Выкуп
Шрифт:
Она решила отдать Эшли и Сэма в частую среднюю школу в Марине, а Уиллу, которому до окончания школы оставалось несколько месяцев, придется ездить в свою старую.
Через две недели после переезда на новое место Фернанда нашла работу в местной художественной галерее, которая была расположена в пяти минутах ходьбы от дома. Там согласились отпускать ее с работы ежедневно в три часа. Платили ей мало, но на получение этих денег она по крайней мере могла твердо рассчитывать. К тому времени у нее уже был новый адвокат – женщина.
Джек был все еще глубоко обижен ее отказом от его предложения.
Но вот похищение, происшедшее летом, совсем не казалось ей смешным, когда она вспоминала об этом. Ее до сих пор мучили кошмары. Это было одним из оснований для того, чтобы не сожалеть о переезде из старого дома. Она больше не могла там спокойно спать, потому что ей всегда казалось, что должно случиться что-то ужасное. В Сосалито она стала спать спокойнее.
Тед не давал о себе знать с сентября. То есть уже в течение четырех месяцев. Он позвонил ей только в марте. Суд над Малькольмом Старком и Джимом Фри был назначен на апрель. Его уже дважды откладывали, но Тед сказал, что больше этого не случится.
– Нам потребуется Сэм для дачи свидетельских показаний, – робко сказал он, поинтересовавшись сначала, как она живет.
Он о ней часто думал, но не звонил, несмотря на то что Рик Холмквист не раз понуждал его сделать это.
– Боюсь, как бы это не травмировало его, – тихо сказал Тед.
– Я тоже, – согласилась Фернанда.
Хотя Тед, казалось, был тесно связан с самым ужасным событием в ее жизни, он, как ни странно, не будил тяжелых воспоминаний. А Тед боялся, что именно такие воспоминания он будет у нее вызывать, и отчасти поэтому не звонил ей. Рик Холмквист сказал, что он ненормальный.
– Но ничего, он справится, – ответила Фернанда, имея в виду Сэма.
– Как он себя чувствует?
– Превосходно. Как будто ничего и не случилось. Он учится в новой школе. Эш тоже. Думаю, для них это даже хорошо. Нечто вроде возможности начать все заново.
– Вижу, вы уже сменили адрес.
– Да. И мне нравится новый дом, – призналась она с улыбкой, которую он уловил в ее голосе. – Я работаю в художественной галерее в пяти минутах ходьбы. Вы должны как-нибудь зайти навестить нас.
– Зайду, – пообещал он, но позвонил только за три дня до суда. Он уточнил ей, когда и куда привезти Сэма, но, как только она сказала об этом Сэму, тот расплакался.
– Я не хочу видеть их снова, – сказал он.
Ей тоже этого не хотелось. Но ему было гораздо тяжелее, чем ей. Она позвонила специалисту по психологическим травмам, и они с Сэмом отправились на прием. Говорили о том, что Сэм не сможет давать свидетельские показания, что было бы неумно заставлять его делать это. Но под конец Сэм вдруг заявил, что он даст показания, и врач решил, что это, возможно, позволит ему избавиться от тяжелых воспоминаний. Фернанда же опасалась, что у него снова начнутся кошмары. Для него это избавление уже должно бы наступить: двое похитителей убиты, в том числе тот, который помог ему убежать. А двое находятся в тюрьме. Чего же более? Для Фернанды это было достаточно веским основанием,
Тед поджидал их у входа в здание. Он выглядел точно так же, как тогда, когда она видела его последний раз. Спокойный, хорошо одетый, опрятный, умный, но озабоченный тем, как чувствует себя Сэм.
– Как жизнь, помощник? – с улыбкой спросил он Сэма, который явно чувствовал себя не в своей тарелке.
– Боюсь, что меня вырвет.
– Это не очень хорошо. Давай-ка поговорим об этом немного. Что происходит?
– Я боюсь, что они на меня нападут, – с присущей ему непосредственностью сказал Сэм.
Это было понятно. Такое уже случалось.
– Я не допущу, чтобы такое случилось, – сказал Тед. Расстегнув пиджак, он на секунду распахнул его, и Сэм увидел пистолет. – У меня есть это. А кроме того, их привели в суд в кандалах и наручниках. Они связаны.
– Меня они тоже связывали, – жалобно произнес Сэм и заплакал. Но по крайней мере он мог говорить об этом. Однако расстроенная Фернанда взглянула на Теда умоляющим взглядом, и у него вдруг возникла одна мысль. Он предложил им подождать его в кафе напротив Дворца правосудия и сказал, что скоро вернется.
Он отсутствовал в течение двадцати минут. Он успел поговорить с судьей, государственным защитником и прокурором, и все они согласились, что Сэм и его мать будут допрошены в кабинете судьи в присутствии присяжных заседателей, но в отсутствии подсудимых. Сэму никогда больше не придется встретиться с этими двумя негодяями. А опознать их он мог по фотографиям. Тед убедил всех, что для мальчика будет потрясением давать показания в зале суда и снова видеть своих похитителей. Когда он сказал об этом Сэму, мальчик радостно улыбнулся и Фернанда вздохнула с облегчением.
– Я думаю, что судья тебе понравится. Это женщина, причем очень добрая, – сказал Тед Сэму.
Судья действительно была похожа на добрую бабушку и во время короткого перерыва угостила его молоком с печеньем и показала ему фотографии своих внуков. Она всем сердцем сочувствовала ему и его матери, которым пришлось пережить этот ужас.
Его допрос стороной обвинения занял все утро, а когда он закончился, Тед пригласил их на ленч. Защита предполагала допросить Сэма во второй половине дня и зарезервировала за собой право в любое время снова вызвать его. Пока Сэм держался молодцом, но Теда это не удивило.
Они отправились в маленький итальянский ресторанчик, расположенный неподалеку от Дворца правосудия. У них было довольно мало времени, но Тед чувствовал, что и Сэму, и его матери необходимо сменить обстановку. Они оба притихли над тарелкой спагетти. Утро было трудное. Оно принесло массу мучительных воспоминаний Сэму, а у Фернанды вызвало беспокойство по поводу того, как это может отразиться на сыне. Но с ним, кажется, было все в порядке, хотя он вел себя тише, чем обычно.
– Мне очень жаль, что вам обоим пришлось пройти через все это, – сказал Тед, расплачиваясь за обед. Она предложила заплатить половину, но он, улыбнувшись, отказался.