Вышибалы

Базлова Любовь

Лори молчал, язык стал слишком большим, забил ему горло. Если его обманули, то, может, и не убьют?

– Пытался, – снова за него ответил Легион. – И каждый из них пытался. И тут появляются паразиты. Они всегда так делают – у них нет физического тела, которое может путешествовать. Это хуже паразитов. Потому что паразиты сосуществуют. А они выбрасывают личность самоубийцы и заменяют её. Кукушки.

Барс снова засмеялся, на этот раз хрипло. Продолжил тем же безразличным тоном:

– А в чём проблема? Они всё равно умерли бы. Между прочим,

так себе удовольствие приходить в мир в теле, болтающемся на верёвке под потолком или висящем на карнизе небоскрёба. Блин, к тому же от хорошей жизни с собой не кончают. Знаешь, почему этот парень жить не хотел?

С самого начала его монолога, пока Легион не оборачивался, хоть и не перебивал, из тени ленивой кошкой вышла женщина. Барс продолжил говорить, даже когда она покрепче перехватила осколок в его плече, чтобы выдернуть. При рывке Барс болезненно застонал, но откатиться в сторону не успел, к тому же и осколок мешал, нависнув над ним. Удар пришёлся в голову, насквозь не пробил, только кожу рассёк. Барс ещё был жив, пытался подняться, зажав рану рукой, но вернулся Легион. С усталым вздохом забрал оружие у женщины. Лори отвернулся, услышал только смачный звук ломающейся кости. Страх снова холодом сжал внутренности, но Лори был тут единственным чужаком, и ему уже сложнее было верить в спасение.

– Если ты пойдёшь за Акроссом, – продолжил голос Легиона, и сопровождал его звук, с которым тот кромсал уже мёртвое тело, – то будешь умирать. Снова и снова. Снова и снова. В адских муках. Я сам буду раз за разом убивать тебя. Потому что я – лекарство. Не лучше ли остаться тут, в тишине и более-менее привычном мире? Чтобы уйти с Акроссом, прежде всего надо умереть, Локи.

Лори даже не поправил, потому что было всё равно. Конечно, он не хотел идти за Акроссом, ему сейчас казалось безумием, что он вообще ввязался в это гиблое дело в надежде на побег отсюда. Верил ли он Легиону? Он и сам не знал, не хотел думать об этом. Но с Акроссом и правда что-то было не так.

– Там короче, – начал всплывший рядом с Лори один из заключённых, – этот. Который тут раньше был. Он пришёл требовать боя.

– Ему нечем платить, – произнёс Легион сквозь зубы.

– Есть. Ну и мы подумали – а круть будет, если ты его там на арене ушатаешь. А то он че-то больно довольный для проворовавшегося счетовода.

– Иду, – подтвердил Легион и, пройдя мимо Лори, властно перехватил его за шкирку, как ребёнка, и потащил вниз, к арене.

Для человека, виновного косвенно в смертях уже троих людей, Акросс выглядел слишком довольным, даже Лори ощутил ненависть к нему.

– Тебе платить нечем, – повторил Легион уже ему, бросив Лори на трибунах и в одиночку выходя на арену. – И ты остался без команды. Ты на что надеешься?

Акросс с улыбкой покопался в карманах робы, достал начатый блок сигарет. Лори смутно припоминал, что друг не курил.

– Примерно столько стоит твоя жизнь, – заметил Акросс, оставил блок на песок арены, отошёл от него на пару метров.

– Пропуск на

арену. Можно сказать, что ты платишь им за то, чтобы они посмотрели, как тебя убьют.

– Ты ничему не учишься, – возразил Акросс, едва сдерживая улыбку. Снова в общий гомон влился уже знакомый звук железных суставчатых лап. Красные осторожно расступились, когда один пятиметровый аппарат в сопровождении двух трёхметровых выползли на арену, повернув дула в сторону Легиона.

– Заключённый двадцать девять и три, блок красных, – вполне человеческим голосом произнёс пятиметровый. Круглая крышка его кабинки открылась, на песок спустился Каратель. Легион, сдерживая злость, вспомнил то, чему не придал значения:

– Забрали к Карателям…

– Мы прослушали записи из вашего блока. Информация о том, что убийство Карателя заказано вами, подтвердилась.

– Стукач, – констатировал Легион, глядя только на Акросса, тот развёл руками, уже не скрывая улыбки.

– У нас приговор, – так же невозмутимо продолжил Каратель. Легион отвернулся, отошёл к трибунам, заставив Лори отшатнуться. Но страх был напрасен – Легион забрал женщину, та спустилась покорно, без возражений. Так же покорно приняла удар лезвием в шею, сползла на бетонный пол истекать кровью. У Легиона не было выбора, он знал, что было бы с ней без его защиты.

– И проговариваетесь к смерти, – продолжил Каратель. Легион не обернулся, и автоматная очередь прошила его широкую спину.

***

Они молчали почти всю дорогу обратно. Акросс не выглядел таким довольным, как на арене – он был мрачен. И молчал, в отличие от Лори, не от пренебрежения и брезгливости, а в задумчивом оцепенении. Но на крутых перевалах он ждал Лори, останавливался, если тому нужно было облегчиться или поесть. Дал ему выспаться в одну ночь, пока сам не спал, ожидал рядом, заодно присмотрев, чтобы их не прирезали во сне.

Акросс за обратный путь будто стирался о мелкий гравий под ногами, как о наждачку. Снова вернулась его сутулость, и Лори почти поверил, что на него давило чувство вины за умерших, бессмысленность их смерти.

Первые слова Акросс произнёс у той самой башни, на которой просидел столько дней, вблизи уже родных бараков.

– Я задержусь, – предупредил зачем-то Акросс. Лори прошёл пару шагов, остановился, но не обернулся.

– Легион говорил, что ты не мой друг. Ты убил моего друга и занял его место.

– Это правда, – подтвердил Акросс без сожалений.

– Какого хрена?

– Он бы всё равно умер. Ты хотел сбежать. Пойдёшь со мной?

– Иди на хер, – так же, не оборачиваясь, послал его Лори и продолжил путь к баракам.

***

На следующий день другого салагу отправили проверить, как на башне себя чувствовал Акросс, и посланный вернулся за лопатами и попросил в помощь ещё кого-нибудь, чтобы закопать труп.

Глава 2

Правила игры:

1. Не имея физического тела, игрок, прибыв в мир, вытесняет личность человека, находящегося на грани самоубийства.