Вымирание

Кусков Евгений Сергеевич

– Да даже если бы и пришлось, - повела бровями она.

Сделав вид, что не заметил этого высказывания, Леонид присел и, опустив ладони в ближайшую лужу, принялся тереть их одна о другую. Мало-помалу вещество практически стёрлось.

– Ну что ж - выступление нашего храбреца развеяло мои сомнения, - сказал Михаил.
– ТУДА мы не поедем.

– И не говори, - кивнул Денис.
– Выходит, возвращаемся?

– Куда, интересно?

– Блин - это дерьмо на редкость въедливое!
– выругался Леонид.

Он

скинул испоганенную куртку, но этого было мало. Пройдя к "уазику", Сутурин встал за открытой дверью, хотя Татьяна и не собиралась смотреть в его сторону, а Ксения уткнулась в окно лбом и дышала на стекло, наблюдая, как оно запотевает.

Пришлось поменять всё, включая нижнее бельё. Да ещё и водой из лужи смыть попавшую на кожу слизь. Дрожа от холода, Леонид осмотрел повязки на плече и кисти.

Они тоже пропитались.

Одевшись по пояс и натянув майку, он обратился за помощью к женщине. Размотав бинты, она с тревогой увидела, что слизь проникла и в раны. Несмотря на возражения Михаила, Татьяна промыла их питьевой водой и наложила новые повязки.

Когда выжившие вернулись в машину, Афанасьев сказал:

– Ну, предлагайте, умники - что дальше-то делать?

– У меня только одна идея, - ответила женщина.
– Кружить и проверять другие дороги мы можем ещё долго, да только стоит ли? Зря сожжём топливо. И потом - мы все вымотаны. Нам надо поспать.

– Ага, а эти твари почуют наш сон и придут, - проворчал Денис.

– Мы достаточно далеко от города, так что, может, и нет, - пожал плечами Леонид.
– Хотя кого-нибудь на дежурстве я бы оставил.

– Я пас, - тотчас заявил Фролов.

– И я не смогу, извини, - промолвила Татьяна, опустив глаза.

Сутурин и Афанасьев посмотрели друг на друга. Во взгляде парня мужчина не заметил агрессии, но и дружелюбным его нельзя было назвать.

– Я за рулём - мне и дежурить?
– спросил Михаил.

– Нет, - ответил Леонид.
– Я не против опять перехватить инициативу.

– Надеюсь, в этот раз получится лучше, - бросил Афанасьев.
– Если что - буди меня.

Переставив "уазик" на обочину, он заглушил двигатель и принялся устраиваться поудобнее на сиденье.

Сутурин почувствовал на своей руке мягкую ладонь Татьяны, и неожиданно ему захотелось впиться в её губы горячим поцелуем. Подивившись самому себе, он, тем не менее, не стал прогонять эти мысли.

Они успокаивали и, главное, отвлекали от жжения в ранах, в которые попала слизь.

* * *

– Эй, вставайте, Вы живой?

– Да чёрт с ним, давай лучше машину проверим. По-моему, там много интересного.

– Но не бросать же его!

Анатолий открыл глаза... вернее, один глаз - второй почему-то не хотел слушаться. Дотронувшись до лица, мужчина почувствовал корку свернувшейся крови. Он огляделся,

силясь понять, что произошло.

Мужчина находился в салоне внедорожника, только машина лежала на крыше. Он не пристёгивался перед тем, как устраивать охоту на "зомби", и, как ни странно, наверняка это его и спасло - неизвестно, сколько он пробыл без сознания и если бы висел вниз головой...

Потолок, ставший полом, был усыпан осколками стекла и всякой мелочёвкой, хранившейся в кармашках и "бардачке".

– Он жив! Я же говорил!
– услышал Проценко голоса и, повернув голову, отозвавшуюся тупой ноющей болью, увидел молодого человека, заглядывающего в перевёрнутую "Тойоту".

– Радость-то какая - ещё один рот, - ответил второй, находящийся у задней двери внедорожника.

– Вы можете двигаться?
– спросил первый парень.

– Вроде бы да, - произнёс Анатолий таким сиплым голосом, что ему пришлось, прочистив горло, повторить.

– Давайте я помогу Вам выбраться. Здесь опасно оставаться.

– Правда? А я думал перезимовать тут, - съязвил Анатолий. Алкоголь большей частью выветрился из его головы, и он начал осознавать, что натворил.

"Угробил так тщательно подготовленную машину! И сам чуть не убился! Вот идиот!"

Молодой человек не отреагировал на колкость (или не подал вида), и начал дёргать за ручку, пытаясь открыть дверь. Проём деформировался, поэтому ничего не выходило. Через окно выбраться тоже не получилось бы из-за решёток. Проценко лежал ногами в сторону пассажирского места. Приподнявшись, чтобы рассмотреть, как обстоят дела с другого борта машины, он увидел четырёх "зомби", лежащих на асфальте рядом с внедорожником. Они были мертвы - застрелены. Но может ли он доверять незнакомцам? Похоже, как минимум одного из них здорово заинтересовало содержимое багажника.

Оглядевшись и увидев среди царящего в салоне хаоса автомат Калашникова, Анатолий тотчас схватил его.

Парень заметил это и перестал дёргать ручку двери.

– Я всего лишь пытаюсь Вам помочь...
– сказал он растерянно.

– Это не против тебя, - заверил его Проценко.
– Попробуй открыть с другой стороны - там вроде не так стойку повело.

Молодой человек обошёл машину и почти сразу смог распахнуть пассажирскую дверь. Анатолию же пришлось покряхтеть, прежде чем он оказался свободен.

Раздался звон - второй незнакомец, на поверку тоже оказавшийся юнцом, разбил ногой стекло багажника.

– Эй, какого чёрта ты там делаешь?
– рявкнул Проценко, вскидывая автомат.

– Тебе-то что - машине всё равно хана...
– ответил парень, однако, увидев оружие, осёкся.
– Спокойно, папаша, сэкономь патроны.

– Это я и собираюсь сделать. То, что лежит там - моё.

– Как некрасиво с твоей стороны - а мы вот потратили часть своих боеприпасов, чтобы спасти тебя от этих тварей.