,

Брунетти вспомнил, что и впрямь видел там старые проржавевшие баки, служившие фоном для места преступления.

— Так что они про них говорили? — нарочито равнодушно поинтересовался он.

— Что в некоторых из них появились странные дырки — как будто двери кто вырезал.

— Ясно, — произнес Брунетти. — Если услышите еще что-нибудь интересное, я буду очень…

— Ничего я больше не услышу, — прервал его Вицотти и бросил трубку.

Брунетти осторожно вернул свою трубку на место.

— Так-так-так, — пробурчал он себе под нос.

Слишком уж все неопределенно. Дело вообще-то не их — хоть Патта и приказал ему заняться его расследованием. С нелегальными перевозками мусора разбиралась карабинерия, и у Брунетти не имелось постановления суда, разрешающего проводить допросы, тем более — обыски. Правда, если они отправятся туда с Вьянелло вдвоем, это трудно будет назвать обыском или рейдом на частную территорию, верно? В конце концов, они всего лишь собираются еще раз осмотреть место преступления, вот и все.

Брунетти уже встал, собираясь спуститься вниз, в участок, чтобы обсудить свой план с Вьянелло, когда зазвонил телефон. Брунетти посмотрел на него. Телефон протрезвонил еще трижды, и комиссар все-таки взял трубку.

— Комиссар? — послышался мужской голос.

— Да.

— Это Васко.

— Да-да, очень рад вас слышать, — забормотал Брунетти, пытаясь выиграть время и судорожно перебирая в памяти события последних дней.

— Вы ведь меня помните? — спросил мужчина.

— Разумеется, помню, — соврал Брунетти и в это мгновение и впрямь вспомнил. — Мы с вами виделись в казино. Что, наши игроки вернулись?

— Нет, — ответил Васко. — В смысле да.

Ну так да или нет, раздраженно подумал Брунетти, но сдержался и промолчал.

— Они были здесь прошлой ночью, — объяснил Васко.

— И?

— И Террасини спустил целую кучу денег. Около сорока тысяч долларов.

— А тот второй парень, что был с ним в прошлый раз? Тоже приходил?

— Нет. На этот раз его сопровождала женщина.

Брунетти даже не стал просить Васко описать ее — он и так знал, кем была спутница Террасини.

— Долго они там пробыли?

— Понимаете, комиссар, я в ту ночь не дежурил, а мой сменщик никак не мог отыскать ваш номер телефона. А мне позвонить он не догадался. В общем, о том, что Террасини снова приходил, я узнал только сегодня утром.

— Понятно, — вздохнул Брунетти, с трудом удержавшись, чтобы не наорать на Васко, его сменщика и вообще всех людей на свете. — Спасибо, что позвонили, — поблагодарил он начальника охраны. — Надеюсь… — Брунетти не закончил фразу, так как сам понятия не имел, на что он надеется.

— Комиссар, возможно, они

вернутся сюда сегодня вечером, — с плохо скрываемой гордостью в голосе доложил ему Васко.

— Почему вы так думаете?

— Это все Террасини. Когда стало ясно, что он продулся в пух и прах, то сказал крупье, что скоро вернется и заберет у него свои деньги назад. — Брунетти молчал, и Васко продолжил: — Вообще-то довольно странные слова, вне зависимости от суммы проигрыша. Крупье ведь ничьих денег себе не берет. Это же казино! Эх, глупость человеческая. Только дураки могут думать, что им позволят обыграть казино. — Презрение Васко к игрокам поистине не ведало границ. — Крупье потом сказал, что это обещание прозвучало как угроза. Это-то и странно — настоящему игроку такое даже в голову не придет. Крупье ведь просто следует правилам: ничего личного в этом нет, и, видит бог, ничьи выигрыши ему в карман не попадают. Ну, конечно, исключая очень умных крупье, — подумав, добавил Васко.

— Как думаете, что все это значит? — поинтересовался у него Брунетти. — Вы ведь хорошо в таких людях разбираетесь, в отличие от меня.

— Скорее всего, Террасини не так давно подсел на азартные игры, — ответил Васко. — Во всяком случае, на такие, в которых он постоянно проигрывает.

— А что, существуют какие-то другие азартные игры? — удивился Брунетти.

— Конечно. Если, например, он играет в карты с людьми, которые его боятся, он наверняка все время выигрывает — потому что соперники ему поддаются. Человек быстро к такому привыкает. К нам из стран третьего мира приезжает много таких игроков. Черт знает, что творится у них там дома, но, как правило, они ненавидят проигрывать. Мгновенно впадают в ярость. Наверное, оттого, что раньше всегда выигрывали. Несколько раз мы таких буянов даже просили уйти, — сообщил Васко.

— Но ведь в первый раз он спокойно перенес проигрыш, да? — уточнил Брунетти.

— Да, — протянул Васко. — Но тогда он был с мужчиной, а не с женщиной. В присутствии дам они почему-то еще больше стремятся выиграть.

— Значит, вы думаете, он вернется?

— Крупье в этом практически уверен, а он человек опытный, давно тут работает, — после минутного раздумья ответил Васко. — Он, кстати, у нас крепкий орешек, но Террасини заставил его понервничать. В конце концов, наши крупье по домам в три часа ночи расходятся, знаете ли.

— Тогда я сегодня подъеду, — решил Брунетти.

— Хорошо. Но раньше часу смысла приезжать нет. Я проверил все записи — Террасини еще ни разу не приходил к нам раньше часу ночи.

Брунетти поблагодарил начальника охраны, так ничего и не спросив про спутницу Террасини, и повесил трубку.

— Почему мы не можем поехать туда днем и все спокойно осмотреть? — спросил Вьянелло, после того как Брунетти рассказал ему про оба телефонных разговора, каждый из которых предполагал необходимость ехать куда-то ночью. — В конце концов, мы же полицейские, а там обнаружили труп. Значит, мы имеем полное право приехать туда и обыскать все вокруг. Ты что, забыл? Мы же так и не выяснили, где его убили.