Выпускной
Шрифт:
Но Зимин никого не слышал, он продолжал бить ногами в живот Марка. Василиса, напугавшись, подбежала к Гоше, схватила его за руку, но он сильно толкнул её в сторону, отчего та больно ударилась об землю коленом. И лишь крик Василисы заставил Зимина очнуться. Он побежал к ней.
— Васечка, прости меня, я не видел, что это ты. Милая, больно?! — затараторил Гоша.
— Придурок! Я колено разбила до крови из-за тебя! И ты смеешь себя называть сыном честного полицейского? Да тебя самого надо в тюрьму упрятать! — кричала Полякова.
— Любимая,
— Мозги себе промой! — обиделась Василиса, но согласилась пойти с Гошей.
Прихрамывая, она подошла к парню, и тот подхватил её на руки. Тихонов приготовил бутылку негазированной воды, чтобы промыть рану Василисы. Втроём они отошли от выпускников. Лялин закатил глаза и недовольно проворчал, обращаясь к Кристине:
— Вот она всё-таки дура, должна же понимать, что нельзя лезть под горячую руку. Ещё и Гошан виноват остался. И правда, курица, самая настоящая курица на каблуках.
— Даже я это понимаю, — заметила Кристина.
— Вот, ты молодец девка, понимающая такая.
— Это комплимент?
— Ну, а почему бы и нет? — улыбнулся ей Лялин.
Федя зажёг бенгальский огонёк, подошёл к Марку и направил ему на лицо.
— Ты больной или как? — напугался Лёша. — Федь, у тебя там вообще с огнём проблема, убери от его лица эту хрень! А то без бровей пацан останется.
— Да надоели! Я собирался рассмотреть лицо Маркухи, а то темнотища, ни фига не видно. Вообще, хочу огоньки, может! А вы запрещаете! — заныл Тетерев, но потушил огонь. — Чува-а-ак, ты как? — тихо спросил он у Колесникова.
В ответ он услышал хрип, а затем кашель друга. Всё лицо было в крови, он не мог шевелиться. Футболка порвана, песок прилип к телу парня, смешавшись с кровью. Федя захотел поднять Колесникова, потянул за руку и отскочил, услышав дикий вопль Марка. "Ой, это не я", — только и мог промолвить Федор, выпучив глаза.
— Похоже, у него рука повреждена. Или сломана, или вывихнута. Он бы не орал так сильно, если бы простой ушиб был, — заметила Оксана. — Позвоните его отцу, отведите подальше от отшиба, пусть заберёт его и отвезёт в больницу. Придумайте что-нибудь, скорее всего не стоит говорить о драке отцу. Я верю в вашу фантазию. Ребят, поторопитесь, ему плохо, — обратилась она к Лёше и Саше.
Забыв о разногласиях между двумя классами, Сомов и Иванов помогли парням из 9"Б" и осторожно подхватили избитого Колесникова, уводя с отшиба. Баранов хотел помочь ребятам, но его не взяли. Он расстроился, приговаривая: "Друзья тебя кинут", и побежал к пакетам за бутылкой пива, чтобы заглушить своё "горе".
Через пятнадцать минут четверо парней вернулись. На их лицах светились улыбки. Ярослав Иванов посветил фонариком в сторону сидящих на плитах одноклассников и растянул улыбку до ушей.
— Ну что, как сидится? В темноте да не в обиде? А Васька где? — он посветил фонариком
— Блин, Славян, убери фонарь от лица! Задрал в шары светить! — возмутился Данил, закрывая рукой лицо.
— Вы увели Марка? — позади Ярослава послышался девичий голос, который парень не узнал.
— Это кто? — вздрогнул парень и резко обернулся, посветив фонариком на девочек из "Б" класса. — А, Оксана. Или Кристина? — Он снова расплылся в улыбке.
— Оксана, — быстро ответила девушка. — Увели? Как он? Отец что-нибудь сказал?
— Да ничего, он даже разбираться не стал, просто забрал его и всё, — Ярик подбрасывал в руке фонарик.
— А что вы сказали? — поинтересовалась Кристина.
Иванов продолжал подбрасывать фонарик и только через полминуты ответил:
— Да шучу. Никто его не забрал. Мы просто выкинули его в речку.
Глава 6
1:00. Отшиб.
— Какая речка, Иванов?! — испуганно воскликнула Оксана, соскочив с бетонной плиты. — Что вы с ним сделали?!
Девушка повернулась к тем троим, что помогали нести Марка.
— А вы почему молчите?! Где он?! — в её голосе послышалась дрожь, казалось, что она сейчас заплачет.
— Ну, что, он уже как труп был, — преспокойно ответил Иванов и зевнул.
— Славян, вы совсем что ли тронулись? — удивился Кеша. — Шутить с этим не надо. Не смешно даже.
— Да я не шучу, — по голосу Ярослава было слышно, что он улыбается.
Новиков и Ильин, стоявшие рядом с Ивановым, похихикивали. А сам Иванов отвернулся от ребят и отошёл подальше, чтобы скрыть свой смех.
— Ой, ну я так и знала, что это шутка, — махнула рукой Кристина и обратилась к остальным. — Да вы посмотрите, они же все четверо хихикают. Вам тоже смешно, да?
— Не, вон даже Баран не хихикает, — встрял в разговор Лялин, указав на Артёма, который сидел около кустов с бутылкой пива и гладил траву.
— Идиоты, зачем вы соврали? Не до ваших глупых шуток сейчас! — сердито произнесла Никитина. — Никто не знает, что сейчас с ним будет, ещё не ясно, какие травмы у него.
— Да всё, всё. Мы понимаем, вы напуганы. Хотели немного пошутить, но вот эти двое не могут сделать спокойный вид. Эх, играть не умеете на публику. Учитесь, пока я жив, — покачал головой Ярик.
— Ну так что? Отцу что сказали? — успокоившись, снова спросила Оксана.
На этот раз Ярослав после недолгого молчания заговорил, и девушка услышала более вразумительный ответ.
— Сказали, что шли по улице, и он подрался с каким-то пьяным чуваком, больше не смогли придумать, тем более, что отец быстро прилетел.
— Ладно, больше так не шутите, — выдохнула Оксана и отошла к другим ребятам.
Вдруг все замолчали по разным причинам. Минут пять никто не проронил ни слова, лишь Баранов что-то бормотал и рисовал на земле странные иероглифы и разбитые сердечки.