Высокое окно
Шрифт:
Черты ее толстого серого лица вдруг затвердели и стали еще более грубыми, хотя казалось, дальше некуда.
— Мой сын ничего не знает. Даже о пропаже дублона. И я не хочу ставить его в известность. В свое время он обо всем узнает. Сейчас его трогать не надо. Он будет неукоснительно делать то, что я от него потребую.
— Так получалось не всегда.
— Его женитьба, — раздраженно сказала она, — была минутной слабостью. Потом он старался вести себя, как подобает джентльмену. Эти тонкости не для меня.
— У нас в Калифорнии
— Молодой человек, вы согласны работать или нет?
— Согласен, если получу необходимые сведения и возможность вести дело так, как считаю нужным. И не согласен, если вы собираетесь снабдить меня сводом правил и инструкций.
Она резко рассмеялась.
— Это деликатное семейное дело, мистер Марлоу. И отнестись к нему нужно деликатно.
— Если вы меня нанимаете, я вам гарантирую всю деликатность, на которую способен. Если вы считаете, что ее у меня недостаточно, — вероятно, вам лучше не связываться со мной. Например, как я понял, вы не хотите, чтобы ваша невестка понесла наказание. Для этого я недостаточно деликатен.
Она стала цвета вареной свеклы и раскрыла рот, чтобы завопить. Но передумала, подняла бокал и заглотила еще некоторое количество «лекарства».
— Постарайтесь, — сухо бросила она. — Жаль, что я не встретила вас пару лет назад, до его женитьбы.
Что означало последнее, я не вполне понял — так что пропустил реплику мимо ушей.
Она перегнулась в сторону, поковырялась в диске внутреннего телефона и что-то рявкнула в трубку, когда ей ответили.
Вскоре за дверью раздались шаги, и маленькая блондинка легко и стремительно вошла в комнату.
— Выдай этому человеку чек на двести пятьдесят долларов, — прорычала старая ведьма. — И держи язык за зубами.
Девушка залилась краской до самой шеи.
— Вы знаете, я никогда ни с кем не обсуждаю ваши дела, миссис Мердок, — пролепетала она. — Вы знаете. Мне это даже в голову не может прийти, я…
Она повернулась и, опустив голову, выбежала из комнаты.
— Мне нужна фотография леди и некоторые сведения, — сказал я, когда дверь за секретаршей захлопнулась.
— Посмотрите в ящике. — Миссис Мердок ткнула пальцем в сторону плетеного тростникового стола, и ее кольца сверкнули в полумраке.
Я подошел, выдвинул единственный ящик стола; на дне его изображением вверх одиноко лежала фотография, с которой на меня смотрели спокойные темные глаза. Я сел снова в кресло и принялся разглядывать карточку. Темные волосы, разделенные пробором посередине и небрежно откинутые назад с крупного лба. Большой высокомерный рот — весьма соблазнительный. Милый нос: не слишком большой, но и не слишком маленький. Великолепная лепка лица. Однако чего-то в нем не хватало. Того, что когда-то называлось хорошим тоном, а как называется сейчас — не знаю. Лицо казалось слишком умудренным и настороженным. Но за этим выражением умудренности еще угадывалась наивность
Я кивнул и сунул карточку в карман, подумав, что я вывел гораздо больше заключений, чем можно вывести из простой фотографии, да еще в полутьме.
Дверь открылась, вошла мисс Дэвис с авторучкой и чековой книжкой. Девушка принужденно улыбалась. Миссис Мердок подписала чек и резко махнула рукой в мою сторону. Мисс Дэвис вырвала чек из книжки и подала его мне. Хозяйка молчала, и секретарша тихо вышла, прикрыв за собой дверь.
Я помахал чеком, чтобы скорее высохли чернила, потом свернул его и продолжал держать в руке.
— Что вы можете рассказать о Линде?
— Практически ничего. До замужества она снимала квартиру с девушкой по имени Луис Мэджик — звучные имена они себе придумывают. Тоже какая-то артистка. Они работали вместе в клубе «Айдл Вэли». Мой сын Лесли слишком хорошо знаком с этим заведением. О семье Линды я ничего не знаю. Когда-то она упоминала, что родилась в Сиу Фолз. Вероятно, ее родители живы. Меня эти подробности мало интересовали.
Как же, мало интересовали. Я так и видел, как она роет, роет обеими руками, роет глубоко и отбрасывает песок в сторону полными горстями.
— Вы не знаете адреса мисс Мэджик?
— Нет. И никогда не знала.
— Может ли знать ваш сын… или мисс Дэвис?
— У сына я спрошу, когда он придет. Хотя, не думаю. Можете поинтересоваться у мисс Дэвис. Уверена, что она тоже не знает.
— Ясно. Вы можете назвать имена еще каких-нибудь друзей Линды?
— Нет.
— Возможно, ваш сын поддерживает какую-то связь с ней — втайне от вас.
Она снова начала багроветь. Я поднял ладонь вверх и выдавил миролюбивую улыбку.
— В конце концов, он целый год был ее мужем, — сказал я. — Он может что-то знать о ней.
— Оставьте моего сына в покое, — отрезала она.
Я пожал плечами и разочарованно вздохнул.
— Отлично. Вероятно, она уехала на своей машине — той, что вы ей купили.
— «Меркурий» стального цвета, закрытый, модель сорокового года. Мисс Дэвис сообщит вам номер, если понадобится. Взяла ли Линда машину — не знаю.
— Сколько денег, какую одежду, драгоценности взяла ваша невестка?
— Денег немного. У нее должно быть не больше двухсот долларов. — Миссис Мердок насмешливо оскалилась, и вокруг ее рта и носа появились жирные складки. — Конечно, если только она не нашла себе нового дружка.
— Так… — сказал я. — Драгоценности?
— Кольцо с изумрудом и бриллиантом не очень большой ценности, платиновые часы с рубинами, очень хорошее янтарное ожерелье, которое я имела глупость собственноручно подарить ей. У ожерелья фермуар с двадцатью шестью маленькими бриллиантами, выложенными в форме ромба. Конечно, может быть еще что-то. Я не обращала особого внимания на ее вещи. Одевается она хорошо, но не экстравагантно. Хоть это, слава Богу.