Шрифт:
Глава 1. Машинки
Чувства покинули тело. Виктор попал в темную невесомость. Теперь страх смерти полностью отступил. И Коврин ощутил, как сливается с великим нечто. Света в белом туннеле не наблюдалось, бога или ангелов, подавно. В какой-то момент грудь пронзила страшная боль, будто сердце вырезали живьём. Наверное, это и есть ад.
Парень вскрикнул, но получилось лишь издать слабый стон. Чувства начали возвращаться. Неизвестная сила медленно тянула человека куда-то. Похоже, смерть лишь играла с Виктором,
Спустя секунды мучений, Коврин приоткрыл один глаз. Нежная женская рука с бледно-розовым маникюром разломила мел над телом воина. Она успела в последний момент, что позволило практически воскресить Виктора.
– Спасибо… Спасибо, – простонал парень.
Рот не хотел открываться, внутри по-прежнему что-то горело. Мужчина потерял сознание, на этот раз быстро очнувшись. И когда он смог воспринимать реальность, никаких женщин поблизости не было. Только голый коридор, где недавно шла битва с Охотником.
– Нет, это уже перебор… Меня грохнул мой одноклассник… Я грохнул любимую девушку… Был на том свете, вернулся. Но только опять сюда… Боже, что здесь творится?
Так думал Коврин, беспомощно валяясь по полу. После всего пережитого ноги могли отказать. Было страшно напрягать свое тело, страшно вообще что-то делать.
Но время неумолимо шло. Виктор понимал, надо двигаться дальше. Хотя конкретной цели у него не было. Так продолжалось, пока не ожило школьное радио.
– Переход на третий этаж успешно открыт, – монотонно произнесло оно.
Где-то вдалеке появилось сияние. Надо было до него добраться.
– Ох, мама… Я даже умереть нормально не могу. Как же все ломит! Ноги, как ватные. Спина!
Виктор дёргался, словно жук, которого перевернули. Но в отличие от жука, он смог самостоятельно подняться, правда, с третьего раза.
В голове шумело невидимое море, перед глазами плыло. Дрожащей рукой парень достал шоколадный батончик, найденный до встречи с Ирой.
– Ну, давай, Нюрка! Надеюсь, ты оказалась права!
Виктор вскрыл упаковку, поднес ладонь к еде, стараясь сконцентрироваться насколько это возможно.
К большому удивлению, все получилось неплохо. Просроченный кусок фаст-фуда развалился на мельчайшие части и исчез. В теле появилась небольшая лёгкость, голова перестала быть каменной. Виктор ощутил нечто наподобие бодрости, что весьма радовало.
– Ух, для человека, пережившего смерть, это просто божественно.
Радуясь внезапному воскрешению, Виктор направился к свету. Довольно быстро он заметил пролом в стене с типовой лестницей, ведущей наверх.
После пережитого стресса наступила некая эйфория. Коврин бросился по ступеням, будто ему снова тринадцать. Он довольно легко взлетел на третий этаж. Лестница тут же померкла, а проход заполнился непреодолимой тьмой.
Но возвращаться обратно все равно не хотелось. Слово «выпускной» обнадеживало. Даже находясь во власти лживой системы, хотелось верить в некую логику.
Надеясь найти что-то важное, Коврин как следует,
– Отлично, я знал, что школа – это скучное дело. Но чтобы до такой степени…
Подумав так, Коврин вспомнил о старых проблемах. После попадания наверх его разум не спешил очищаться. И груз пережитого тяжко заполнял душу.
Новые испытания пока не появлялись. Блуждания по мрачному коридору навевали нехорошие мысли.
– Господи, как много неизвестных. Чем больше я ищу ответы, тем больше тупых заморочек. Как я мог застрелить Ирину? Кто знал, что я после этого выживу? Нет, ушел в последний предел… Не подумал, не рассчитал. Хотя, этот козел меня точно прикончил, а она – спасла. Девушка с нежной кожей и бледными ногтями… Кто же она такая? Может ангел? Есть ли вообще в этом мире ангелы? И самое страшное, неужели я – террорист!? Боже, если бы я знал, как тут оказался, то сомнений бы не осталось. А так… Стрелков, конечно, редкий урод. Но у меня, действительно, деньги и связи. При желании я мог бы такое сделать. Желание ещё как было! Но желание, не есть осуществление! А что же тогда?
Виктор остановился около двух шкафов, где могло быть что-то полезное. Но обыскивать их не стал, сев на пол, по своему обыкновению. Продолжать дьявольскую игру было бессмысленно. Если он действительно уничтожил кучу людей, то выхода назад нет. И лучше провести здесь целую вечность в наказание за жуткий поступок.
Чем больше парень погружался в пучину мыслей, тем сильнее вырисовывался печальный исход. Он ведь уничтожил Иру. Значит, он не такой уж и добрый. Вдруг у него раздвоение личности, которое проявляется скрыто?
Мужчина повернул голову, уставившись в белую гладь окна. Картинки из прошлой жизни начали всплывать, необычным слайд шоу.
Виктор впал в оцепление. Не менее часа он сидел неподвижно, пока тело не начало ныть, а ноги не сделались ватными. Необходимо было немного размяться, чтобы продолжить тонуть в бесконечной печали.
Коврин пошел по коридору. Местный «пейзаж» казался до боли привычным. Как ни обидно, психика воспринимала мрачное место в качестве дома. Возможно, так и есть, теперь заколдованная школа – жилище Виктора.
Побродив не особо долго, Коврин услышал шорох. Ничего хорошего это означать не могло. Потому парень достал пистолет, замерев на месте.
– Может не отбиваться от них? Пусть лучше прибьют, и с концами… Какой смысл вообще что-то делать?
Мужчина вяло приблизился к источнику шума. К сожалению или к счастью, монстров не наблюдалось, как и агрессивных людей.
Около небольшого шкафа стоял серый школьник, который сосредоточенно играл машинками. Маленькие модельки в его руках проворно катались по лакированной поверхности. И это доставляло пареньку несказанное удовольствие.