Выгодное дельце
Шрифт:
Якоби поднялся со стула.
– Ладно, Том, поехали проверим.
Лепски набычился.
– Если ее нет дома, Джос, я вернусь сюда и доставлю тебе столько неприятностей, что ты мигом поседеешь!
– Если вы оба устроите здесь заваруху, – вспылил Прескотт, – я доложу мистеру Дюлону! Он, мэр, да и ваш шеф переведут вас в уличные регулировщики! Убирайтесь отсюда!
Анита Цертис в это время пряталась в туалете.
«Господи! – думала она, поглядывая на часы. – И когда уже наступит
– Что с Педро?
– Ничего нового. Я пытался дозвониться моему другу в больницу, но его смена уже закончилась. Не волнуйся, все будет хорошо, – врал Мануэль.
– Я молилась, – сказала Анита, глядя на него доверчивыми глазами. – Чувствую, что все будет хорошо.
– Обещаю, – кивнул Мануэль, проклиная самого себя. – Твои молитвы будут услышаны.
На верхнем этаже Анита проверила, нет ли кого-нибудь в коридоре, и провела мужчин к апартаментам. Затем открыла дубликатом ключа дверь. Они вошли в гостиную, и Анита заперла за собой дверь.
Когда Лепски и Якоби направлялись в сторону Секомба, они услышали по радио сообщение о смерти Педро Цертиса.
– Итак, это дерьмо отправилось на тот свет, – сказал Якоби. – Том, к чему теперь допрашивать его жену?
– Ты думаешь о своем свидании? – язвительно поинтересовался Лепски.
– Да, я смог бы еще успеть, – ответил Якоби. – Завтра выходной, сам понимаешь. А что даст допрос этой кубинки?
– Она могла бы навести нас на след Фуентеса.
– Так уж и наведет! Он давно в Гаване. Нам его не достать. Давай по домам, а? Скоро уже полночь. Убийца умер, дело скоро закроют. Какое нам дело до этой кубинки? У нас и так полно работы.
Лепски направил машину к обочине.
– Наверное, ты прав, Макс. Согласен, давай по домам. Я подвезу тебя. Надеюсь, еще успеешь к своей блондинке.
– Я тоже надеюсь.
Высадив Якоби у его дома, Лепски приехал к себе и только тут вспомнил, что забыл купить Кэролл розу. Словно приговоренный к казни, он вошел в дом, снял туфли и на цыпочках прошел в спальню. Он надеялся, что Кэролл уже спит.
Жена не спала. Она сидела на кровати и ждала его.
– Не зажигай свет, – прошептала Анита.
– Хорошо, – ответил Мануэль, озираясь. – Света хватает. Разберемся.
Он подумал, что скоро сможет жить так же, как живут здесь эти богачи. Пяти миллионов хватит.
Мануэль сел в одно из кресел. Фуентес же продолжал расхаживать по террасе. Он был поражен всем: столиком, баром, креслами.
– Сколько времени? – спросил Мануэль, глянув на часы. – Ага.
– У меня нет на это денег, – сказала она. – Зачем ты достал приемник? Вдруг кто-нибудь услышит?
– Никто не услышит. Хочу узнать, выиграл я или нет.
Мануэль включил приемник.
Фуентес прислонился к двери. Терраса была залита лунным светом.
«А вдруг эта дура начнет орать, узнав, что ее муженек сдох?» – подумал он и нащупал рукоятку револьвера.
Диктор читал местные новости. Мануэль пытался рассмотреть лицо Аниты, но освещение было слишком слабым.
Потом передали сообщение, которого Мануэль так ждал. Он весь напрягся, готовясь броситься на Аниту. Фуентес тоже приготовился.
«Педро Цертис, убийца администратора дома в районе Секомб, раненный выстрелом полицейского детектива Тома Лепски, скончался. Перед смертью Педро Цертис ненадолго пришел в сознание».
Потом диктор заговорил о скачках, но Мануэль выключил приемник. Он уронил его на пол, пристально глядя на Аниту.
Ничего не произошло.
Анита сидела, словно каменная статуя. В воздухе повисла напряженная тишина.
Мануэль шепотом воскликнул:
– Боже мой! Какой ужас!
Анита не шевелилась.
Он поднялся, направился к ней.
– Анита! Это ужасно!
– Не подходи ко мне, – предупредила она зловещим шепотом.
Мануэль остановился. Голос Аниты был настолько страшным, что Фуентес непроизвольно отодвинулся.
Анита неуловимым движением включила настольную лампу.
У Мануэля, увидевшего лицо Аниты, перехватило дыхание. Перед ним сидела старуха с морщинистой кожей и запавшими глазами.
Истерики не было. Просто в кресле сидела женщина-мертвец.
– Анита! – прошептал Мануэль. – Для меня это так же неожиданно, как и для тебя. Это страшная весть!
Мертвые глаза взглянули на него.
– Ты обманул меня, мерзавец! – прошептала Анита. – Ты знал, что Педро при смерти. Ты обманул меня, чтобы попасть в апартаменты. Ты лгал мне! Господь покарает тебя!
– Анита! Анита! – жарко шептал Мануэль. – Выслушай меня! Я тебя не обманывал! Клянусь! Я ведь держу свое слово! Я выполняю все свои обещания! Нет, Анита, я не обманывал тебя! Это мой знакомый из больницы врал. Зачем он это делал? Зачем? – Мануэль ударил себя в грудь. – Я выясню это! Обязательно выясню! Обещаю тебе!
По лицу Аниты текли слезы.
– Педро, – простонала она. – Любимый! Я потеряла тебя…
Мануэль глянул на Фуентеса и подмигнул ему. Фуентес кивнул. Он по достоинству оценил актерский талант Мануэля.
– Когда прибудем в Гавану, – тихо произнес Мануэль, – мы закажем мессу по Педро. Тебе сейчас тяжело, Анита. Я понимаю. Ты поплачь. Тебе станет легче.
Снова наступила тишина. Наконец, Анита вытерла слезы и сказала:
– Я ухожу.
Этого Мануэль не ожидал. Он испуганно уставился на нее.