Выскочка
Шрифт:
Не думайте, что мне когда-нибудь хватит.
Шампанское, кокаин, бензин,
И много чего между этим.
Я объездил город в тележке для покупок.
Блок сигарет «Camel» и пожарная сигнализация.
Сумасшедший звук! Все настолько громко, что перепонки готовы лопнуть. Тайлер раскачивается в такт музыке и трясет головой. Капельки воды разлетаются и попадают на меня. Я пищу, Эштон свистит, все еще нещадно двигая бедрами. Тайлер поворачивается спиной и делает сальто. От страха прикрываю глаза рукой. Такое впечатление, что он сейчас убьется, но он проделывает так несколько раз. Это дико. Невероятно, как у него подобное получается.
Тайлер несколько
пролезла под ней и села у него между ног. Затем кивает головой, умоляя глазами выполнить его просьбу, и все еще поет. Через нахлынувшие слезы улыбаюсь ему и сажусь так, как он хочет. Он утыкается мне в шею и просто играет на фортепьяно. Все мое тело пронизывает желание обнять его и поцеловать. Я хочу с ним все. Абсолютно.
Неожиданно Тайлер протягивает ко мне руку и поворачивает мою голову на себя. Я закрываю глаза, и он ласково целует мое лицо и что-то шепчет. Нежное, доброе, невероятно красивое. Я тяну его голову к своим губам и настойчиво целую, вложив все свои чувства: нежность, любовь. Я хочу, чтобы он почувствовал все то, что я сейчас к нему испытываю. Как я полюбила его всей душой, как я хочу, чтобы мы были вместе и что все, произошедшее между нами, не просто так. Я готова ему отдать всю себя без остатка.
Ноты сбиваются, и инструмент издает странные звуки под нашими руками, когда мои ладони ударяют по клавишам невпопад.
Я отрываюсь от Тайлера и понимаю, что мы одни.
– Мы, видимо, всех распугали, – шепчу ему в губы.
– Я думаю, это ты — своей ужасной игрой локтями по клавишам, – усмехается он. – Но это был самый сладкий звук для моих ушей.
– Я талант. – Задираю высоко подбородок.
– Ты моя муза. Все это для тебя. Каждая строчка, каждое слово. Ты хотя бы представляешь, что ты значишь для меня? – стонет мне в шею. – Жить без тебя не могу.
– Я думаю, что чувствую то же самое, – шепчу ему. – Не обмани меня, Тайлер.
– Никогда. – Его губы находят мои для более мучительного поцелуя, от которого сердце замирает. Боже, такого я еще не испытывала никогда в жизни.
– Эй, поднимитесь уже в спальню. Сейчас мы станем свидетелями вашей сексуальной жизни! – кричит Эштон.
Смущаясь, пытаюсь встать, но Тайлер удерживает меня и аккуратно устраивает на коленях.
– Не завидуйте, свиньи. Эш, у тебя размазана помада. Не говори мне, что вы, чертовы вуайеристы, наблюдали за нами, и теперь твой парень поправляет ширинку. Извращенцы, – говорит Тайлер.
– Да на вас невозможно смотреть,
– Живите, блаженные, кроме нее меня уже ничто и никто не интересует, – говорит им, указывая на меня. – Может, пойдем погуляем. Ты ведь останешься у нас? Я лягу на диване. И не смотри на меня так. Не вижу смысла возвращаться к тебе, чтобы с утра ехать за тобой обратно.
– Почему с утра? – непонимающе смотрю на него.
– Мы едем к нашим мамам. Возможно, они нас благословят и мы, наконец, сможем по всем канонам церкви заняться любовью? – шевелит бровями.
Игриво бью его в плечо, отталкиваю и иду к ноутбуку, чтобы закрыть его.
– Погуляем и займемся уроками. – Тянет меня к выходу, по пути накидывает на меня свою кожаную куртку.
Я все еще кручу в голове его слова про занятие любовью и благословение. Хочу ли я всего этого с ним? Да. Мне даже не надо выдумывать ответ. Страшно ли мне? Ох, невероятно страшно. Но ведь мы вроде влюблены, и слова мамы плотно осели во мне. И, кажется, дают свои ростки. Я влюблена в Тайлера… Нет. Я люблю его. И возможно очень давно. Вот в этом теперь мне придется признаться самой себе.
Глава 11
Тайлер
Естественно, я спал на диване, как и обещал. Сейчас пью энергетический напиток, так как ни черта не выспался. Но этот блаженный момент, когда ты знаешь, что твоя любимая спит в Твоей кровати… мучительно, скажу я вам. Стояк не давал мне спать ни в одном положении. На животе я чуть его не сломал, на боку он болезненно торчал, а на спине, уж извините, напротив спит басист. Я не хочу, чтобы он думал, что я хочу его. Мало ли. Мы ведь парни. И всегда относимся подозрительно к другим парням.
А еще, когда Кейт посмотрела на меня этим взглядом «ты сводишь меня с ума», я готов был содрать с нее и с себя всю одежду и плюнуть на наше церковное воспитание.
Ах да. Совсем забыл сказать, у нас запрещен секс до свадьбы или благословения. Можете теперь представить себе, как это здорово, что мы едем к нашим родителям? Моя мама пастор в церкви. После смерти папы, она все свое время проводила в церкви, обучалась, молилась, и вот теперь я надеюсь только на нее. Во-первых, тогда Кейт точно не убежит от меня, а во-вторых, это клятва перед Богом. Официально мы сможем сделать все на следующий год. Я закачу ей грандиозную свадьбу с толпой подружек невест и прекрасными цветами, если, конечно, она захочет. А сейчас я настроен решительно поговорить с моей мамой. И надеюсь, она поймет меня.
И вот теперь меня грызет червячок сомнения, а вдруг Кейт этого не хочет.
Оглядываюсь на соседнее сиденье, Кейт спит, сладко приоткрыв влажные губы. В уголке ее рта практически течет слюна. И, знаете, это мило. Это не выглядит, будто у нее рекой течет изо рта или типа того. Нет. Для меня это приятное и даже потешное зрелище. Я заворачиваю на нашу улицу, когда в голове проносятся все воспоминания из детства: как мы лепили куличики, носились по этой самой дороге, нещадно сбивая коленки во время падения. Каждая кочка, но родная. Ну, вы понимаете, о чем я? Это вроде как ностальгия по детству. Сейчас у меня дилемма: отвезти ее ко мне домой и положить в свою детскую кровать или отвезти к маме. Лучше, конечно, позвонить, но я не хочу будить Кейт разговором. Да, черт возьми, я даже радио выключил, когда она уснула. Бесконечно поглаживаю ее плечи и руки, когда она приоткрывает глаза на кочках. А вы бы как поступили? Да, я хочу прикасаться к ней постоянно. Просто не могу удержать свои долбанные руки.