Высшее Благо

Митчелл Сэнди

– Такие знания могут привлечь нежелательное внимание.

– Тогда мы должны положиться на ваше благоразумие, - ответила она.

– Я польщен, что вы доверяете мне, - достаточно правдиво ответил я, уже начиная в голове рисовать срочный доклад для Эмберли [68]. Насколько я знал, Инквизиция уже отлично знает об этих запасах ископаемого мусора, но никогда не повредит шепнуть лишний раз тем, и особенно тем инквизиторам, которые знают что бывает с опасными кретинами [69] вроде печально памятного Киллиана.

Но для дальнейших бесед времени

не было, так как "Аквила" резко накренилась и стало наконец-то видно само святилище. Из темной серой мути под нами возникло гексагональное здание из рокрита, не похожее ни на один из тысячи бункеров, которые я видел, в которых скрывался, или пытался уклониться от атаки за время своей долгой и бесславной карьеры. Когда показались вокс-антены, теплоотводы и дополнительные структуры, украшающие поверхность, только тогда я смог оценить его масштабы. Высота его была как минимум двести метров, а ширина в два раза больше. Когда мы зависли над ним, стали видны очертания благословенной шестеренки, инкрустированной на крыше, она была вписана в центр шестиугольника. В самом центре рисунок повторялся, окружая поднятую посадочную площадку, которая этот момент вроде была свободной.

– Я не вижу охраны, - сказал Юрген, крутясь на своем месте, чтобы лучше разглядеть и почти задушив себя ремнями безопасности.

– Я уверен, там кто-то есть, - ответил я, озадаченно глянув на нашу хозяйку, - скитарии?

– Три группы расположены тут постоянно, - слегка уклончиво ответила она мне. (* contubernia - самое маленькое подразделение в римской армии, из них формируются центурии 10 человек).

– Три отделения, - задумчиво перевел я термин в эквивалент подразделений Имперской Гвардии [70], - должно быть хватает для здания такого размера.

– До сих пор этого хватало, - уверила меня Килдхар. "Аквила" уже садилась, ее посадочные двигатели включились, и я спиной ощутил внезапную перегрузку, когда он чуть взлетел над центром площадки. Затем двигатели отключились, и посадочные опоры стукнулись о рокрит.

– А, конечно же, есть другие меры предосторожности, - ее губы едва заметно сложились в подобие улыбки, несмотря на все ее усилия сохранить безэмоциональное выражение лица техножреца, она явно ждала, чтобы я спросил какие.

– Меньшего я не ожидал, - ответил я, отказываясь играть в игры, когда вой двигателей затих. Если бы я спросил, она бы просто ответила мне, что у меня нет допуска, деликатно намекнув, кто здесь главный, но так как я оставался абсолютно индифферентным, то существовал шанс, что она может что-то сболтнуть, подталкивая меня к вопросам. Хотя прежде чем у нее возник такой шанс, "Аквила" снова дернулась, вызвав озадаченный взгляд помощника.

– Мы же не собираемся снова взлететь?
– спросил он, в его голосе читался подавленный страх.

Я покачал головой.

– Двигатели отрубились., - указал я, начиная размышлять, почему пилот до сих пор не опустил рампу. Но в тот момент, пока я говорил, весь шаттл содрогнулся во второй раз,

и начал медленно опускаться через отверстие в крыше. Толстые слой рокрита и поддерживающие балки плавно проплыли мимо иллюминатора, и я увидел, что мы оказались в ангаре, непохожим на тот, из которого мы недавно вылетели. Однако будучи частью святилища Механикус, а не боевого корабля, металлические стены были отполированы и отражали свет, в отличии от тусклых и запачканных последнего, ну а наземный персонал, несущийся к нам, был облачен в красных робы технопровидцев, а не в пустотные защитные костюмы.

– Я бы рекомендовала оставаться на своих местах, - несколько самодовольно заявила Килдхар, когда я почти встал, заметив что толстая крыша над нами закрылась. Стало очевидным, что с тех пор как она раскрылась, она потешалась над нашим удивлением. Платформа остановилась со слабым рывком, и я на секунду зашатался, пытаясь восстановить равновесие.

– Хороший трюк, - позволил я себе высказаться, когда небольшой транспортер, пролетел через весь ангар, чтобы зацепить нос нашего шаттла, и потащил нас в угол [71], рядом со станцией заправки.

– У нас еще много в запасе, - уверила меня Килдхар, когда "Аквила" наконец-то остановилась, а посадочная рампа начала опускаться.

Мы с Юргеном осторожно с нее спустились, и впервые хорошенько осмотрелись, Килдхар шла позади нас в шаге-двух. Воздух в здоровенном ангаре чуть попахивал серой из атмосферы, но им можно было свободно дышать. В самом деле, через несколько секунд я едва замечал оставшуюся вонь [72].

– Это намного комфортнее, чем наше первое приземление, - заметил я, несколько более бестактно, чем намеревался, но Килдхар совершенно не обиделась на намек.

– Непосредственное нахождение на открытой местности в таком удалении от улья может быть чрезвычайно вредно даже для аугметированных, - сказала она, - и конечно же, многие прибывающие сюда артефакты чрезвычайно хрупки. Так что лучше выгружать их в таком месте, где они защищены от воздействия.

– Совершенно верно, - согласился я, - а из ангара куда их отправляют?

– Это зависит от артефакта, - ответила Килдхар, ведя нас к широким и высоким воротам, следуя отметинам бесчисленных колес тележек. Явно, что некоторые экземпляры были поразительных размеров, судя по проходу за воротами.

– У нас здесь широкий спектр аналитических машин, способных вести любые измерения и эксперименты.

– Тока до тех пор, пока они знают что делать, - прошептал мне Юрген на такой громкости, которую наивно полагал неслышимой.

– А мы знаем, - уверила нас Килдхар, живость ее манер выдавала ее веру в это, хотя я сам не был убежден. Быстрым шагом она уводила нас вглубь огромного здания, меняя направление так часто, что я пришел к выводу, что она намеренно пытается нас запутать. Однако мое врожденное чутье сложных туннелей оставалось как всегда верным, и я точно знал, что найду обратную дорогу к ангару, если потребуется.