Выродок
Шрифт:
Драко слушал вполуха, не в силах оторвать взгляд от связанной женщины, которая сейчас проплывала совсем рядом, поддерживаемая в воздухе тремя мракоборцами. В голове юноши вновь прозвучал звонкий голос, на этот раз полный бессильного отчаяния: «Рыцари! Ланселоты проклятые! Если бы я была с ними, то не позволила бы этим придуркам уме…»
Открылась дверь; женщина выплыла из комнаты; контакт прервался.
— Кто она? – растерянно спросил Драко.
— Мэрион Кармайкл, — ответил Трентон.
Юноша много раз слышал это имя. Наследница
— Но мисс Кармайкл не оборотень, а высокородная волшебница!
— Оборотнем она стала около месяца назад и, судя по всему, по собственной воле, — как и ее подчиненные, которых мы арестовали в библиотеке и лаборатории.
— В каком смысле… по собственной воле?
— В прямом. После своего исчезновения десять лет назад Мэрион стала спутницей жизни и одной из самых верных сторонниц Регула Блэка. Свадьбу сыграть они хотели уже после победы… В начале сентября прошлого года мисс Кармайкл заболела драконьей оспой – заразилась в резервации гоблинов, убеждая их поддержать Затейника. Регул отправил возлюбленную лечиться на континент, а вскоре началась война в Туннелях. Болезнь протекала тяжело, и Мэрион выздоровела лишь в начале января, когда все уже было кончено: Регул Блэк, Чарльз Леруа и их ближайшие сподвижники покончили с собой, потому что не хотели идти под арест и не видели возможности продолжать свою борьбу. Тем не менее, мисс Кармайкл вернулась в Англию и собрала немногих уцелевших сторонников Затейника, которые не хотели складывать оружие. Но людей осталось слишком мало, а денег не было вообще.
О том, где хранятся финансы организации, знали только двое: казначей Чарльз Леруа и его помощник Лоуренс Эттертон. Леруа покончил с собой в Туннелях, а Эттертон, выйдя из подземелий за несколько часов до окончательного разгрома Затейника, решил отсидеться в Лютном переулке у своего старого знакомого — скупщика краденого. Лоуренс планировал провести там несколько недель, пока все немного не успокоится, а затем намеревался отправиться искать мисс Кармайкл. Но в середине декабря он был найден мертвым в комнате, которую снимал. Перед смертью Эттертона пытали… Мы ищем убийц, но пока безуспешно.
Вернувшись в Англию в середине января, Мэрион отчаянно нуждалась в деньгах и надежных союзниках. Преступный мир был только рад, что Затейник погиб и можно наложить руку на те сферы криминального бизнеса, которые он крышевал прежде, так что здесь просить о помощи было бесполезно.
Грейбек и другие оборотни, желавшие продолжать борьбу с министерством, нуждались в союзниках, но вполне определенного рода. Грейбек предложил мисс Кармайкл и ее людям выбор – стать оборотнями или никогда больше не беспокоить его просьбами о помощи. Мэрион окружали только самые отчаянные противники нынешней власти – и все они согласились подвергнуться укусу.
— Но это невозможно! –
— На войне как на войне, Малфой. Люди Затейника ненавидят нынешнее министерство сильнее, чем оборотней, и готовы на все ради победы. А в бою средний оборотень превосходит среднего волшебника… Теперь, кстати, понятно, почему установленные здесь датчики магии реагировали так слабо: волшебство оборотней совсем не такое, как у обычных людей, и для его обнаружения нужны особые приборы.
— Погодите-ка! А как вы все так быстро узнали?!
— О Лоуренсе Эттертоне мы узнали, когда начали расследовать его убийство. А сегодня мы почти сразу после прибытия сюда арестовали оборотней, осматривавших лабораторию и библиотеку. Это совсем молодые парни, они пропали без вести недавно – во время войны с Волдемортом, и в их исчезновении обвинили Пожирателей Смерти. Мы решили допросить задержанных сразу, так как подозревали, что в доме есть потайные комнаты, а потом Шон, Лайонел и Сова сообщили, что ты пропал. Мы поняли, что нужно действовать быстро…
— Они хоть живы? – юноше вдруг захотелось умереть.
— Шон, Лайонел и Сова? Да, конечно! А что им сделается!
— Я имею в виду оборотней, которых вы допрашивали! – Драко с трудом сдерживался, чтобы не ударить Джоша.
— Разумеется! – Трентон хмыкнул. – На оборотнях все заживает намного быстрее, чем на людях…
— А если бы на месте оборотней был я – вы бы так же меня допрашивали?
— Если бы ты знал, что случилось с моими пропавшими коллегами, — безусловно. А как бы ты допрашивал меня, если бы мне было известно, где находится пропавший… например, Северус Снейп?
— Будьте вы прокляты! – вполголоса сказал юноша и выбежал из кабинета.
Не обращая внимания на сновавших по коридорам мракоборцев, Драко вышел из дома и зашагал к воротам. На душе было тошно; юноша прекрасно понимал, что Трентон выбивал из оборотней показания не потому, что беспокоился за него, а потому, что подозревал в сотрудничестве с Затейником.
Драко стиснул руки в кулаки, вспомнив недавний разговор на дежурстве в Леруа–холле: ублюдок Уизли ошибался или намеренно лгал – и еще неизвестно, что хуже! В министерстве ничего не изменилось — здесь по–прежнему выбивают показания из задержанных, если это нужно мракоборцам!.. От проклятых подлых министерских игр хотелось выть в голос.
— Вы! Это вы! – пронзительный крик оглушил юношу. Оглянувшись, он увидел мисс Леруа – одетая в мерзкие джинсы, свитер и куртку, она бежала к нему, утирая слезы и крича: – Я знала, что вы меня не бросите! Я знала…
— Элен, как ты себя ведешь! – резко воскликнула миссис Леруа, которая вместе с фальшивыми сотрудницами журнала для садоводов стояла у решетки, отделяющей поместье от внешнего мира. – Немедленно прекрати истерику!
— Я знала, я верила… — подбежав к Драко, девушка заплакала.