Выкрутасы

Джонс Амо

Тишина.

Я залезаю в горячую ванну и смотрю на телефон, чтобы убедиться, что связь не прервалась.

— Мам?

— Да, милая, слушай, я могу прилететь завтра.

— Хорошо… — Я погружаюсь в горячую воду. Вздыхаю, наслаждаясь покалыванием на коже. — Ты в порядке?

— Да, да. У тебя есть охрана или что-то в этом духе, пока я не приеду завтра?

Открываю глаза.

— Мама, ты ведешь себя еще более странно, чем обычно… — Меня озаряет. — О, это из-за секс-видео, да? — Я хихикаю. — Мама, все в порядке. Я позвонила своей помощнице,

и она как раз в процессе поиска охраны. Тебе не обязательно приезжать так рано. Прилетай со всеми остальными.

— Аметист, — говорит она, и в тот момент, когда я думаю, что она собирается что-то сказать, мама выдыхает. — Ты права, я слишком остро реагирую. Завтра у тебя будет охрана?

— Да, мама. Ладно, мне пора. Я люблю тебя.

— Я люблю тебя, Аметист. Очень сильно.

Мы заканчиваем разговор, я качаю головой. Знаю, как мне повезло с мамой, она очень заботливая, но иногда это подавляет.

Приходят оповещение от Instagram, я открываю его.

«maddoxthedestoyerstone» (прим. «мэддоксразрушительстоун») подписался на Вас.

Хмм. На моем лице появляется улыбка. Я нажимаю на его имя, мое сердце колотится в груди.

«44 Публикации 66,4 млн Подписчики 1 Подписки»

Я нажимаю на вкладку «Подписки». Открывается мой профиль: «fliptrick».

— Иисус, бл*дь, Христос.

Я возвращаюсь к своей странице в Instagram, у меня 2,3 миллиона подписчиков, подписана я примерно на 120 человек. Я не сноб, как Мэддокс. Он ужасен. Свой аккаунт Facebook держу в секрете. Ну, я стараюсь. В друзьях у меня знакомые и семья, и пара подписчиков.

Приходит сообщение.

Мэддокс: где ваши с Кен фотографии?

Я улыбаюсь, печатая ответ.

Я: они на Facebook.

Мэддокс: Добавь меня.

Я качаю головой.

Я: Ты уже там! У меня тот же Facebook.

Мэддокс: Ох, дерьмо.

Он исчезает, так что я открываю Facebook и, конечно же, он в сети. Появляется новое сообщение.

Мэддокс: Бл*дь, как я мог это пропустить?

Я: не знаю. Ты не очень активен здесь.

Появляется куча уведомлений. «Мэддокс Стоун отреагировал на вашу фотографию». Он «лайкнул» все наши с Кен селфи. На одной фотография, мы обе с волосами, заплетенными в косички, и Кен рисует усы на моей верхней губе. На другой мы надуваем губы, изображаем утконосов, потом гангстерские рожи. Есть даже фотография Кен, меня и Кэсс. Кэсс позирует, ее сиськи торчат, Кен закатывает глаза, а я высовываю язык между зубами, сморщив нос.

Мэддокс

Стоун прокомментировал Вашу фотографию: Иисус, бл*дь, Христос, Кэсс. Убери их.

Через несколько мгновений я получаю еще одно уведомление.

Кэссиди Арчер ответила на комментарий к вашей фотографии: Кто его впустил?

Мэддокс отправляет эмодзи с закатывающимися глазами.

Я фыркаю, качаю головой и кладу телефон обратно на стойку, погружаясь в воду. Так хорошо быть дома.

Глава 39

БОЙ НАЗНАЧЕН, СЛАВА БОГУ. Трэвис не выдвигает обвинений, и взял на себя полную ответственность за запись, сегодня утром он сделал заявление.

Я крепко зажмуриваюсь, переживая драму. Этот ублюдок сам навлек на себя все это, но ни хрена не складывается.

— Ты меня слушаешь, Мэд? — спрашивает Стейси, надвигая очки на лицо. Мы здесь только тридцать минут, а я уже не слушаю ее тявканья.

— Ага.

Она снимает очки как раз в тот момент, когда Рив, один из моих парней, садится рядом со мной. Стейси выбрала это кафе, я не хотел появляться на публике. После всего этого беспорядка поднялась такая шумиха. Аметист оказалась в самой гуще события, увеличивая ажиотаж.

Рив кивает Стейси. Девушка вежливо улыбается, но мы оба знаем, что она чувствует себя неловко в его присутствии, это только подзадоривает Рива. Это утомительно. Рив родом из Франции и уже четыре года удерживает титул чемпиона в своей весовой категории. Он сложен как дом, огромный, тяжелый и смертоносный.

— Я не кусаюсь, Стейси, — говорит он с акцентом.

Я закатываю глаза.

Стейси сглатывает и снова смотрит на меня.

— Так, когда у Аметист день рождения?

Я делаю глоток воды, поправляя темные очки.

— Завтра, мы все летим к ней.

Стейси кивает.

— Я должна быть там.

— Вряд ли это…

— Мэддокс, она уверенная в себе девушка. Я не представляла для неё угрозы, когда она думала, что мы встречаемся, она не будет беспокоиться из-за меня сейчас. Кроме того, — бормочет Стейси, роясь в бумагах. — Ты ее видел? Она само совершенство.

Я ухмыляюсь.

— Так и есть.

Рив сбоку смотрит на меня.

— Так и есть.

Моя голова резко поворачивается к нему.

— Да?

Рив смеется, вонзая нож в колбаску.

— Да, она совершенство.

Я не могу злиться из-за этого. Аметист — совершенство с непокорной душой. Она уникальная, необузданная и дикая. Бл*дь. Она будит во мне зверя.

— Может быть, мне стоит сказать семье, чтобы мы улетели сегодня вечером. Ты сможешь сегодня вечером?

Я потираю грудь. Ненавижу чувство, которое пронзает меня каждый раз, когда я думаю о том, что ее нет рядом со мной.

— Сядь, — приказывает Стейси, указывая на мой стул. — Твой член может подождать еще одну ночь.