Выстрел в чепчик
Шрифт:
Нет, Вить, им запугать тебя здорово надо было, чтобы ты все их желания выполнил. Видимо, на карту поставлено много, раз не поленились они Ваню втянуть, двойника подсунуть и целую комедь разыграть. И получилось у них, кстати, все неплохо. Я бы посоветовала тебе обратиться в милицию, а пока там разбираться будут, на рыбалку с проктологом поехать.
— Я не поеду, — заявил Пупс. — Ты видела этот народ? Кстати, я не уверен, что это я — Розу. Нет, Соня, двойник там у них или я сам чокнулся, но
Иначе не отстанут от меня.
— Ты точно с ума сошел! — заламывая руки, воскликнула я. — Витя, умоляю, не подписывай.
Похоже, он был даже растроган моими переживаниями.
— Хорошая ты женщина, Соня, — украдкой смахивая слезу, сказал Пупс.
— Конечно, хорошая, — легко согласилась я. — Так не тяни из меня жилы, видишь же, на нервах вся. Ты же мне не чужой, пока муж Розы.
— Успокойся, — сказал он. — Я, собственно, ничем не рискую. Преступления в том, что я сделаю, нет.
Уволят меня, это точно, на этом дело и заглохнет. И по бумагам этим они материального ущерба не нанесут никому, разве что только моральный.
— Точно не нанесут? — спросила я.
— Точно, — заверил Пупс. — Мероприятие, в обшем-то, невинное. Так, фирмочка развалится одна, их конкурент, и все.
— Но тебя-то уволят?
— Уволят, обязательно уволят, но я без работы остаться не боюсь. Меня уже давно зовут в другую фирму, и платят больше там, и работы меньше, а уж то, что там лучше, чем в тюрьме, так это, как говорят некультурные люди, сто пудов.
— Что-то уж больно хорошо у тебя все получается, — засомневалась я. — Ну, да ладно, как знаешь, тогда я пошла.
На самом деле я сдаваться не собиралась. Какая-то сила подгоняла меня дельцу этому помешать. Уж такой я хороший человек.
«Умру, — подумала я, — а не дам подписать те бумаги».
Вырвавшись на волю и простившись с Пупсом, я отправилась к Архангельскому.
«Он-то не открутится у меня», — подумала я, останавливаясь у его двери и с трудом переводя дыхание, поскольку, конечно же, не работал лифт.
Я нажала на кнопку звонка и секундой позже получила шок. На пороге стояла Маруся. Она открыла дверь и, увидев меня, почему-то вознегодовала. Потом успокоилась и сказала:
— А-а, это ты старушка, хорошо, что я вовремя поняла, а то уже кулаки у меня зачесались, как увидела, что баба к Ване моему.
Я тупо смотрела на Марусю, силясь понять, как узнала она адрес Ивана Федоровича, когда мне до сих пор казалось, что адрес этот я держу в строжайшей тайне.
— Ну что стоишь тут прямо вся? — удивилась Маруся. — Раз пришла — проходи.
Я прошла. Маруся закрыла за мной дверь на ключ, ключ же спрятала в своем декольте.
— Пошли, мы на кухне, — сказала она, и я поплелась за ней.
На кухне действительно
«Значит, вовремя приехала», — порадовалась я, усаживаясь на подоконник, поскольку больше было некуда.
— Вот, Ваня почти весь уже меня простил, — сказала Маруся, — да только возвращаться почему-то не хочет. Заладил: потом да потом. А что ждать-то? Я прямо вся его сегодня и забрала бы.
— Нет, Машенька, нет, — мрачнея и отводя в сторону глаза, возразил Архангельский.
— Маруся, а как ты его нашла? — переполняясь удивлением спросила я.
Маруся хлопнула себя по лбу и воскликнула:
— И ты еще у меня спрашиваешь, старушка! Гналась же за этим Пупсом твоим, а он шмыгнул сюда…
Епэрэсэтэ! — вдруг взвыла она. — Совсем я тут с вами заболталась! А где же Пупс?
Услышав такое, я обезумела: сорвалась с подоконника, схватила Архангельского за грудки и начала его трясти, приговаривая:
— Так это ты натравил двойника на Пупса! Так это ты натравил!
Архангельский так растерялся, что начал жалобно лепетать:
— Он же безвредный, он же никого не убил и убивать не собирался. Это так, чтобы попугать немного.
Маруся хлопала глазами, силясь что-нибудь понять.
Мне лишь оставалось надеяться на ее бестолковость, надеяться и радоваться ей.
— Попугать? — не теряя времени, возмутилась я. — Зачем нас пугать? Думаешь, жизнь с этим плохо справляется, еще и ты пристроился. И не так это все безобидно. Уже есть жертвы.
Глаза Архангельского наполнились ужасом.
— Какие жертвы? — закричал он.
— Роза и" Тося. Пошел второй круг. Они в той же последовательности получили сотрясение мозга, в какой были шляпки, стрелы и картины. После Тоси на очереди Лариса, и кто знает, не проломит ли ваш двойник ей череп. Кстати, после Ларисы идет Маруся.
Архангельский беспомощно воззрился на Марусю.
— Да, я прямо вся за Ларисой иду, — по-прежнему ничего не понимая, подтвердила та.
— Что же они делают, сволочи! Так же не договаривались! — прорычал Архангельский, после чего начало твориться совсем уже невообразимое.
Архангельский понесся в комнату, а оттуда выскочил Пупс.
— Я только из арбалета! — завопил он. — Только бабки занимал и из арбалета стрелял, все как договаривались. Картины — тоже моя работа, а по голове я никого, слышь, Вань, никого!
И Пупс бросился к входной двери. Он отчаянно тряс дверь за ручку, пытаясь ее открыть, но ключ-то был в декольте Маруси. Маруся во все глаза уставилась на Пупса и тут вдруг поняла, что это не он.
— Да это же не Пупс! — завопила Маруся. — Это же прямо весь не он!