Вынуждающие обстоятельства
Шрифт:
– Славен?
Ворон открыл глаза и уставился на меня. Я произнес:
– Не мог бы ты накормить меня перед выходом?
Фамилиар спорхнул со стены и улетел сквозь дыру в кухню. Гимеон наблюдал за всем с заинтересованностью:
– Ты даже имя его узнал?
– А, давняя история. Он говорил, что является пацаром, а имечко у него было то еще длинное, пришлось укорачивать его настолько, чтобы можно было запомнить.
Сзади меня раздался голос Вейлин:
– Мирпуд, а ты к бабушке собираешься сразу после того, как станешь Иерархом?
В
– Мне бы сначала понять, как это осуществить, а лишь потом пытаться перенестись.
Мой взгляд перенесся на мешок, стоящий возле стола Гимеона. Мой мешок. Казалось, что в тот день я фонтанировал идеями. Я сел к мешку и вытащил оттуда Монолит. Варан заинтересовано взял его в лапы:
– Последний раз мне доводилось его видеть несколько лет назад, и то мельком. Чувствую, какие силы спрятаны в нем внутри. Ларесса, так зачем вы его украли?
Волчица потупила глаза:
– Вижу, скрывать правду бессмысленно. Я была заслана Проклятыми, чтобы выкрасть Монолит и таким образом ослабить Орден. К несчастью, в руководстве культа сидят столь же ополоумевшие, что во главе Ордена. Был создан фальшивый приказ, по которому я объявлялась отступницей – так у меня было больше шансов втереться в доверие к Бойдулу. В итоге, когда я выкрала Монолит из сокровищницы Цитадели, я сделала вид для Мирпуда, что нехотя ухожу из Ордена, хотя на деле я бы это сделала в любой день, когда только захотела. Но потом, на полпути между Граальстаном и Меровией, я поняла, что более не хочу работать на Проклятых, и поэтому я готова вернуть Монолит в Цитадель.
Варан лизнул губы черным раздвоенным языком:
– На этот раз вы не солгали, ларесса. Осталось только пожелать вам, чтобы ваш избранник простил вам эту ложь.
Я развел лапы в стороны:
– Это дела давно минувших дней. Конечно, я побывал в опасности из-за тебя, Лин, но сейчас все хорошо, и мне нет больше смысла держать зла. Кстати, по поводу Монолита. Мастер Гимеон, Монолит же очень важен для Ордена, не так ли?
Варан закивал:
– Конечно. Благодаря ему возможно производство новых Кон-Сай, а также некоторые другие важные магические процессы внутри Цитадели, без которых Ордену придется несладко.
– А что, если я смогу отдать часть своей силы Монолиту? В таком случае он может питать Цитадель?
Гимеон взял статуэтку и осмотрел ее:
– А Проклятый его знает, может или нет.
Я протянул лапу:
– Тогда лучше мне пойти с вами, как с более опытным магом. Вместе мы сможем разобраться, работает ли это.
Варан покачал головой и показал на Вейлин:
– Лучше идти нам троим, потому что даже меня и тебя может не хватить.
Волчица усмехнулась:
– А почему бы и нет?
Славен принес с кухни тарелку с обедом, и я сел есть:
– Ну что же, тогда нужно выдвигаться как можно скорее!
Когда через полчаса мы были на площади, моим глазам предстала достаточно грустная картина: взрыв из-за столкновения магии Арханиса и Легизмунда породил жертвы, и часть площади все еще была залита кровью
На площади стояли Кон-Сай и Чойг-Ма’л с потерянными взглядами. Среди них я заметил Джесс. Волчица подошла ко мне:
– Мирпуд, я совершенно не чувствую своей силы.
Я переглянулся с Гимеоном и Вейлин:
– Смерть Бойдула?
Варан кивнул:
– Именно. Погиб Иерарх – Кон-Сай лишились силы.
Я поманил Кон-Сай:
– Джес, иди с нами. Твоя помощь может пригодиться.
Волчица осмотрела себя с грустным взглядом:
– Но я же не владею силой.
– Не беда, может, я смогу ее вернуть!
После этого я взял Вейлин за лапу:
– Можешь отвести нас в сокровищницу, где стоял Монолит?
Магесса потрясла гривой:
– Конечно.
Внутри Цитадель поражала меня еще больше, чем снаружи. В каждом зале и каждой комнате потолки были нереально высокими, и казалось, что высота от пола была как минимум с десяток метров, или даже более. Переходы между корпусами были широкими, и на них могла разъехаться пара колесниц, не задевая друг друга. Повсюду висели волшебные сферы, заливающие все вокруг приятным желтоватым светом, который, впрочем, казался мне каким-то приглушенным, тусклым.
После пятого поворота я полностью потерял способность запоминать дорогу назад. Казалось, что в таком адовом лабиринте ориентироваться было невозможно – коридоры сменялись залами, залы – арками, арки – очередными коридорами, от них шли различные лестницы, и так до бесконечности. Единственный зал, который отличался от других – Центральный, как его назвала Вейлин. Похоже, он находился в центре какой-то ротонды, отчего освещался солнцем через прорези в крыше. Зайчики покрывали орнаментную мозаику на полу, а также странную конструкцию в виде столба с шаром на вершине ровно посередине зала. Как объяснила Кон-Сай, этот столб назывался Молельным Центровищем, и именно здесь каждодневно проходили проповеди для жителей и гостей Цитадели. Порой их проводил сам Иерарх, а порой и высокопоставленные монахи Ордена. Сейчас же этот зал, как и многие другие, были абсолютно пусты – похоже, смерть Бойдула заставила монахов покинуть Цитадель. Порой сквозь окна я видел площадь перед зданием – и она была запружена зверями. Так как мы успели подняться на несколько этажей, мне было сложно понять, были ли эти звери простыми жителями или же монахами.
Наконец, когда я уже начал терять терпение, Вейлин, проведя нас на несколько ярусов вниз, остановилась перед тяжелой дубовой дверью:
– Вот оно, место хранения Монолита.
Я посмотрел влево и вправо. Коридор, в котором мы находились, был ничем не примечателен – красноватая ковровая дорожка, крепления на стенах с незажжёнными факелами, порталы окон позади, отчего на стену ложились пятна света – ничего особенного, коридор как коридор. Ни охраны, ничего. Я уже собрался было толкнуть дверь, однако Вейлин и Гимеон с двух сторон одернули меня и чуть ли не синхронно крикнули: