Вынуждающие обстоятельства
Шрифт:
– Ты меня звал. Зачем?
Я уже сипел:
– Вытащи нас отсюда, а то мы сгорим к чертовой матери!
Короткая тьма, толчок в спину… и вдруг свежий воздух! Все восемь зверей судорожно кашляли, пытаясь вдохнуть свежего воздуха. К счастью, мы не успели надышаться угарным газом до такой степени, чтобы умереть, но дышать все равно было тяжело.
Когда я, наконец, сумел поднять глаза, я увидел, как позади нас суетятся звери возле горящего сарая, который уже был полностью охвачен огнем. Сон снова произнес:
–
– Сон, ты издеваешься что ли? Мы едва не сгорели нахрен в сарае, а ты тут вопросы задаешь?
– Какой в этом был смысл, и что произошло?
– Нас хотят вернуть обратно Ордену! А мы не хотим!
Наконец все обрели способность стоять нормально. Только сейчас они обратили внимание, что я говорю с фигурой, от которой веяло могильным холодом. Вейлин произнесла сдавленным шепотом:
– Ты вызвал Смерть???
Я коротко бросил назад:
– Это был единственный выход, Вейлин.
На наш разговор обратили внимание не только мои спутники, с неприкрытым страхом взирающие на кошмарную фигуру Смерти. Кто-то из жителей деревни увидел, что позади них целыми и невредимыми находятся все те восемь зверей, что считались заживо горящими. Конечно же, все побежали к нам. Сон, к моему удивлению, остался на месте.
Вперед выступил тот самый гонец, который принес весть о нас в деревню:
– Вы вчетвером возвращаетесь в Ландар. И это не обсуждается. А остальные могут ехать туда, куда захотят. И ты, в черном, тоже можешь идти, куда хочешь.
Я с вызовом встал:
– А не пошел бы ты, индюк набитый? Требовалка не отросла!
Поголис побагровел:
– Не усложняй все, волчара! Нарываешься!
Я тихо спросил Сна:
– Ты не хочешь прибрать к себе несколько зверей перед собой?
Смерть прошелестела:
– Ну что же, если это будет твоя плата за то, что ты вырвал меня на спасение… Пожалуй, я могу простить такой вызов.
– Они твои, Сон. Только, я надеюсь, ты знаешь, кого надо с собой брать.
– Смертный, не дерзи мне, я без тебя знаю, кого брать…
Фигура поплыла вперед на гонца. Тот выстрелил в нее какой-то магией, но Сон не среагировал на нее. Поголис начал поливать Смерть всеми возможными заклятиями, но Сон также продолжал плыть… пока не протянул ладонь и не коснулся морды гонца. Тот с воем начал в буквальном смысле растворяться на глазах. Сон захохотал, высасывая душу зверя, которая выглядела как беловатое облачко. Его хохот был похож на звук наждачки по металлу:
– Узрите мощь Смерти!!!
Все жители деревни отпрянули в ужасе и, после паузы, побежали в разные стороны. На месте остался только старейшина, который смотрел со страхом, но держался достойно.
От бывшего гонца осталась только лужица, в которой плавали обрывки одежды. После этого Сон исчез также внезапно, как и появился, перед этим произнеся:
– Я принимаю твою плату, смертный. Вызов
После этого наступила долгая пауза, которую нарушил только негромкий шепот Ярко:
– Что… что это было?
Затылком я чувствовал семь пар глаз, которые так и сверлили меня. Мне оставалось только признаться:
– Мне пришлось призвать его, чтобы спастись. Радуйтесь, что остались живы.
В подтверждение моих слов сгоревший дотла сарая окончательно развалился, оставив после себя только все еще охваченный пламенем остов.
Старейшина все еще остался стоять на месте, и я повернулся к нему:
– Зачем вы подожгли сарай?
Лемур гневно воззрился на меня:
– Мне не было смысла этого делать!
– Но ведь мы едва не погибли!
– Да, но мы не могли этого сделать. Все жители деревни были рядом со мной и гонцом. Мы сами не сразу заметили, что вы горите.
– А теперь вы должны нас отпустить, если не хотите более одной жертвы.
Дистролас сглотнул:
– У меня нет выхода, я так понимаю?
В разговор вмешалась Вейлин:
– Значит так, ты нас кормишь, причем бесплатно, а потом отпускаешь нас. И не вздумай преследовать! Да, и не забудь вернуть оружие торговцам и Рамзи!
Старейшине не оставалось ничего, как кивнуть.
Пока мы завтракали в таверне, посетителей оттуда как ветром сдуло. Думаю, произошедшее возле сгоревшего сарая было красноречивее всяких слов. Бык явно лебезил перед всеми нами, выдав самый лучший завтрак, на какой он только был способен. В окно я видел, как снаряжают обоз Джейкоба и кормят и поят лошадей из упряжки.
За едой мне пришлось всем рассказать, откуда я знаю Смерть и как я ее вызвал. Из всех присутствующих относительно бесстрастной осталась только Вейлин, хотя и на нее рассказ произвел впечатление. Остальные слушали, открыв пасти, как будто им рассказывали самую занимательную историю на свете. В голове всех никак не могло уложиться, что обычный, на их взгляд, зверь может общаться с такой опасной и неведомой силой, как сама Смерть.
Старейшина вернул мечи Азизу и Малику, а также лук Рамзи, хотя было видно, что не будь Поголис мертв, лемур мог бы продолжить строить из себя хозяина положения.
Обоз был запряжен, кони накормлены и напоены, мы сыты, оружие на местах, никто не погиб и серьезно не пострадал. Оставалось только тронуться с места и уехать из деревни, которая едва не стала общей могилой для восьми зверей сразу, если не считать маленького черного котенка, который, наевшись за завтраком, снова улегся спать, как будто ничего и не произошло.
По прошествии какого-то количества часов, когда день уже явно перевалил за полдень, а то и время обеда, обоз остановился. Все время пути прошло в разговорах. Мы вчетвером пытались отвлечься от ужасов деревни Моррада и рассказывали друг другу разные истории из своей жизни.