Выгодное дельце

Чейз Джеймс Хедли

Мануэль, наблюдая за детективом, успокоился.

– Я хочу спать, господин полицейский, – сказал он. – У меня тяжелая работа. Вам тоже пора отдыхать. Спокойной ночи.

Он почтительно кивнул Тому, поднялся на борт, убрал сходни и исчез в каюте.

– Похоже, он говорит правду, – заметил Якоби.

– Черт бы его побрал, – проворчал Лепски. – Он говорит такую же правду, как если бы я утверждал, что являюсь Гретой Гарбо.

Глава 4

Мария была в прекрасном настроении.

К удивлению Уилбура, она заявила, что сегодня они будут ужинать в ресторане «Импресс», который открыт только для постояльцев отеля.

– Но ты ведь говорила, что там, как на кладбище, – изумился Уилбур, завязывая галстук. – Может, выберем что-нибудь повеселее? Мы могли бы потанцевать.

– Нет, будем ужинать в «Импрессе». Я хочу показать этим самодовольным старухам, что мои драгоценности лучше.

– Как хочешь, – согласился муж. – Тогда я достану бриллианты.

Он подошел к сейфу, который Дюлон вмуровал в стену специально для них, открыл его и достал шкатулку, обтянутую красной кожей.

Поставив шкатулку на туалетный столик, Уорентон облачился в смокинг, сел и стал наблюдать, как жена украшает себя бриллиантами. Она как раз надевала ожерелье, подаренное отцом Уилбура. Мария была красивой темноволосой женщиной, и мерцание бриллиантов делало ее неотразимой.

Когда Мэгги подкатила Брейди, сидевшего в коляске, к ресторану «Импресс», ее появление произвело фурор. Старики уже сидели за столиками, официанты подавали напитки. Метрдотель, порхая от столика к столику, расточал улыбки и рекомендовал отведать те или иные деликатесы. Так он пытался пробудить аппетит старых господ.

Заметив Мэгги, метрдотель подозвал помощника, отдал ему меню, а сам направился к Брейди, не забывая улыбаться в адрес медсестры.

– Мистер Ванце! – проворковал он. – Я счастлив видеть вас здесь. Как вы и хотели, ваш столик в глубине зала. Позвольте, мадам, я помогу…

– Я сама справлюсь, – улыбнулась Мэгги. – Покажите только, как добраться до столика.

По залу пополз шепоток:

– Кто это? Какая прелестная медсестра! Они, наверное, недавно прибыли.

Когда Мэгги уселась за столик, метрдотель протянул ей и Брейди меню.

– Если позволите, могу порекомендовать…

– Проваливай отсюда! – пробурчал Брейди старческим голосом. – Сам разберусь! Я еще не идиот.

Улыбка метрдотеля поблекла, но Мэгги сделала ему знак, что, мол, пациент человек тяжелый и обижаться на него не стоит. Поклонившись, метрдотель отошел.

– Милый, зачем быть таким грубым? – прошептала Мэгги.

– Детка, я только играю свою роль.

Брейди взял меню. Цены, проставленные напротив названий блюд, повергли его в шок.

– Ну и заведеньице, – пробормотал он. – Да здесь настоящие разбойники.

Перечитав меню, Брейди поразмыслил и остановился на «морском языке», который стоил тридцать пять долларов.

– Возьмем «морской язык», – сказал он.

У Мэгги вытянулось лицо.

– Но

я не люблю рыбу. Лучше я съем курицу по-мэрилендски.

– Посмотри на цену!

– Ты же сказал, что у нас будет миллион. Я умираю от голода!

– Если нам не повезет, мне придется платить из своего кармана, – проворчал Брейди. – Закажем «морской язык».

– Не повезет? – озабоченно переспросила Мэгги. – Но ты говорил…

– Тихо, – прошипел Брейди. – Веди себя, как медсестра. Ты должна отвечать только тогда, когда я тебя спрашиваю.

Мэгги вздохнула и стала намазывать маслом булочку.

Когда принесли «морской язык», Мэгги оживилась. Язык был в сметанно-винном соусе, гарнирован трюфелями, жареными устрицами и кусочками омара.

Брейди решительно отказался от салата из креветок, а когда официант предложил попробовать сухое белое вино, цена которого заставила Брейди съежиться, он потребовал водки.

– Если будешь набивать себя булочками, очень скоро растолстеешь, – съязвил Брейди, едва официант отошел.

– Я хочу есть, – пожаловалась Мэгги и набросилась на еду.

Брейди внимательно рассматривал людей в зале.

– Эд прав, – бормотал он. – Эти драгоценности великолепны. Посмотри-ка на ту уродину. Браслет на ней стоит не меньше ста тысяч.

– Никогда не думала, что мне может понравиться рыба, – лепетала Мэгги, колдуя над тарелкой. – Это просто замечательно.

Внезапно у входа в ресторан возникло какое-то волнение. Метрдотель поспешил туда.

Вошли Уорентоны. Мария выглядела потрясающе. Высокая, с надменным выражением лица, она была одета в роскошное вечернее платье. Ее бриллианты затмили все камушки этого зала.

– Боже! – пробормотал Брейди. – Ты только взгляни! Какое колье! Это же минимум два миллиона! А браслеты! Серьги! Да эта баба носит на себе не меньше шести миллионов!

Мэгги, тщательно вытерев хлебом остатки соуса, сунула корочку в рот и принялась жевать.

– Она страшилище, – сказала Мэгги. – Но ее платье мне нравится. – Она потянулась за новой булочкой.

Брейди, не слушая ее, производил в уме подсчеты.

«Эти бриллианты, – думал он, – проданные по отдельности, принесут около пяти миллионов. Да, надо узнать, кто эта бабенка».

В этот момент к ним подошел помощник метрдотеля.

– Надеюсь, «морской язык» вам понравился? – спросил он.

– Да, – ответила Мэгги.

– Может, желаете немного сыра на десерт?

– Да, – быстро сказала Мэгги.

– Прекрасно, мадам.

Помощник щелкнул пальцами, и к их столу подкатили четыре сервировочных столика со всевозможными деликатесами.

Брейди все еще продолжал разглядывать бриллианты Марии. Мысли его в это время блуждали весьма далеко.

– А вы что желаете, сэр?

Брейди вздрогнул, уставившись на тарелку Мэгги, переполненную лакомствами. Пока Брейди подсчитывал стоимость бриллиантов, Мэгги попросила официанта положить ей «всего по чуть-чуть». От такого поворота событий Брейди опешил.