Выродок
Шрифт:
— Меня этот факт тоже удивляет…
— Мистер Малфой, вы можете думать о драконоводах все, что угодно, но я умоляю вас приехать в заповедник хоть на несколько дней. Даже если все это лишь цепь случайностей – ею не стоит пренебрегать!
Юноша закусил губу и после недолгого размышления кивнул, досадуя на себя:
— Ладно, ваша взяла! Любопытство сгубило кошку, но я не кошка, а вутргрит, хотя и бывший… Приеду к вам на несколько дней сразу после того, как сдам Л. И. Р. О.Х. ВО. СТ. ы. Только предупреждаю сразу: мистер Уизли, если вы попытаетесь ко мне лезть – я вам глотку перегрызу. Мне для этого даже волшебная палочка не понадобится.
— Да, мистер Малфой! – сынок нищеброда почему-то засиял так, словно услышал объяснение в любви. – Приезжайте, когда сможете, даже без предупреждения, – вам всегда будут рады! До заповедника можно доехать поездом с вокзала Кингс–Кросс, платформа 5 6/7. До свидания, мистер Малфой! Не буду вас больше беспокоить!
— До свидания, мистер Уизли!
Когда мелкий Уизли покинул летнюю террасу, Драко дал волю чувствам и сказал:
— Редкостные все же кретины эти нищеброды!
«Вот именно!» – радостно подхватил незнакомый голос, зазвучавший прямо в голове.
Весна–лето 2000 года
Выбор, часть III
Юноша оглянулся, убедился, что никого поблизости нет, и поднялся со стула, намереваясь поскорее выйти на шумную улицу, но голос в голове заговорил снова:
— И куда же вы собрались, мистер Малфой?
Драко сначала хотел промолчать, но потом сообразил, что если он сошел с ума, то совершенно неважно, будет ли говорить сам с собой или не станет общаться с воображаемым собеседником, – нормальности все равно не прибавится. Юноша уже приготовился ответить вслух, но в последнюю секунду понял, как нелепо это будет выглядеть со стороны, и подумал:
— А вы разве сами не знаете? Хочу проветриться…
— Знаю, конечно, – невидимый собеседник хмыкнул, – вы надеетесь, что на улице я перестану вас тревожить. Уверяю вас, вы заблуждаетесь. Мне нужно с вами серьезно поговорить, и, по–моему, для этого сейчас самое подходящее время. Уличная суета наверняка отвлечет ваше внимание, поэтому вам лучше остаться здесь.
— Хорошо, – подумал Драко, – только я сначала закажу фруктовый коктейль, чтобы не волновать официантов…
Сделав заказ, юноша вновь мысленно заговорил с незнакомцем:
— И кто же вы такой? Согласитесь, ситуация довольно странная: вы знаете обо мне почти все, а я о вас – ничего…
— Да неужели?! – невидимка явно наслаждался разговором. – Но, возможно, некоторые предположения о том, кто я такой, у вас все же имеются?
— Судя по всему, вы – воплощение моей душевной болезни, – с удовольствием подумал Драко. – Мое безумие меня не слишком удивляет: все же в последние годы я вел очень трудную и напряженную жизнь…
— Можно сказать и так, – охотно согласился незнакомец. – Согласитесь, сны, которые вы нередко видите, многим покажутся странными, а некоторые другие ваши особенности способны повергнуть в шок обычного человека. Все это вполне можно назвать безумием. Именно оно позволило вам во время Генеральной Репетиции увидеть во сне расположение источника некробиотического излучения. Благодаря своему безумию вы смогли в Туннелях сначала научиться слышать приближение огнечервей и инфери, а потом и подзывать их. Ваше безумие помогало вам пить огонь из чужих ожогов и с помощью энергии, полученной во время этого процесса, двигаться с очень большой скоростью…
— Погодите! Вы имеете в виду те случаи, когда я замедлял соперников?
— Мистер Малфой! – невидимый собеседник явственно хмыкнул. – Никто на всей Земле не способен
— Но если это не безумие – каковы, по–вашему, причины моих чудесных способностей? – юноша сжал руки в кулаки и приказал себе не паниковать; в конце концов, глупо удивляться тому, что порождению твоего больного мозга известны все твои тайны.
— А вы не знаете? – незнакомец продолжал веселиться.
— Не знаю! – злорадно ответил Драко.
В ту же секунду в глаза ему ударил огонь, тело охватила чудовищная боль, а в ушах заиграла знакомая мелодия, слышанная лишь однажды. Юноша с трудом сдерживал стоны, понимая, что долго не выдержит… – и тут все исчезло. Он снова сидел за столиком на летней террасе «Гривы фестрала».
— Ну как? Вспомнили? – ехидно осведомился невидимый собеседник. – Или еще что-нибудь показать? Ваш разговор с целителем и драконоводом, например?
— Значит, это правда? – думать сейчас было почти так же трудно, как, наверное, оказалось бы произносить неприятные слова вслух. – Эргерены – не сказка? И… – Драко проглотил подступивший к горлу комок, – я должен превратиться в дракона и покинуть мир людей?
— Почти все верно, мистер Малфой, – незнакомец сразу посерьезнел. – В целом вы достаточно правильно изложили существующее положение вещей.
Юноша впервые за долгое время захотел заплакать навзрыд, забыв обо всем вокруг.
— Значит, эта истеричка права, – подумал он, стараясь сдержать отчаяние. – Я действительно ничтожество и всем своим успехам обязан чужой силе! Остальные бойцы и в боевке — «Д», и в «Ножках нимфы», и в «Мягкой лапе» работают честно, а я побеждал их с помощью энергии драконов…
— Об Элен Леруа мы поговорим чуть позже, а сейчас важнее другое. Многих вы побили в «Мягкой лапе», мистер Малфой?
— Только нескольких новичков. Я даже Расти ни разу не победил, а он ведь с салагами занимается… – Драко растерянно закусил губу. – Но я не понимаю…
— На самом деле все очень просто, мистер Малфой, – сейчас невидимый собеседник опять улыбался. – Можно ли назвать вас ничтожеством только потому, что вы пользуетесь волшебной палочкой, метлой или другими магическими приспособлениями? Вы ведь их не создавали, а купили…
— Но это совсем другое! Чтобы творить чародейство с помощью палочки или летать на метле, нужно долго учиться…
— А чем вы занимались под руководством Артура Уизли, Джеффри Фиска, Корвина Флэннери, Расти Прингла? Да, благодаря вашим новым способностям эти уроки принесли вам бОльшую пользу, чем многим другим ученикам, но ведь и вы не отлынивали, а работали с полной самоотдачей! А когда вы предпочли голодать, но не позволили своим эльфам есть крыс, отказались доносить на коллег, хотя согласие гарантировало спокойную работу в отделе у Перси Уизли, и обожженными руками волокли Артура Уизли по джунглям, у вас вообще не было никакой чужой силы – только своя. И это не мешало вам поступать честно и достойно. Так что вы имеете полное право относиться к своим новым способностям так же, как к волшебной палочке или метле: они увеличивают ваши возможности, но, чтобы правильно пользоваться столь полезным даром, нужно долго и упорно учиться.