Выкуп
Шрифт:
– Может быть, она мне тоже нужна. Но у меня уже есть жена.
– Твоя жена тебе не нужна, – грубовато сказал Рик, что было справедливо, и Тед это понимал.
Шерли была хорошей женщиной, просто она не подходила ему, и так продолжалось долгие годы. Она тоже это знала. Она была так же разочарована в Теде.
– Надеюсь, что теперь ты нашел то, что надо. Поторопись, пока не поздно, – с жаром заявил Рик. – Кстати, я хочу кое о чем поговорить с тобой. Давай пообедаем на следующей неделе.
– О чем это? – с интересом спросил Тед, предполагая,
– Хочешь – верь, хочешь – не верь, мне нужен твой совет.
– Буду рад дать его. Кстати, когда ты собираешься навестить Сэма?
– Я предпочел бы, чтобы сначала это сделал ты. Ты лучше его знаешь. Я не хочу напугать его, а ты мог бы узнать у него все, что мне потребуется.
– Я дам тебе знать.
Они договорились снова созвониться через несколько дней.
На следующий день Тед отправился навестить Сэма. У Фернанды был Джек Уотерман. Судя по всему, они обсуждали дела. Вскоре после прибытия Теда Джек уехал. Почти все время Тед провел с Сэмом. Фернанда казалась рассеянной и чем-то озабоченной, и Тед не мог не подумать, что между ней и Джеком, возможно, что-то есть. Ему показалось, что это весьма разумный и подходящий вариант. Он чувствовал, что Джеку тоже так кажется.
На следующий день в газетах появилась зловещая статья о катастрофическом конце карьеры Аллана Барнса. Единственное, о чем в статье умолчали, было предполагаемое самоубийство Аллана. Но Тед, читая статью, чувствовал, что Фернанда приложила руку к ее написанию. И он подумал, что, наверное, именно это они обсуждали с Джеком и именно поэтому она выглядела несколько расстроенной. Он ее не винил, но было бы легче выговориться. Пока им удавалось не допускать попадания на страницы газет какой-либо информации о похищении. Тед полагал, что во время судебного процесса эти сведения в конце концов просочатся в прессу. Но пока дата слушания не была назначена, и, наверное, это произойдет не очень скоро.
Старк и Фри после их ареста были снова возвращены в тюрьму, а их условное освобождение было аннулировано.
Сэм с удовольствием помогал Теду. Удивительно, сколько всего он заметил, несмотря на самые неблагоприятные обстоятельства, и сколько всего услышал. И хоть мальчик довольно мал, он будет отличным свидетелем.
После этого события в жизни Фернанды и ее детей начали развиваться в ускоренном темпе. Фернанде исполнилось сорок лет, и дети пригласили ее отпраздновать день рождения в Международном доме блинов. Еще год назад она не предполагала отметить эту дату таким образом, но в этом году ничего лучшего ей не было нужно: она была со своими детьми.
Вскоре после этого она сказала им, что семья должна продать дом. Эшли и Уилл были в шоке, а Сэм – нет. Он признался ей, что уже знал об этом, потому что подслушивал ее разговоры. После
Эш сказала, что, как только стало известно, что ее отец потерял все деньги, ее положение в школе стало унизительным и что некоторые девочки больше не хотят с ней дружить, что, по мнению Уилла, было омерзительным. Он в этом году учился в выпускном классе.
Никто из детей никому не рассказывал о том, что этим летом они стали жертвами попытки похищения. История была слишком ужасной и не подходила в качестве темы школьного сочинения «Чем я занимался во время летних каникул». Об этом они говорили только между собой. Полиция просила их помалкивать, чтобы информация не попала в руки газетчиков.
Одна из потенциальных покупательниц дома охнула, увидев ее кухню:
– Боже мой, почему вы не закончили ее отделку? В таком доме обязательно должна быть великолепная кухня! – воскликнула она, свысока взглянув на агента по продаже недвижимости и Фернанду. Фернанда с трудом подавила непреодолимое желание дать ей пощечину.
– Она и была великолепной, – просто сказала она. – Летом у нас здесь произошел несчастный случай.
– Что за несчастный случай? – занервничала дама, и Фернанда на мгновение испытала соблазн рассказать ей, что в ее кухне были зверски расстреляны два сотрудника ФБР и двое полицейских, но она не поддалась этому чувству и ничего не рассказала.
– Ничего серьезного. Но я решила снять мраморную облицовку, – сказала она, подумав при этом: «Потому что на ней были несмываемые пятна крови».
Для всех них похищение все еще имело оттенок нереальности. Сэм рассказал об этом в школе своему лучшему другу, и тот ему не поверил. После этого учительница строго побеседовала с ним о том, что лгать и выдумывать всякие небылицы нехорошо, и Сэм вернулся домой в слезах.
– Она мне не поверила! – жаловался он матери.
Да и кто поверит? Фернанда и сама иногда не верила тому, что произошло. Все это было настолько ужасно, что она все еще не могла полностью осознать происшедшее и, когда думала об этом, ей становилось так страшно, что она усилием воли переключала мысли на что-нибудь другое.
Она сходила с детьми к доктору, специализирующемуся в области психологических травм, полученных вследствие стресса, и эта женщина была поражена, как быстро дети справились с последствиями, хотя Сэму, как и Фернанде, время от времени снились кошмары.
В течение почти всего сентября Тед продолжал заходить к Сэму, собирая и сопоставляя свидетельские показания, и к октябрю закончил эту работу. После этого он им не звонил, а Фернанда часто думала о нем и собиралась позвонить сама. Она показывала потенциальным покупателям дом, пыталась найти подходящий домик меньших размеров и искала работу. Деньги у нее почти закончились, но она старалась не поддаваться панике. Однако по ночам нередко плакала, и Уилл это видел.